ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Что скажешь? Стерва права.

Ради жены чего только не прошибешь лбом. Приволок платье французское, все из лунного серебра. Нырнула она в него, а вынырнула незнакомая женщина. Я встал, место ей уступил.

И вот она вся в этом платье, достает из кожаной сумочки косметичку и заявляет:

«Пардон, месье считает, что это гармонирует с драными шлепанцами? Тебе же будет стыдно ходить рядом со мной! Я тебя опозорю!» Что говорить? С француженкой не поспоришь! Пошел туда, не знаю куда, принес то, не знаю что. Надела — ей в самый раз! Ножка в туфельке — не узнать! Будто ноги купила новые! Платье надела, личико перекрасила. «Ну как?» А у меня язык отнялся и прочие органы. Неужели мне, простому смертному, довелось все эти годы жить с королевой?

Она тушью реснички свои навострила, из-под них синим глазом стрельнула. Щечки в краску вогнала, губки алые обвела, встала рядом у зеркала, и понял я, что один из нас лишний! Короче, в этих туфлях, платье, с косметичкой в сумочке, тут же ее у меня увели.

Мужики, послушайте пострадавшего! Если вы свою любите, — ничего ей не покупайте! В том, что есть, она никому, кроме вас, не нужна. Если хотите избавиться — другой разговор!

Кормилец

Муж явился домой под утро сильно потрепанный. Устал до того, что язык не поворачивается лгать. Жена кидается к нему: «Слава богу, живой! Я так волновалась! Молчи! Я все знаю! Ты играл в карты! Молчи! Я вижу по лицу! Всю ночь в поте лица играл! Ради того, чтобы нас накормить, обуть, одеть! Бедный мальчик, представляю, как ты устал! Не трать силы — молчи! Ты выиграл для семьи… Проиграл? Сколько? Взял из дому двести, а проиграл… сто пятьдесят?

Значит, домой принес пятьдесят тысяч чистыми! Кормилец ты наш!

Цунамочка

Слышь, Гриша, мне на работе один рассказывал, будто его отец в журнале прочел про японцев, ты не поверишь! Да, удивительный японский народ! Так далеко от обезьяны ушли — отсюда их не видать! Так вот, говорят, в Японии в продажу поступили домашние роботы.

Что значит, почем? Около полумиллиона йен. Дорого это или дешево, никто не знает, но тебе, Гриш, не по карману. Ты сначала из ломбарда алюминиевую ложечку выкупи!

Не перебивай! Робот этот — полная фантастика! Готовит, стирает, убирает квартиру, по телефону говорит: «Извините, хозяина нету, а что передать?» Берешь сигарету, Гриш, слышь, папироску берешь, а он спичку подносит, и слышится:

«Курение опасно для вашего здоровья. Скоро сдохнете!» Представляешь? И с ним можно разговаривать! Сел, душу выкладываешь, а из отверстий его слезы капают и внутри все вздыхает.

Не знаешь ты, какое принять решение, согласиться выйти сверхурочно или от винта послать, робот тут же тысячу вариантов переберет и наиумнейший выложит! Ну, практически, как бы в доме такая жена мозговитая на полупроводниках! И не поверишь, Гриш, написано, будто этот робот и внешне… симпатичная!

Ну, как тебе объяснить. Робота снаружи под женщину делают. Не робот, а роботяга такая. Под японочку в кимоно оформлено. «Цунамочка» назвали. Да, да, со всеми делами! Можно заказать в виде блондинки, брюнетки, шатенки… Гриш, я ж тебе говорю: все дела! Как закажешь! Да, хоть как у Елены Константиновны! Ради бога!

Зайенил, — получи свое! Кнопочку на спине нажал, — она тебе глазки строит!

Ножку показывает! Краснеет… Гришь, я ж тебе сказал: все дела! Все! Причем, ты лежишь, только кнопочки нажимаешь, а все происходит!

Ну, ты дальше слушай. Такая, значит, в доме работяга, что тебе абсолютно ничего делать не надо, — лежи пластом японским, в потолок плюй. Что? Ради бога?

Кнопку нажал, — и она за тебя плюет в потолок! Баба люкс! Конечно, понакупали все. Японки живые забастовали, поскольку на них спрос уменьшился. Кому охота с живой бабой связываться, когда за те же деньги все удовольствия беспрекословно и в момент!

Но где-то через месяц медовый японские мужики застрочили на фирму жалобы. Мол, им жить не хочется вообще и с этой работягой, в частности! А в ней такая программа заложена, против тебя никогда! Рявкнешь — молчит! Послал — ушла.

Бьешь, — не бьется, гадина! То есть взаимностью тебе не отвечает! И помириться с ней невозможно, оттого что никак не поссоришься! И нет японскому мужику удовлетворения! Выяснилось, что хорошо японцу бывает только тогда, ежели до того было нехорошо!

Фирмачи это мигом просекли, концы в роботе перепаяли и новую модель на прилавок кинули! Ничего, дрянь, не делает! Орет, как ненормальная! Хозяина по квартире гоняет! Током бьет! Чужих мужиков в дом тащит! А кинешься на нее, она тебя приемом каратэ из окна швырк и вазу вдогонку. Вот такая «цунамочка». Я бы сказал «тайфуночка» получается! Зато ровно в двенадцать ночи по японскому времени эта зараза вырубается и до шести утра отключается полностью. Говорят, с двенадцати до шести утра японцы от счастья плачут. Шесть часов непрерывного кайфа! Но стоит этот робот безумно дорого!

Я тут подумал, выходит, мы живем не хуже японцев, Гриш! Ты мою Катьку знаешь?!

Та же цунами! Под горячую руку и зашибить может. Но в двенадцать ночи всегда, как штык, вырубается и до шести утра, как убитая, спит. Эти шесть часов я себя полным японцем ощущаю!

Вот так-то. Григорий-сан! Не в йеньках счастье

Гипноз

Курила она. Ну, прилично. Если честно, где-то пачку в день. И в ночь пачку.

Если не спит. А если спит — полпачки.

Ей и посоветовали: «Сходила бы к гипнотизеру. Пока жива. Есть один.

Пятерых отучил навеки. Он внушил им такой ужас последствия курения на организм, что испугались и все бросили. Один даже семью. Вот такой гипнотизер. Очень сильный. Очень!» Ну, она и пошла.

В три сеанса он из нее сделал другого человека! Сигареты теперь видеть не может! Вообще никого видеть не может. Ну, и заикается немного. Но только когда говорит. Когда молчит, практически не заикается. Да глаз дергается. Но это днем, когда не спит. А ночью, когда спит, практически ничего у нее не дергается. Спит, как убитая. Правда, соседи творят, что кричит всю ночь:

«Спасибо, я не курю! Спасибо, я не курю!»…

Явился

— Та-ак! Явились не запылились! Где шлялся всю ночь?! Как дура, его ожидаю, не сплю, а они до утра загулямши! Лапы поганые убери!..

Соседи за стеной шепчутся: «Опять Нинка с мужем ругается!» — Куда пошел с грязными лапами? Я квартиру для чем убирала? Чтобы ты пришел и нагадил? Сидеть!

Соседи шушукаются: «Нет, не с мужем. Собака ихняя, нагулявшись, пришла».

— Кого ты себе завел? В глаза смотри, в глаза! Собачий ты сын! Совесть есть?

Соседи бормочут: «Нет, вроде мужик ейный…» — Ты морду бесстыжую не отворачивай. Как шляться, так герой, а как отвечать, так под стол спрятался! А-а, слюна потекла. Миску увидел! Прожуй, чего давишься, не отымут… Куда в постель ко мне полез с грязными лапами? Хоть душ прими, ирод!..

Соседи пожимают плечами: «Господи! Кто ж там пришел?..

Да все они, кобели, одинаковы!

Восемь с половиной

Никому нельзя верить! Москвичи божились, что возьмут Мыловидову обратный билет до Ленинграда, но в последний момент, сволочи, извинились, мол, не получилось.

Игорь Петрович приехал на вокзал в сильном расстройстве. Как любой человек в чужом городе без билета, он чувствовал себя заброшенным в тыл врага без шансов вернуться на Родину. Он постучал в закрытое окошечко кассы условным стуком тридцать пять раз.

— Лишнего билетика не имеете? — безнадежно спросил он кассиршу.

— Остались «эсвэ», будете брать?

— А сколько стоит?

— Двадцать шесть с постелью. Берете?

Мыловидов слышал об этих развратных купе на двоих, но в жизни ими не ездил, потому что вдвое дороже, а командировочным оплачивают только купейный. Но выбора нет. Ночевать негде.

— Черт с ним! Гулять так гулять! — Мыловидов вздохнул, с болью отдал четвертной и рубль с мелочью.

11
{"b":"1344","o":1}