ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– А кто по целым дням из постели не вылезает – тому что за дело до дома! – поджав губы, подлила масло в огонь Леопольдина.

Это, конечно, разозлило Рикардо.

– Попрошу вас не вмешиваться в дела семьи! – рявкнул он на нее.

– Не бойся, Леопольдина! – кинулась на ее защиту Дульсина. – Не хватало еще, чтобы Рикардо командовал в моем доме!

– Этот дом такой же твой, как и Кандиды, и мой, и Рохелио!

Дульсина чувствовала, что она должна что-то предпринять. Но что?

– Кандида, позвони Росауре, что наш бал отменяется. А ты, Леонела, предупреди Ванессу. Нельзя, чтобы наши друзья увидели этот балаган с оборванцами и бродягами.

А в саду продолжалось веселье.

Толстый Иларио подпевал музыкантам. Каридад, пританцовывая, восторгалась тем, как они играют. Ребятня носилась по саду.

Роза зорким глазом оглядела своих гостей и решила, что настало время заняться праздничным тортом, которым очень гордилась.

Но в это время в сопровождении своей старшей служанки в саду появилась Дульсина. В общем шуме, в звуках песен марьячис вопли ее не сразу привлекли внимание гостей. Но постепенно они стали затихать, с интересом и недоумением глядя на разодетую сеньориту, вопящую на них что есть мочи:

– Сброд! Бродяги! Кто вам позволил хозяйничать здесь? Пошли вон!

В образовавшейся на секунду паузе было слышно, как Каридад спросила:

– Розита, кто эта чокнутая кикимора?

– Это Дульсина, золовка моя… Как ты думаешь, Каридад, пора резать торт, а? – успела сказать Роза, прежде чем раздался новый залп ругани изо рта Дульсины.

Роза подошла к ней.

– Ну чего ты, золовка, разоралась-то? Чего у тебя случилось?

Растерявшаяся от этой наглости Дульсина стала объяснять:

– Я хозяйка дома, и я не давала разрешения, чтобы всякие…

– Ну, ты потише. Ишь, разгорячилась!..

– Это мой дом!

– И мой тоже…

Кто-то дотронулся до плеча Розы. Она обернулась. Рядом с ней стоял Рикардо.

Он спокойно и твердо сказал Дульсине:

– Я, кажется, ясно выразился. Вы идите в дом. А они в саду пусть справляют Розин день рождения.

Внимательно слушавшие этот разговор гости издали дружный победный вопль. Музыка, смолкшая было, загремела с новой силой. Иларио запел. Каридад затанцевала. Роза кинулась разрезать торт. Веселье продолжалось.

Совсем другие гости толпились в прихожей дома в полной растерянности. Их не успели предупредить о происходящем в саду, они ехали развлекаться и теперь не знали, как себя вести.

Ванесса выразила предположение, что лучше всего разъехаться. Леонела считала, что надо подождать, чем окончится вылазка Дульсины со старшей служанкой в сад.

– Ах, сеньор Рейносо, как жалко, что так вышло, – сетовала на непредвиденные обстоятельства Кандида. Спутник Ванессы утешал ее.

В прихожей появился Рохелио. Его полное спокойствие резко контрастировало с нервной суетой гостей.

– Какой скандал, Рохелио! – кинулась к нему Кандида.

– Почему скандал? Нормальные люди, как ты и я. Веселятся.

Рохелио подошел к Ванессе. Она представила ему Эдуардо Рейносо.

– Это твой жених? – спросил он, когда представилась возможность.

– Нет, друг.

В эту минуту в прихожую ворвались красные от возмущения Дульсина с Леопольдиной.

– Сеньорита, не вол!гуйтесь так!.. С ней чуть удар не приключился, – объясняла гостям старшая служанка, сама близкая к припадку.

– Рикардо не позволяет выгнать их, – сообщила Дульсина трагическим голосом, как о мировом потрясении.

Рохелио повернулся к выходу.

– Простите меня. Я пойду поздравить Розу, – сказал он и, опираясь на костыли, отправился в сад.

– Видели бы вы эту Розу, друг мой Рейносо, – сказала Леонела.

Картина, которую Рохелио застал в саду, развеселила его. Роза очень ему обрадовалась и стала знакомить отдельно с каждым из гостей. Представляя ему Эрлинду, она, не откладывая своего намерения в долгий ящик, спросила его:

– Правда, моя подруга Эрлинда красивая? Почему бы вам не подружиться?

Линда рассмеялась:

– Скажешь тоже! Как я живу и как сеньор Рохелио!

– Эрлинда – медсестра, – объяснила Роза. – Так что, ежели тебе понадобится медицинская помощь, заплатишь ей, и она будет за тобой ухаживать. Она с этого и живет.

Томаса, с тревогой прислушивавшаяся к их разговору, негромко заметила:

– Что-то ты очень говорлива, дочка…

– А что? Мы с ним…

Рохелио улыбнулся и закончил за нее:

– …кореша!

Все рассмеялись. Роза стала теребить Томасу.

– Видишь, как он похож на Рикардо? Вот потому они и близнецы!

Она была счастлива. И ей уже было все равно, что говорить.

Дележ торта вызвал горячий интерес, особенно у ребятни. Кто-то требовал, чтобы торт не давали Палильо: он и так толстый.

К торжественному моменту, когда Роза должна была дуть на свечи, около нее оказался Рикардо. Она благодарно прильнула к нему:

– Вот бы всегда так праздновать мои дни рождения!

– Хочешь убить моих сестер? – спросил он без улыбки.

– Да они привыкнут. Ты ведь ко мне привык. Или нет?

– Я никогда не привыкну к тому, как ты ведешь себя. Надеюсь, что ты переменишься.

Роза помрачнела.

– А если я не изменюсь, ты разведешься со мной? Он мягко высвободился.

– Сейчас не время об этом. Развлекайся и развлекай гостей – сегодня твой день.

ЕЩЕ ОДНА УЛИКА

Вечер был явно потерян, и, чтобы не пропадало даром время, лиценциат Роблес решил просмотреть кое-какие бумаги своих клиенток. Погрузившись в дело, он не спеша разглядывал их за письменным столом в кабинете дома Линересов, когда появилась Кандида.

Роблес спрятал бумаги в стол и запер ящик.

– Рикардо пора поставить на место, – сказал он.

– Конечно же! Он грозит пересмотром завещания. Это заведет нас Бог знает куда…

Но Федерико в эту минуту не был склонен обсуждать дела.

– Дульсина прилегла. Леонела сидит у нее. Нам никто не мешает.

Он подошел к дверям кабинета и закрыл их на ключ.

– А знаешь, любовь моя, я думаю, что единственный человек, кто может осадить Рикардо, это ты.

– Я? – изумилась Кандида.

– Да, ты. Ты должна взять в руки все, что тебе принадлежит. Хозяйка здесь – ты.

– Но, Федерико, у нас всегда главной была Дульсина…

– Ладно, забудем об этом. У меня есть к тебе более неотложное дело.

И он заключил ее в объятия.

Уложив Дульсину в постель и дав успокоительное, Леонела предложила ей полчасика отдохнуть, сказав, что вернется, вот только сделает важный телефонный звонок.

Практичный мозг Леонелы работал без отдыха, перебирая варианты действий, которые бы могли привести к изгнанию дикарки из дома Рикардо. Она вошла в свою комнату и взялась за телефонную трубку.

– Добрый вечер, Роман. Мне нужна ваша помощь… За ценой, естественно, не постою… На этот раз не для моего офиса – для меня лично… Работа должна быть выполнена очень добросовестно… Да, знаю, знаю, не уверяйте меня… Об этом поговорим с глазу на глаз… Так я на вас рассчитываю…

Леонела повесила трубку. Переоделась в домашнюю одежду. И отправилась обратно, к Дульсине.

Та, видимо, так и не сумела заснуть, потому что рядом с ней сидела Леопольдина и они обсуждали подробности сегодняшнего дня.

– Я звонила человеку, о котором говорила тебе и Кандиде. Он повидается со мной. Думаю, что он возьмется за это дело.

– Только бы не переусердствовал, – тревожно, даже несколько испуганно произнесла Дульсина.

– Ну, знаешь, пусть даже переусердствует – невелика потеря для человечества.

Видимо, Леопольдина тоже была в курсе их замысла, потому что разделила на этот раз явный испуг своей хозяйки.

– Ох, не впутал бы нас!

– Он не идиот. Он работает чисто. Мне косвенно приходилось иметь с ним дело… Все будут подозревать какого-нибудь из ее ухажеров.

Дульсина нервно теребила полу халата.

– По-моему, это очень опасно. Но у нас нет выхода…

32
{"b":"1346","o":1}