ЛитМир - Электронная Библиотека

"Я сделаю из Занони и Торы Галена адских демонов, которые лишь телом будут похожи на людей и их сестра сойдет с ума, так же как и ты! Занони уже в моей власти и она прекрасная ученица. Я намерен щадить ее до последнего момента, на Торе я хочу жениться и когда она не нужна будет мне больше для моих опытов, я отправлю ее труп сестре ее Минерве! Я сумею расстроить твою женитьбу на Минерве. Помни меня и мою клятву мести, так как никогда ты не будешь обладать той женщиной и никогда не женишься на ней. Чтобы усугубить ваши мучения, она постоянно будет близко от тебя и всегда я ей дам возможность просить у тебя помощи и защиты и укрываться под сенью твоей любви! Таким образом я еще скорее приведу вас обоих на путь к помешательству. Всегда вы будете близки друг другу и все же на неизмеримо далеком расстоянии один от другого – постоянно вы должны будете дрожать перед лицом страшного и неотвратимого ужаса! И от этого ужаса вы медленно, но верно, лишитесь рассудка. Не будет у вас ни одного спокойного часа отныне, вы ежеминутно должны будете ожидать грозной катастрофы, которая сразит вас как сверкающая молния разрушает стройную ель!"

Это еще только отрывок из его ужасной угрозы, но его достаточно, чтобы показать, сколько ужасов я и жена моя Минерва должны были пережить до сих пор. Что же касается семьи Дюкло, члены которой убиты почти все, – насколько я знаю, живет еще только Нанина, да и то она, как моя бедная Эдита, почти совершенно лишена рассудка, – то семья эта состояла в родственных отношениях с семьей Галена. – В течение последних семи лет, истекших со времени произнесения ужасной клятвы мести доктора Кварца, мы шесть раз пытались венчаться, но это удалось нам только при седьмой попытке. Это было в тот роковой вечер, когда мы после венчания собирались остановиться здесь в Гранд-Отеле и сделали в комнате для новобрачных столь ужасное открытие. В течение всего этого времени мы объездили весь земной шар, Минерва в сопровождении своей тетки, конечно, под чужими фамилиями и во всевозможных переодеваниях. Я постоянно находился вблизи моей невесты – и каждый раз смерть в самом ужасном виде становилась нам поперек дороги. Два раза священники и один раз мэр, свалились мертвыми в тот самый момент, когда они собирались произнести последнее связывающее нас навсегда слово – они, конечно были умерщвлены каким-нибудь таинственным ядом из адской лаборатории доктора. Другой раз церковь во Флоренции, в которой мы собирались повенчаться, была разрушена взрывом, причем была убита масса людей. Еще другой раз нашли труп тетки Минервы как раз в тот момент, когда моя невеста собиралась надеть фату. В гардеробной комнате она нашла свою тетку мертвой на полу, а между тем та только за несколько минут до нее вошла в эту комнату; она была убита кинжалом убийцы, след которого не могла найти полиция обоих полушарий. Таким образом мы кочевали с места на место, из страны в страну, из одной части света в другую, пока мы, наконец, прибыли сюда в Канзас-Сити, где и решили не обращать более внимания ни на какие препятствия, тем более, что мы пришли к убеждению, что все равно не избежим нашей участи. И вот здесь-то, господа, нам пришлось пережить ужасные события. Тот таинственный товарный вагон, в котором находились почти все оставшиеся еще в живых родственники моей жены, был отправлен сюда с исключительной целью предостеречь нас и нагнать на нас новый страх. Это предостережение обозначало, что настала пора исполнения на нас самих клятвы доктора Кварца, данной им в Париже. Излишне будет добавить, что труп той молодой красавицы, лежавшей на постели в вагоне и столь похожей на мою жену, был искусно набальзамирован. Она была убита, как и найденный в Гранд-Отеле мужчина, исключительно для того, чтобы напугать нас своим видом. Мы с Минервой теперь уже боялись приблизиться друг к другу, опасаясь что это может повлечь за собой смерть совершенно невинного человека. Но наконец мы, как только возможно было скрытно, назначили день нашего венчания. Мы решились пойти на встречу даже самому ужасному. Вот в ту ночь нам и удалось здесь в Канзас-Сити повенчаться. Мы уже думали, что нам удалось провести этого ужасного доктора Кварца и мы были тем более спокойны, что слышали о его аресте. В самом счастливом настроении мы отправились в гостиницу, чтобы там переночевать, а затем на другой день бежать куда-нибудь далеко, чтобы жить там вдали от света в мире и спокойствии. Ныне всем известно, что нас встретило в Гранд-Отеле. Каким образом доктор Кварц узнал о нашем намерении остановиться в этой гостинице, остается для меня загадкой. Надо полагать, он помимо нашего ведома, окружил нас продажными доносчиками, больше того, он вероятно, нашел возможность прочитывать наши письма. На самом деле мы уже за две недели до венчания условились относительно всех подробностей, причем было решено, остановиться после венчания в только что открытом Гранд-Отеле и занять помещение для новобрачных. – Избавьте меня от дальнейших повествований, господа. Я кончил и знаю только то, что этот проклятый доктор Кварц приведет свою клятву в исполнение. Никакая земная власть не сумеет ему воспрепятствовать в этом, он не страшится никого.

* * *

Полицейские расследования установили, что беспорядки на Делавар-авеню, как и предполагал Ник Картер, были задолго вперед подготовлены доктором Кварцом и исполнены его сообщниками в точности.

Негодяй, конечно, считался с тем, что будучи арестованным Ником Картером, его посадят за решетку и что ему тогда будет не так легко освободиться.

Поэтому он поручил своим, проживавшим во всех концах города, сотрудникам, произвести беспорядки и погромы, как только он будет арестован.

Если бы не та случайность, что доктор Кварц был арестован в тот самый вечер, когда венчался Альберт Пейтон, натолкнувшийся на столь ужасный прием в помещении для новобрачных, которым и без того занялась часть полицейских сил, – то дело не окончилось бы беспорядками на Делавар-авеню, а в разных частях города возникли бы пожары, так что полицейское управление должно было бы выслать на места всех своих людей для восстановления порядка и спокойствия.

Музей Еремии Стона был избран местом происшествия только потому, что заслужил большую известность в городе благодаря выставке ужасного товарного вагона. Весть о беспорядках возле музея должна была привлечь массу любопытных, а для восстановления и поддержания порядка в такой толпе требовалась значительная полицейская сила.

Тонкие расчеты преступного врача весьма точно оправдались и при помощи своей, равной ему по значению, помощницы Занони негодяю было легко улизнуть из тюрьмы.

К своему несчастью доктор Кварц должен был, однако, признать, что в лице Ника Картера он имел по меньшей мере вполне достойного противника, так как ловкому сыщику удалось снова арестовать его, едва он успел выйти на свободу.

* * *

Когда доктора Кристаля повели на допрос, он упорно отмалчивался.

Лицо молодого врача решительно ничего не выражало, точно лицо какой-нибудь куклы. Ни на один вопрос он не дал ответа. Не добившись ничего, пришлось отвести его обратно в его камеру.

Разумеется, доктор Кристаль должен был оставаться под арестом, пока официальный обвинитель примет решение, как поступить со столь отмалчивавшимся арестантом.

Занони точно исчезла с лица земли и никто не знал, куда она девалась. Самые тщательные розыски остались без результатов.

А что сталось с главным героем, доктором Кварцом?

Высоко подняв голову, он предстал перед начальником полиции и произнес с ледяным спокойствием:

– Господин начальник, советую вам не задавать мне никаких вопросов, так как я не скажу вам правды. Каждое мое слово будет ложью и только ложью. Я решительно ничего не знаю, а в общем я также мало виновен, как и Занони.

– Но где же находится эта самая Занони? – взволнованным голосом спросил начальник полиции.

Улыбка озарила лицо негодяя, он поднял глаза и произнес мягко:

13
{"b":"13418","o":1}