ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Руки-ноги? – повторил он, озадаченный речью старшей медсестры.

– Ну... конечно, это будет большой потерей, – продолжила она задумчиво, оглядывая Джека с головы до ног. – Потому что у тебя такие прекрасные ноги. Такие сильные, а руки чего стоят! А другие части тела... даже жалко стало.

– Таня, – погрозил ей пальцем Джек. Затем он легонько приподнял ее подбородок и с интересом заглянул в искрящиеся смехом карие глаза. – Неужели ты бы правда так поступила ради Келли?

– Мы бы все встали на ее защиту, – добродушно предупредила она. – Боюсь, ты меня поймешь неправильно, но мы все знаем, что Келли заслуживает счастья. Не обижайся на меня, но ведь это я ей посоветовала приударить за тобой...

– Что-что посоветовала?

– Приударить за тобой. – Таня улыбнулась. – Я сказала ей, что ты определенно стоишь подобной попытки.

Джек застонал. Ох уж эти женщины. Никогда им нельзя доверять.

– Но, Таня...

– Джек, это была всего лишь обычная женская болтовня. Не принимай близко к сердцу. Она тоже знает: мы всего лишь шутили.

– Но теперь-то ты что беспокоишься? Ты боишься, что если она воспользовалась твоим советом и ей стало от этого худо, то вина ложится на тебя?

Таня покраснела.

– Ну... да, я боюсь.

– Но может, все получилось совсем наоборот? – спросил он лукаво. – Вдруг это бедняжка Келли обидела меня? Что ты будешь делать? Побьешь ее? Вдруг именно я уйду от нее с разбитым сердцем, а не наоборот?

Таня лишь усмехнулась в ответ:

– Такого не может быть.

Джек нежно провел большим пальцем по ее щеке:

– Таня!

– Да?

– Выше нос!

– Ладно. – Она улыбнулась. – Постараюсь, я ведь доверяю тебе.

Джек допил чай, поставил чашку ей на поднос и взял кусочек бисквита.

– О нет, обо мне не волнуйся, – предостерег он ее, откусив кусочек, пахнущий кокосом. – Я не такой болван, чтобы попасться на ее удочку.

Глава 13

Келли быстро сообразила, как себя вести с Джеком. Иного выхода не существовало: ей не нужно создавать из этого проблему. В конце концов, он прав: он уже дал ей то, что ей было нужно. И это было все, чего она хотела. Это в самом деле то, что она хочет. Однако почему-то она была недовольна. Внутренний голос твердил ей, что хочется чего-то большего.

Сейчас, когда он буквально выгнал ее, чтобы сохранить малейшее достоинство, ей было просто необходимо вести себя так, словно ничего не случилось и в ее жизни все отлично.

Даже если она чувствует себя хуже некуда, даже если ей кажется, что вся ее жизнь не стоит и ломаного гроша.

Понедельник она провела в Веллингтоне, и он уже ушел к тому времени, как она прибыла в «Кэрори» на ночную смену. Во вторник она вела себя абсолютно естественно, даже равнодушно, подумалось ей, когда они делали обход. Словно и в самом деле между ними ничего не происходило.

Келли пришла в столовую на еженедельный ленч с Марджи и Сарой и обнаружила, что Тесса Уэбстер, невестка Джека, которая работала ассистентом акушера в гинекологии и была также членом ассоциации женщин-медиков, присоединилась к ним. Она улыбнулась при виде Келли и спросила, как ей понравилась вечеринка в субботу вечером. Келли не моргнув глазом бодро ответила ей на вопрос:

– О, вечеринка удалась на славу. Твой шоколадный торт меня пленил. Лучше я никогда не ела.

Тесса улыбнулась с довольным видом.

– Десерты я делаю мастерски, – признала она не без удовольствия. – В тот раз я добавила в торт миндаль вместо ванили, поэтому он так приятно пах. Мы не разрешаем Томасу есть много сладостей, а у Натана нет на них особого аппетита, поэтому теперь я скорее всего не скоро буду печь. Я рада, что тебе понравилась моя стряпня.

Во время этого краткого разговора Сара навострила уши.

– А что у вас там было? – не замедлила спросить она.

– Юбилей свадьбы родителей Джека, – пояснила с равнодушным видом Келли. – Он не знал, с кем пойти, поэтому я предложила свою кандидатуру.

– Это Джек не знал, с кем пойти? – промолвила Сара, не веря своим ушам. – Так-так. Хм. Это интересно.

– Я провела замечательный вечер; – продолжала Келли, избегая смотреть Саре прямо в глаза. Ее взгляд порой бывал чересчур проницательным. – Там было много музыки, мы танцевали, компания была замечательной, а ужин – превосходным.

– Келли...

– Это звучит заманчиво, – прервала Сару Марджи, к облегчению Келли, которая готова была говорить что угодно, лишь бы не слышать вопросов Сары, которые та всегда держала наготове. Но Марджи так и не успела ничего сказать, потому что ее прервал вызывающий свист Сары. Марджи закрыла уши руками, поднялась со стула и направилась к одному из телефонных автоматов в столовой.

– О, там стоит Джек, – внезапно сказала Тесса, и Келли в страхе обернулась, чувствуя, что ее нервы на пределе. Тут же покраснев, она совсем смешалась. Джек стоял в очереди за сандвичами и кофе. – Я обещала мистеру Соломону предупредить его насчет кесарева сечения, которое мы собираемся сделать в ближайшее время. Он попросил меня пригласить на операцию Джека. Ведь Джек сегодня, кажется, на вызовах, ты не знаешь, Келли?

– Ну да, насколько я знаю, да, – подтвердила Келли.

– Я отлучусь на минутку, – извинилась Тесса и в мгновение ока оказалась рядом с Джеком, оставив Келли и Сару наедине.

Келли беспомощно оглянулась назад, словно ища поддержки, и Сара рассмеялась.

– Да не волнуйся ты так, не буду я тебя мучить вопросами. Не то чтобы мне было неинтересно обо всем узнать, но... Мы же обе с тобой прекрасно знаем: Марджи четвертует меня, если я тебя как-нибудь обижу.

– Вряд ли ты меня сможешь чем-нибудь обидеть. – Келли опустила голову. – Просто мне кажется, я сегодня немного не в своей тарелке, – признала она с трудом. Немного ли? За целый год она ни разу не была так расстроена, как сегодня.

Сара встревожилась по-настоящему:

– С тобой все в порядке?

– Ну... – Ее коса упала на грудь, и она отбросила ее за спину. – Думаю, да. Вроде ничего. – Даже если бы Келли хотела, то не смогла бы всего объяснить подруге. Да и как бы она посмела?

Как объяснить другой женщине, что в течение четырех часов ты, охваченная невообразимой страстью, безнадежно ожидала чуда, а вместо любви получила несколько тягучих мучительных часов истязания души и тела. Ее дразнили, то приближая миг счастья, то удаляя на неизвестный срок. За это время она была так измотана, словно ее били палкой по спине, боль была похожей. В итоге после полового соития она погрузилась в беспробудный сон и проспала десять часов кряду. Ну как возможно все это объяснить?

А как объяснить другому, что долгожданный миг принес ей не радость и отдохновение, как она ожидала, а нечто совершенно противоположное тому? Вместо этого она получила лишь признание собственного бессилия, она была охвачена паникой и теперь беспрестанно грустила.

Ей-то думалось, что с Джеком у нее все удастся, она уйдет от него не захваченной чувствами. Она проиграла, надо признать.

До субботы, до сцены в раздевалке магазина, она полагала, что все знает о сексе и ее собственных способностях и желаниях. Но нет. Ничего подобного она не испытывала ни с Уориком, ни с кем-либо другим. То, что она пережила рядом с Джеком, не шло ни в какое сравнение с ее предыдущим опытом.

Вещи, которые он творил с ней, тот способ, которым он сводил ее с ума, были потрясающими. Ее охватывала мучительная страсть, и не ответить на его призывы было невозможно. Ей хотелось касаться его тела, быть рядом. И кажется, он хотел того же. Это было слишком необычно. Не похоже ни на что остальное в жизни. Но ей это нравилось. О таком она даже не мечтала.

Его любовь была такой нежной и медленной, какой она еще ни разу не испытывала.

Он гладил ее и нянчил, нашептывая слова, которые приводили ее в ярость и смущение. Другие же слова успокаивали ее именно тогда, когда она готова была взорваться от ярости. Он возбуждал ее именно тогда, когда она хотела, и успокаивал, когда было нужно. Этот необычный мужчина умел быть нежным и страстным одновременно. Келли никогда еще не встречала мужчину, который бы относился к любовнице бережно, как к маленькому ребенку. Перед тем как заснуть, она провела несколько поистине потрясающих часов.

40
{"b":"13425","o":1}