ЛитМир - Электронная Библиотека

— Да что вы говорите, капитан? Какая гадость…

Тогда Жоан Магальяэнс еще больше разошелся. Но он не долго задержался на этих описаниях и вскоре снова заговорил о своем богатстве, о своих связях. Не нуждается ли полковник в чем-либо в Рио? Например, в покровительстве какого-нибудь видного политического деятеля? Если да, достаточно сказать ему об этом. Он всегда готов оказать услугу друзьям и, хотя только что познакомился с полковником, чувствует к нему огромную симпатию и будет счастлив ему помочь. Полковнику ничего не нужно в Рио, но он искренно благодарен Жоану Магальяэнсу; в этот момент мимо проходил Манека Дантас — толстый и грузный, в рубашке, мокрой от пота, с влажными руками; полковник подозвал его и познакомил с Жоаном:

— Полковник Манека Дантас, крупный фазендейро… У него денег куры не клюют…

Жоан Магальяэнс поднялся и приветливо отрекомендовался:

— Капитан Жоан Магальяэнс, военный инженер, к вашим услугам.

Он загнул уголок визитной карточки и протянул ее полковнику Манеке. Затем предложил ему стул, не подавая при этом вида, что слышал, как коммивояжер сказал полковнику Феррейринье:

— Образованный молодой человек…

— Да, видно хорошо воспитан…

Полковник Манека согласился выпить вина. На него качка не действовала.

— Я здесь чувствую себя как дома — на своей плантации, в Аурисидии, капитан. Если пожелаете провести там несколько дней, питаясь сушеным мясом…

Феррейринья негодующе хмыкнул:

— Сушеное мясо… Да знаете ли вы, капитан, что в Аурисидии завтрак подают, как на банкете, а обед — это настоящий пир. У доны Аурисидии есть на кухне несколько негритянок — просто золотые руки… — и полковник Феррейринья плотоядно прищелкнул языком, как будто уже видел перед собой яства. — Они там делают сарапатель — это поистине райское блюдо.

Манека Дантас улыбнулся, он был горд от похвал его кухни. И пустился в объяснения:

— Это единственное, капитан, что нам доступно здесь, в этих проклятых дебрях; мы вырубаем лес, сажаем деревья какао, имеем дело с этими несчастными жагунсо, подвергаемся опасности умереть от укуса змеи или от предательского выстрела из-за угла, и если мы еще в хорошей еде будем себе отказывать, что же нам тогда вообще останется? Это вам не в городе, здесь нет городской роскоши, театров, веселых домов, кабаре — ничего этого нет. Работай день и ночь, вырубай лес и сажай плантации…

Феррейринья поддержал полковника:

— Работа тяжелая, это правда.

— Но зато и денег она приносит немало, — перебил его коммивояжер, вытирая губы.

Манека Дантас снова улыбнулся:

— Что верно, то верно. Земля хорошая, капитан, она окупает вложенный труд. Дает много какао, а оно приносит большой доход. На это не приходится жаловаться. Уж угостить приятелей завтраком всегда можем…

— Вот я и позавтракаю у вас шестнадцатого, — предупредил его коммивояжер. — Я поеду в Секейро-Гранде, у вас и переночую.

— Милости просим… — ответил Манека. — А вы, сеньор капитан, не заглянете к нам?

Жоан Магальяэнс сказал, что, возможно, заглянет. Он рассчитывает задержаться некоторое время в этих краях, думает даже приглядеться, нет ли смысла вложить часть капитала в землю, в плантации какао. С самого Рио ему все время твердят о том, что здесь можно хорошо заработать. Он хочет попробовать вложить часть денег в плантации какао. Правда, он не может пожаловаться, большая часть его средств вложена в недвижимость в Рио, а она тоже дает хороший доход. Но у него имеется еще кое-что в банке — несколько десятков конто и порядочно облигаций государственного займа. Если имеет смысл…

Манека Дантас серьезным тоном начал давать советы.

— Имеет, сеньор капитан. Какао стоит того… Я видел много специалистов, приезжавших сюда на разведку, и они все в один голос утверждают, что для какао нет лучшей земли на свете. И продукт этот — самый что ни на есть выгодный, я не променяю его ни на кофе, ни на сахарный тростник. Правда, здесь еще много дикости, но это не должно пугать такого человека, как вы. Сеньор капитан, я вас уверяю: через двадцать лет Ильеус станет столицей штата и все теперешние поселки превратятся в огромные города. Какао — это золото, сеньор капитан.

Беседа продолжалась в том же духе. Говорили о поездке, Жоан Магальяэнс вспоминал другие пейзажи, путешествия по железной дороге, на огромных пароходах. Авторитет его с каждой минутой возрастал. Круг собеседников мало-помалу расширялся. Много разных историй было рассказано, много вина выпито. Незаметно Жоан Магальяэнс очень искусно перевел беседу на карточную игру, и кончилось тем, что была организована партия в покер. Полковник Тотоньо, хозяин плантации Риашо-Секо, согласился принять участие в игре, коммивояжер отказался: первоначальная ставка была для него слишком высокой, и взносы в самой игре тоже. Играть сели три полковника и Жоан Магальяэнс, остальные остались наблюдать. Манека Дантас снял пиджак.

— Знаете, я играю неважно…

Феррейринья оглушительно захохотал:

— Не слушайте вы его, капитан. Манека — мастер в покере… Нет партнера, который бы с ним справился.

Манека отстегнул револьвер с пояса и положил его во внутренний карман пиджака, чтобы он не мозолил глаза. Жоан Магальяэнс размышлял, не лучше ли ему проиграть в первой партии, чтобы не сразу выявить свои таланты. Мальчик из бара принес колоду, Манека спросил:

— Курингадо?

— Как хотите, — ответил Жоан Магальяэнс.

— Ну, это не покер, — заявил Тотоньо, и это были его первые слова. — Пожалуйста, не кладите в колоду курингу.

— Ваше желание исполнено, кум, — и Манека выбросил курингу из колоды.

Феррейринья взялся распродать фишки; каждый купил на пятьсот мильрейсов. Жоан Магальяэнс приглядывался к Тотоньо из Риашо-Секо. Кривой, с тремя пальцами на одной руке, он держался мрачно и молчаливо. Ему выпал жребий сдавать. Жоан решил не жульничать, играть честно, допустить даже, если представится возможность, какую-нибудь оплошность. Таким путем он заполучит партнеров для следующих игр, которые принесут ему гораздо больше.

У него на руках была пара королей, он вступил в игру. Манека Дантас поставил еще шестнадцать, Феррейринья спасовал, Тотоньо остался в игре. Жоан добавил. Феррейринья начал раздавать прикуп: Манека попросил две карты, Тотоньо — одну.

— Все три… — заявил Жоан.

Тотоньо спасовал, Манека поставил, никто не захотел посмотреть его карты. Манека снял банк и не удержался — показал блеф:

— Несчастная тройка…

У него были вначале король, дама, валет, и он просил две карты для «стрита». Жоан Магальяэнс засмеялся, похлопал Манеку по спине:

— Прекрасно, полковник, хорошо сыграно…

Тотоньо мрачно взглянул и ничего не сказал. Жоан Магальяэнс потерял всякое уважение к партнерам. Он наверняка разбогатеет в этом краю какао.

9

Коммивояжеру надоело наблюдать за игрой, и он поднялся на палубу. Свет луны падал на Марго, которая, облокотившись на поручни у борта, о чем-то задумалась. Море было темно-зеленое, последние огни города уже давно исчезли. Пароход сильно качало, почти все пассажиры разошлись по каютам или растянулись в шезлонгах, укрывшись теплыми одеялами. Из третьего класса вновь доносилась какая-то грустная мелодия гармоники. Луна теперь стояла уже высоко в небе. С моря резко потянуло холодком, принесенным южным ветром — он развевал длинные волосы Марго. Она вынула шпильки, и ветер растрепал ее белокурые волосы. Увидев ее одну, коммивояжер присвистнул и бесшумно подошел к ней. У него не было никакого определенного плана, лишь смутная надежда в сердце.

— Добрый вечер…

Марго обернулась, придерживая рукой волосы.

— Добрый вечер…

— Дышишь воздухом?

— Да…

Она снова взглянула на море, в котором отражались звезды. Потом покрыла голову платком, затянув им волосы, и подвинулась, чтобы коммивояжер тоже мог облокотиться на перила. Они стояли молча. Марго, казалось, не видела его, она унеслась далеко, созерцая тайны моря и неба. Наконец он заговорил первым:

7
{"b":"1348","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Князь Пустоты. Книга третья. Тысячекратная Мысль
Экспедиция в рай
Кремль 2222. Покровское-Стрешнево
Я другая
Мы взлетали, как утки…
Неожиданное признание
Корпоративное племя. Чему антрополог может научить топ-менеджера
Одиночное повествование (сборник)
Дворец Грез