ЛитМир - Электронная Библиотека

Но так как Ханчу не двигался, Ник Картер приложил ухо к его груди. Сердце японца перестало биться.

Когда он попытался прислонить тело Ханчу к борту лодки, он заметил, что голова его беспомощно болтается из стороны в сторону.

Ханчу сломал себе шею.

Ник Картер ухватился за одну из скамеек лодки. Жизнь его висела на волоске. Стоило оборваться веревке блока, на крюке которого висела лодка, или разломаться штанге, и он погиб.

Прежде всего он освободил лодку от двойной тяжести. Он осторожно поднял труп японца и выбросил его в море.

Затем он переполз через скамью к корме лодки. Тут он пощупал веревку от блока, и к радости своей заметил, что она довольно крепкая и почти совершенно новая.

Чтобы спасти свою жизнь, ему оставалось только рискнуть взобраться наверх по блоку. Не задумываясь, Ник принялся за дело. Он медленно выпрямился и полез наверх.

Пока он еще находился за бортом, буря его не задевала, но едва он поднялся на несколько футов над краем борта, как ураган снова ударил его так, что он не мог продвинуться вперед ни на один дюйм.

Он повис в воздухе, обхватив блок руками и ногами.

Мало-помалу мускулы его начинали ослабевать, и приближался момент, когда нужно было снова спуститься в лодку, чтобы не быть сметенным в морс.

Вдруг ураган приостановился.

Этим воспользовался Ник Картер, чтобы быстро перелезть через край борта и соскочить на палубу. Едва только он коснулся ногами досок палубы, как затрещал блок, веревка смоталась и слетела в воду.

Ураган свирепствовал с неослабевающей силой.

Полежав немного на палубе, чтобы отдохнуть от страшного напряжения сил, Ник Картер попытался добраться вдоль железных штанг краев палубы до середины палубы, чтобы дойти до входа в каюты.

Так как буря изменила направление, то Ник Картер был теперь подвержен всей ее силе и лишь с огромными усилиями добрался до нужного места.

Тут он приподнялся на руках и взглянул на освещенные окна кают-компании.

Звать на помощь не имело смысла, так как за свистом и ревом урагана все равно никто не услышал бы его.

Ник Картер задумался, как быть дальше.

Наконец он лег плашмя на доски и медленно пополз, в надежде добраться до входа.

После неимоверных усилий он в конце концов добрался до цели.

Он осторожно приподнялся и нажал ручку дверей.

К счастью, дверь была не заперта.

Ник Картер вздохнул с облегчением, кое-как добрался до своей каюты и тотчас же, не раздеваясь, свалился в постель.

* * *

Когда он проснулся, было еще темно.

Тотчас же мозг его начал усиленно работать и он мысленно снова пережил все перенесенные ужасы.

Затем он вспомнил гейшу.

Она оказалась права, утверждая, что Ханчу предатель и советуя быть настороже.

В сущности, ураган спас ему жизнь, так как Ханчу, несомненно, ожидал его у выхода из кают с кинжалом в руках. Таким образом, он за одну ночь дважды избежал гибели: от руки убийцы и от силы урагана.

Он задумался над тем, что если в среде подчиненных генерала находились такие предатели, то до Сан-Франциско ему не удастся доехать живым.

Лежа неподвижно на постели, Ник Картер обдумывал всевозможные планы и наконец нашел, как ему казалось, верный путь.

Он вскочил с постели, заткнул платком замочную скважину, спустил занавес у окна, так чтобы оттуда не мог проникнуть ни один луч света, зажег электричество и открыл свой чемодан.

Находясь в Токио, он кое-как составил коллекцию "инструментов", как он называл необходимый всякому сыщику реквизит: парики, фальшивые бороды, белила, румяна, одеколон и тому подобные вещи.

Прежде всего он снял мокрый костюм и переоделся во все сухое. Затем он начал гримироваться.

Около часа он простоял перед зеркалом и усиленно работал.

Сделав последний штрих, он отошел от зеркала и облегченно вздохнул.

Грим удался великолепно.

Он сам себя почти не узнавал.

На голове сидел седой, коротко остриженный парик, седые же, щетинистые брови выступали вперед над впалыми, казавшимися бесцветными, глазами. Кожа на лице казалась морщинистой и имела бледно-желтый цвет. Классический прямой нос Ника Картера превратился в неуклюжую, приплюснутую картошку японца. Даже энергичный подбородок как будто отступил назад.

Таким образом, Ник Картер превратился в шестидесятилетнего японца.

Надев еще соответствующий костюм, он стал похож на зажиточного японского коммерсанта.

Затем он снова уложил свои вещи, прибрал каюту, завернул свой прежний костюм в узелок, взял его в руки, погасил свет и осторожно вышел из каюты.

Сначала он, высунув вперед голову, прислушался.

В коридоре никого не было ни видно, ни слышно.

Неслышными шагами он прошел по коридору и поднялся на палубу. Там тоже никого не было.

Он швырнул узелок в море и затем снова вернулся в свою каюту.

Там он взял еще кое-какие вещи, которыми он думал воспользоваться впоследствии и еще раз удостоверился в том, что деньги и ценные вещи спрятаны в надежном месте.

Затем он снова вышел из своей каюты и отправился в курительную комнату, где сел в одно из кожаных кресел.

Тем временем буря утихла, лишь изредка ветер порывисто задувал над палубой.

Когда Ник Картер вошел в курительную, было четыре часа утра.

Ник Картер так устал от пережитых за ночь волнений, что почти тотчас же заснул и проснулся лишь, когда кто-то потряс его за плечо.

Было уже совершенно светло.

Возле него стоял капитан.

– Почему вы ночью находитесь в курительной, а не в вашей каюте? – спросил он по-японски.

Ник Картер быстро оглянулся. Кроме него и капитана никого в курительной не было:

Он ответил по-английски:

– Хорошо, что вы пришли, капитан Рит, мне нужно с вами переговорить. Не будете ли вы любезны пожаловать в комнату у мостика, где нас никто не может подслушивать? Я состою пассажиром первого класса, а зовут меня Ник Картер.

– Как? – вспылил капитан. – Меня, извините, не проведешь! Слава Богу, Ник Картер не японец, а самый настоящий американец! Что за глупости вы говорите! Вы – и Ник Картер! Если бы это не было так глупо, то это было бы ужасно смешно!

– Успокойтесь, капитан, – прервал его Ник Картер, – я все-таки тот, за кого себя выдаю. К сожалению, я не могу снять своего грима, и вам придется верить мне пока без доказательств. Будьте любезны исполнить мое желание и пожаловать туда, куда я вас просил. Речь идет об очень важном деле.

Капитан в недоумении разглядывал мнимого японца, по-видимому, все еще не доверяя ему. Наконец он сказал:

– Ладно, пойдем туда. Но имейте в виду: если окажется, что вы меня обманули, то я вас запру под замок и не выпущу раньше Сан-Франциско.

Немудрено, что капитан был сильно не в духе. Всю ночь он провел на мостике, ни разу не сходя со своего места.

Он поднялся по лестнице к комнате у мостика, вошел, сел в кресло и сказал, не пригласив Ника Картера сесть:

– Вот что, милейший. Говорите, в чем дело и не врите, иначе пожалеете. Я до сих пор ни разу не видел вас на пароходе и поэтому имею основание предположить, что вы тайком забрались на судно и скрывались. Признаюсь, я еще ни разу не слыхал, чтобы японец говорил так хорошо по-английски, да еще с нью-йоркским акцентом, но это мне мало. Если вы еще раз попытаетесь провести меня, то вы обязательно попадете впросак: случайно я имею честь лично знать знаменитого сыщика. Хотя он и недосягаем в искусстве гримироваться, но все-таки он не может изменить лицо и всю фигуру до того, чтобы походить на шестидесятилетнего японца! Это уж невозможно!

– Это большой комплимент, – ответил Ник Картер, спокойно садясь в кресло, – и я дам вам все необходимые объяснения, но предварительно попрошу вас дать мне одну из ваших великолепных сигар, так как мне сильно хочется курить, чтобы успокоить нервы. Дело в том, что я во время бури имел удовольствие кататься в течение получаса по палубе, а затем попасть в одну из спасательных лодок, одним концом сорванную со штанги. Оттуда я с трудом выбрался опять на палубу. Если бы я опоздал с этим на несколько секунд, то теперь не сидел бы здесь. Кажется, это была лодка номер 8.

6
{"b":"13415","o":1}