ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Никто не получит никакой поездки. – Джек возвел глаза к небу: его не понимали. – Это всего лишь неверно истолкованные мои слова. Я никогда ничего не говорил о поездке. Я всего лишь обещал ему разрешить две минуты посидеть в салоне, больше ничего.

Женщина от души рассмеялась.

– А вы понимаете, что на эти две минуты сбегутся смотреть все его друзья?

– Да перестань, Таня, – простонал Джек.

Они стояли теперь рядом с группой врачей. Джек обнял ее за плечи и предупреждающе прищурился.

– Я даю тебе личную гарантию, что они не дотронутся до металла и будут держать руки в карманах. Если у тебя не будет много работы в этот момент, ты можешь пойти и посмотреть волшебство, которое будет твориться вокруг моей машины в парке.

– Да ты все врешь, доктор Мак-Юэн, – рассмеялась Таня. – Я знаю тебя, ты все равно дашь ему прокатиться, и не только ему. Я не собираюсь предупреждать, чем тебе это грозит. Ты человек взрослый, сам догадаешься. Доктор Мак-Юэн погрозил ей пальцем:

– Прекратите. Не надо рисовать кошмары.

Они наконец догнали остальных, и он чуточку прижал ее, ощутив ее прекрасный мягкий бочок. Затем отпустил.

Джек довольно улыбнулся, затем перевел взгляд в сторону Келли, которая была рядом с Роджером. Она гневно смотрела на него. Но как только Джек поймал ее взгляд, она резко отвернулась, делая вид, что увлечена разговором с Роджером.

Весь день и ночь он работал по вызовам. Он сказал Келли после собрания, что она может уехать раньше и что у его пациентов есть некоторые проблемы. Но как он и предполагал, она отказалась уехать, пока не убедится в улучшении состояния больных сама. Таким образом они должны были проводить осмотр вдвоем.

– Да, так будет лучше, – решила доктор Келли, когда осматривала маленькую пациентку. Ей она тоже сменила лекарства и метод лечения. – Я довольна результатами. А вы, Джек?

– Полностью с вами согласен. Конечно, еще рано ожидать каких-либо глобальных изменений, но краснота стала как будто меньше. Температура у девочки тоже снижается, – ответил он, передавая Келли медицинскую карту.

– Утром надо будет снова ее осмотреть, – заключила Келли. – Я видела сегодня днем на осмотре шестилетнего мальчика с астмой, – сказала она ему, когда они остановились около комнаты медсестер после осмотра. Там они оставили снимки и истории болезней. – Он поправился настолько, что может пойти домой, его мама собирается забрать его, она не хочет оставлять ребенка на ночь. Его состояние намного лучше, поэтому я думаю, что вы не увидите его. Но вы можете оставить его на мое попечение, если хотите. В регистратуре знают о нем, к тому же я оставила в приемном покое его карту, чтобы она была там, если понадобится. Других вопросов у меня пока нет.

Она собрала стопку журналов со стола, прижала их к груди, потом, поколебавшись, мельком взглянула в сторону Тани, которая только что подошла и терпеливо ждала, когда можно будет поговорить с Джеком.

– Так вы подниметесь наверх выпить с нами чаю? – спросила Келли.

– К сожалению, не сегодня, – покачал головой Джек, давая понять, что у него нет ни минуты. Так как состояние Синди улучшилось за последние сутки, то он решил, что ему не надо специально говорить с родителями девочки. Он мгновенно понял, чего хочет Таня, потому и собрался спешно посетить ассоциацию, чтобы узнать новости. – Давай в другой раз, Келли, хорошо?

– Конечно. – Ее глаза недобро скользнули по старшей медсестре, и она понимающе кивнула: – Понимаю. Может быть, вы купите одну из машин, которые контролируют очередь. Таким образом мы могли бы знать, когда и чья очередь и не было бы толкотни.

Джек и Таня оба посмотрели на Келли со странным выражением лица, ничего не понимая. Джек произнес:

– Кажется, я что-то пропустил.

Таня, стоявшая рядом с ним, была так же сбита с толку, как и он.

– Я знаю Келли многие годы и никогда не слышала, чтобы она говорила что-либо подобное. Никогда никаких намеков и туманных фраз. Она всегда была самой доброй, выдержанной и добродушной. Не понимаю, что с ней случилось. – Последние ее слова улетели в воздух. – Не может ли она... Нет... только не Келли! Это же глупо. Она слишком чувствительна. – Таня улыбнулась: – Похоже, она просто ревновала.

– Ревновала? Но кого?

– Тебя ко мне. – Таня положила руку ему на плечо. – Я хотела сказать, что, возможно, ты ей нравишься. Может быть, она слышала слухи, которые ходят о нас. Впрочем, она была бы недалека от истины, если бы... знала, но ведь она только недавно вернулась из отпуска, так что она не могла знать об этом. Поэтому у нее не было никаких оснований ревновать. – Она снова запнулась. – Джек, ведь ты не... – Ее глаза расширились от удивления, когда она неожиданно поняла: в его лице есть нечто, что он хотел бы скрыть от нее. – Но ведь не за три же дня! Бедная Келли! – воскликнула она. – Как же ты мог?

– Да Бог с тобой! – Джек развернул ее и оттолкнул от себя. – У тебя слишком живой и подозрительный ум.

– Прости. – Ее взгляд действительно был подозрительным. – Просто она мне очень дорога как подруга. Она хороший человек. Я бы хотела защитить ее. Может, она и выглядит со стороны недоступной, но она совсем не такая, как все остальные здесь. – И она весело подмигнула ему. – Келли – очень искренний человек. Она не из тех женщин, которые очертя голову могут броситься в приключение с малознакомым мужчиной.

– Ты думаешь, что я сам не вижу? – Джек задумчиво посмотрел вслед удалявшейся Келли.

Глава 7

Келли провела утро пятницы на совещании и в городской клинике, а к обеду подъехала к главному онкологическому корпусу в Веллингтоне. Обычно она не возвращалась в «Кэрори» после посещения раковых больных в городе, но сегодня решила, что лучше ей увидеться с коллегами и обсудить некоторые вопросы.

К тому же был шанс, что Джек окажется на рабочем месте. Впрочем, это была не единственная причина, по которой она отправилась в «Кэрори», уверяла она себя. Но когда она приехала и зашла в кабинет, то очень огорчилась, не увидев там своего нового коллегу. Таня, которая оставалась допоздна, чтобы доделать сверхурочную работу, сообщила, что Джек ушел буквально пять минут назад.

– Отлично. – Келли забрала бумаги, которые ей были нужны. – Тогда поработаю одна, обойдусь без его помощи.

Таня, видя состояние коллеги, предложила ей свою помощь и по окончании проверки даже смогла убедить Келли присоединиться к ней и выпить чашечку кофе. Келли была все еще смущена инцидентом, который произошел вчера, поэтому боялась и не хотела объяснения с глазу на глаз. Она была не готова как-либо объяснить эту историю и свою реакцию.

Келли начала с извинений, но старшая медсестра лишь замахала на нее руками и немилосердно прервала готовые сорваться с ее языка пылкие излияния.

– Не волнуйся насчет этой истории, я понимаю, – сказала она. – Считай, что все забыто.

Келли ответила:

– Даже не знаю, что на меня нашло.

Таня улыбнулась и добродушно рассмеялась:

– О, у меня на этот счет есть своя, весьма определенная, идея. – Она изящно изогнула правую бровь, а Келли изумленно уставилась на нее. – Я все время думаю об этом начиная со вчерашнего дня и наконец пришла к выводу, что мы все тут основательно изменились. Мы же достаточно взрослые, Келли. Нам нет нужды что-либо друг другу объяснять и извиняться. Поэтому не слушай никаких историй, Келли, не слушай сплетни. К тому же у тебя нет причин меня ревновать. Я всего лишь один раз ужинала с Джеком. А в этом нет ничего особенного, согласна?

– Но... но я думала, что ты и он, вы...

– О, конечно, он мне очень нравится, очень. Я думаю, что он потрясающий парень, веселый и сумасшедший. Уж он-то знает, как свести с ума. В его присутствии каждая женщина чувствует себя неотразимой. Но это все, что между нами было. Кроме ужина, ничего.

– Как поживает твой муж?

– Да, правильно. Именно из-за него тем вечером я пошла ужинать с Джеком. Девушке Энтони всего девятнадцать лет. Девятнадцать, представь себе! Мне почти двадцать девять. Всего на десять лет старше ее. Последние шесть месяцев я живу словно в аду, без него ужасно скучаю. В то же время я его ненавижу. Ведь это он заставил меня почувствовать себя старой и ненужной, уверенной, что больше ни один мужчина на свете не захочет на меня даже взглянуть. – Тут Таня тяжело вздохнула. – А потом неожиданно в нашу клинику поступил работать Джек, – продолжила она, справившись со своими чувствами. – Он такой душевный человек, веселый и обаятельный, привлекательный чисто по-мужски. И он мне очень нравится. А кому бы он не понравился? Поэтому когда он пригласил меня на ужин в кафе и попросил показать ему район и достопримечательности, то я согласилась. И поверь, мы провели время не скучно. Мы много шутили, смеялись. Я почувствовала себя желанной и счастливой, словно заново родилась. Я всегда буду благодарна ему за то, что он вернул мне меня, мои женские гордость и достоинство.

20
{"b":"13425","o":1}