ЛитМир - Электронная Библиотека

– Но по какой же причине он отправил вагон сюда, в Канзас-Сити? Почему именно сюда, в тот город, в котором он сам проживает и где он практикует? Для чего же ему, после того, как он взял на свою душу пять убийств, нужно было навлечь на себя подозрение полиции, да еще и в такой грубой форме?

– Милейший мой, если бы можно было разрешать такие загадки по первому взгляду, то наш брат сыщик был бы совершенно не нужен и мог бы отправиться восвояси, – улыбаясь, ответил Ник Картер, – не забывайте, что перед нами тайна, столь темная, что разгадка ее может ускользнуть из рук еще в тот самый момент, когда мы уже будем думать, что распутали ее.

– Так и мне кажется.

– Из фактов мы до сих пор знаем только следующее: во-первых, в Канзас-Сити отправлен товарный вагон, который был открыт здешними властями, причем в нем найдено пять трупов. Во-вторых, найденные покойники набальзамированы так искусно, что способ набальзамирования совершенно неизвестен местным представителям науки, незнающим решения этой загадки. В-третьих, некоторые обстоятельства указывают на связь известных имен с преступлением. Имена эти: доктор Кварц, Эдита Пейтон и ее камеристка Сузанна Кумингс. Далее есть еще двое мужчин, имен которых мы не знаем, но которые, кажется, и не имели прямого отношения к самому преступлению, а служили лишь орудиями в руках преступника, а преступник этот по всей вероятности – доктор Кварц! Нигде нельзя было найти следа, по которому можно было бы выяснить личность пяти покойников. Вагон прибыл из Филадельфии, но можно предположить с уверенностью, что ни один из убитых не происходит из этого города квакеров.

– Верно, ни вагон, ни трупы. Тамошняя полиция не могла дать нам никаких сведений.

– В числе трех лиц, имена которых находятся в связи с совершением преступления, нет ни одного, против которого имелись бы основательные улики. Доктор Кварц имеет возможность доказать свое алиби, и беззаботно смеется в ответ на обращенные к нему вопросы. Эдита Пейтон и ее камеристка относятся к той же категории, с той лишь разницей, что они либо слабоумны, либо страдают еще от последствий привитого им яда, ограничившего их умственные способности. От них нельзя добиться толку, причем они даже не понимают смысла большинства поставленных им вопросов. Если же Эдита Пейтон действительно разыгрывает только комедию, то она настолько ловка, что превосходит нас всех.

– Вот и отыскалось бы, наконец, лицо, превосходящее моего друга Ника, – пошутил начальник полиции.

– Эта комедия состоит из совокупности подробностей, – продолжал Ник Картер, – состоящих из следующего: личность трупов не может быть установлена; товарный вагон не имеет владельца; мотивы убийств весьма таинственны; причина наступления смерти во всяком случае неясна; доктор Кварц пользуется репутацией безупречного, порядочного человека; те две женщины, по крайней мере, насколько нам известно, знали о содержимом вагона так же мало, как мы с вами; и наконец, нет следов, по которым можно было бы раскрыть тайну, за исключением самого товарного вагона с его ужасным грузом.

– Вот так, Картер, теперь вы говорите по крайней мере, на понятном языке, – сказал начальник полиции и вздохнул облегченно.

– Милый друг, то, чего вы не понимаете, для меня тоже еще неясно. Но дальше: руководствуясь этими фактами, я пока принял следующие меры: я по телеграфу поручил моему первому помощнику, Дику Картеру, установить путь следования вагона, начиная со станции отправления. В настоящее время он находится в Филадельфии и оттуда пробирается сюда, а я сам хочу попытаться установить личность убитых. Прошлой ночью сюда прибыл доктор Вентворт, знаменитый химик и эксперт, и теперь он занят попыткой анализа жидкости, примененной для набальзамирования и установлением причины смерти. Я сам пойду по следу самого доктора Кварца. Полагаю, что я сумею согласовать это с моими стараниями установить личность пяти убитых. Затем я направил одного из моих наиболее способных помощников, Тен-Итси, на след найденной у Кварца на квартире девушки и ее камеристки; а Патси вместе с Джимом Глизоном, которому было поручено взорвать вагон, пытается узнать, насколько причастны к происшествию те двое мужчин, которые так тщательно рассматривали вагон на товарном вокзале. Таким образом, дело пока представляется в следующем виде: я должен установить личность пяти покойников, прежде чем заниматься расследованием самого дела; такую же деятельность мой двоюродный брат Дик проявляет по отношению к вагону, так как ему поручено выследить владельца и узнать мотивы убийства пяти человек. А во время расследования выяснится, каким образом они были убиты. Если доктор Кварц действительно тот порядочный человек, за которого он себя выдает, то я установлю это так же, как установил бы противоположное. В течение недели Тен-Итси узнает, какая связь существует между той девушкой, ее камеристкой и таинственным преступлением, а равно и узнает, каким образом они попали на квартиру Кварца. Вот приблизительно все.

– Гм. Пока все это звучит очень разумно; по крайней мере я это лучше понимаю, чем ваши описания мании величия и преступного тщеславия этого доктора Кварца. А что касается нашего вознаграждения, Картер, то мэр города полагает...

– Не беспокойтесь, город заплатит мне, что следует. Когда я закончу это дело, я представлю счет, и обещаю вам, он будет не маленький.

– Конечно, мы здесь не скупимся. С другой стороны, мэр города не желал бы назначать наград за доставление доказательств. Он придерживается того же мнения что и я, что все расследование должно вестись как можно более скрыто.

– Скрыто или открыто, это для меня безразлично, – возразил Ник Картер с широкой улыбкой, – по мне пусть узнают хоть от берегов одного океана до другого, что я взялся за это дело. Впрочем, самый главный участник, наш доктор Кварц, об этом уже знает. А для того, чтобы у него не оставалось никаких сомнений, я сам лично извещу его об этом. Я еще сегодня вечером пойду к нему и сделаю ему сообщение.

– Хотите ли вы этим сказать, что вы напрямик обвиняете его в убийстве?

– Приблизительно так оно и будет, – улыбаясь, ответил Ник Картер, – конечно, я выскажу свое убеждение не совсем ясно.

– Но вы действительно отправитесь в самую берлогу льва?

– Конечно, я хотел бы тщательно наблюдать за ним.

– Смотрите, Картер, будьте осторожны, иначе он изберет вас в качестве груза, который он обычным для него путем отправить куда-нибудь, а это, пожалуй, может повредить вашему здоровью.

– Вот этого я только бы и хотел, – ответил сыщик, смеясь, – я готов идти на пари, что в таком случае я провел бы его. На этом играл его однофамилец – и проиграл. Дело в том, что я уже собрал некоторый материал, о котором еще ничего не говорил вам.

– А... это любопытно.

Сыщик вынул из одного кармана маленький, выбитый бархатом кожаный футляр, и передал его начальнику полиции.

– Посмотрите-ка на эту штучку, в которой прежде, вероятно, находились дамские часы.

Начальник полиции надавил на пружину и крышка открылась. Вместо золотых часов там находилось некоторое количество белого воска, на котором виднелись следы какого-то оттиска.

– Милейший Картер, я никогда не умел разгадывать загадки. Что это такое?

– Помните, в товарном вагоне все было рассчитано на то, что полицией будет произведен осмотр всего, – всего, кроме вот этого. А это – оттиски пальцев, найденные мною на плюшевой обивке стен вагона, да притом оттиски, оставленные не нарочно. Оттиск одного из этих пальцев очень ясен. Это оттиск большого пальца левой руки. Я сфотографировал его и затем увеличил, а в этот футляр я положил воск, чтобы попросить доктора Кварца сделать оттиск большого пальца его левой руки.

– Но ведь на воске уже есть такой оттиск.

– Это от моего собственного пальца. Я сделал его для того, чтобы показать доктору, каких прекрасных результатов можно добиться таким путем.

– Милейший Картер, что у вас за фантазии? – возразил начальник полиции, – доктор Кварц просто высмеивать вас будет и оттиска не даст.

4
{"b":"13407","o":1}