ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Четыре касты. 2.0
Охота на самца. Выследить, заманить, приручить. Практическое руководство
Деньги. Мастер игры
Как возрождалась сталь
После
Ключ от Шестимирья
Любовь яд
Академия черного дракона. Ведьма темного пламени
Смерть Ахиллеса
Содержание  
A
A

А пока два обстоятельства заботят и раздражают дону Паулину. Одно из них – то, что она официально замужем. Муж её Телемако де Соуза – парикмахер по специальности, но пьяница по призванию. Тип, не оборимый даже жрецами Ифа, могущественными колдуна­ми, которые по просьбе его жены насылают на него несчастья. Баиянский фигаро уже побывал в двух автомобильных катастрофах, в одной погибли три человека, в другой – два, а он остался цел и невредим. Позже Телемако заболел тифом, врач сказал, что больному не выжить, так вот он выжил и тем самым подмочил репутацию медика. Будучи пьяным в стельку, он свалился, возвращаясь в Итапарику, в море и, не умея плавать, не утонул. Он родился в рубашке, а тому, кто рождается в рубашке, покровительствует Ошала. И всё же дона Паулина не теряла надежды, вновь вручая подношения колдунам. Когда-нибудь да придёт тот день, когда она окажется вдовой и невестой.

Другим тревожащим её обстоятельством является необходимость тратить большие деньги на полицейских. Держа своё заведение в строгости, не вербуя несовершеннолетних, не торгуя наркотиками, не допуская скандалов, она чувствует себя всё время обворовываемой, жертвой несправедливого и подлого вымогательства со стороны полиции, что заставляет её тратить сбережения, предназначенные для будущей жизни в Сан-Гонсало-дос-Кампос, на таких типов, как Живоглот, приносящих в жертву своей похоти собственных дочерей.

Только сегодня этот негодяй был здесь и вымогал у неё деньги, утверждая, что того требует необходимость подготовки к прибытию американских моряков. И угрожал переселением. Если Паулина желает остаться в Пелоуриньо, пусть раскошеливается, хотя, и получив деньги, он твёрдых гарантий дать не может, что сумеет помочь ей. На этот раз, по его словам, распоряжение о переселении исходит от самого губернатора: убрать злачные места из центра города. Его супруга во время избирательной кампании дала обет: если муж будет избран, все увеселительные заведения будут переведены из центра. Живоглот ликовал:

– Вот теперь я посмотрю, как на кандомбле ваш Святой поможет вам с этим справиться. Если кто-то хочет, чтоб ему помог я, пусть платит. Так что готовьтесь, всё это уже на носу.

Дона Паулина де Соуза познакомилась с Терезой Батистой через Аналию, улыбчивую и спокойную девицу, целыми днями распевающую сержипские тоскливые песенки. Поскольку Аналия была родом из Эстансии и постоянно в разговоре упоминала реку Пиауитингу, водопад Кашоэйра-до-Оуро, старый мост, Тереза Батиста подружилась с ней в «Цветке Лотоса». В их разговорах не упоминалось лишь имя доктора Эмилиано Гедеса. Тереза его бережно хранила – как воспоминание о радости и любви.

И вот как-то Аналия, обитательница одного из пансионов экс-королевы карнавала, того самого, где находились её собственные апартаменты, пригласила Терезу к обеду. Потом Тереза стала приходить чаще. Принимая участие в беседах, рассказывая и слушая разные истории, дона Паулина привязалась к девушке с хорошими манерами и интеллигентной речью. Тереза говорила ей о сертане и о городах бразильского севера, рассказывая интересные истории о зверях, людях и привидениях. Одинаково относилась она в своих рассказах и к знатному сеньору, и к бедняку, у которого нет ни кола, ни двора. Когда Тереза приходила, дона Паулина радовалась: значит, будет развлечение на весь вечер. Аналия сообщила Паулине, что Тереза была в Сержипе содержанкой одного богача, жила в роскоши. Не будь она глупой, могла бы вытянуть у старика денежки, «жила бы теперь припеваючи, ведь он был в неё влюблён по уши».

И вот Тереза пришла в неурочный час. Дона Паулина была занята делами пансионов, но всё же решила поговорить с ней.

– Посиди со мной, скажи, что привело тебя, нужны деньги?

– Нет, спасибо. Не это. Завтра женщины из Баррокиньи должны переселяться.

– Какой произвол! Сегодня здесь был Живоглот, выжимал деньги.

– Но женщины из Баррокиньи переселяться не будут.

Дона Паулина де Соуза удивленно посмотрела на неё.

– Не будут? А разве они могут надеяться, что за этим ничего не последует?

– Все, все решили остаться на своих местах. Я уже говорила с Вавой, думаю, и он присоединится к общему решению.

– Объясни-ка толком.

Тереза объяснила. Переселить несколько пансионов нетрудно, но как удастся полиции заставить переселиться всю зону? Женщины Баррокиньи уже решили, что не двинутся с места.

– Не двинутся… Но ведь полиция…

– Да, конечно, полиция прибегнет к силе, будет угрожать, арестовывать, и всё же в Бакальяу никто не поедет. Хозяйки пансионов потерпят убытки, пока полиция не отступит. Ведь переезд принесет убытков больше.

– Это верно.

– Вот именно. Из Масиэла, похоже, тоже не будут переселяться. Вава даст ответ завтра, но я думаю и даже готова держать пари, что он к ним присоединится. Не станут переезжать и другие пансионы, если дона Паулина даст согласие. Все зависит от неё.

– Это безумие. Единственный разумный выход – заплатить агентам полиции, так всегда это делали. Живоглот уже приступил к поборам.

– А если и это не поможет? Мирабел заплатила напрасно.

Пока они беседовали, появился Ариосто Алво Лирио. В молодости он принимал участие в организованных профсоюзами выступлениях, в забастовке чиновников префектуры, чтобы не был принят законопроект, ущемляющий их интересы. Забастовка закончилась победой. Умея говорить, он произносил речи на широкой лестнице муниципального дворца, все ему аплодировали. Он до сих пор помнит эти дни. В общем, идею сопротивления он одобряет, оно может дать положительные результаты. И даже не скрывает своего энтузиазма.

И всё же дона Паулина – женщина рассудитель­ная, противница поспешного принятия решений. Тереза ждёт, стараясь скрыть нетерпение. Если дона Паулина и Вава скажут «да» и не прикажут своим переселяться, все останутся на своих местах, самое главное – сопротивляться всем вместе.

– Это же будет конец света, – бормочет хозяйка пансионов.

Дона Паулина де Соуза с юности, когда была Необузданной Паулиной и Королевой карнавала, принимает участие в кандомбле, где царит Огун Пейше Мариньо. Она хочет знать его мнение, мнение её покро­вителя.

– Приди завтра, – говорит она Терезе. – А ты, сеу Ариосто, не суй свой нос не в своё дело, а то еще повредишь своей карьере в префектуре.

23

Жрица кандомбле, она же Ангольская королева, всемогущая на земле, в небесах и на море Мать Мариазинья тепло встретила Паулину де Соуза. Что её привело на этот раз? И, хотя уже поздно, Мать Святого сама себе не принадлежит, она не знает ни отдыха, ни сна. Гостья благочестиво, как того требует ритуал, приветствовала всех, поцеловала землю, получила благословение и открыла Мариазинье своё сердце. Дело серьёзное, Мать. Переселение в другую часть города грозит разорить нас всех, да и отдавать нажитые годами сбережения агентам полиции тоже обидно.

Сдержанность характерна для Огуна Пейше Мариньо. Ведь даже на террейро он появляется один раз в году в октябре месяце, чтобы принять участие в ритуальных танцах, всё же остальное время проводит в морских глубинах. Однако дочь пришла на серьёзную консультацию, она встревожена, и он пренебрегает своим обычаем и, покидая укрытие, появляется собственной персоной, поблескивая чешуей и кораллами. Мать Мариазинья входит в транс – это сделал налетевший ураганный ветер.

Мать Мариазинья по-дружески обнимает дочь Паулину, великодушная и щедрая, она всегда материально помогает проводить кандомбле, она же одна из первых на празднествах в честь Огуна Пейше Мариньо. Жрица рукой снимает с Паулины дурной глаз и неприятности. В рокоте моря жрица слышит суждение морского божества. Дело непростое, говорит она, однако Огун Пейше Мариньо изрёк: «С кем поведёшься, от того и наберёшься. Не рискнёшь, не выиграешь!..» А чтобы было яснее, добавляет: «Не послушаешь посланника, время потеряешь и деньги».

А девушке Терезе, ей доверять можно? Ответ категоричен: полностью! Отважная девушка, дочь богини Янсан, за ней Огун Пейше Мариньо видит седобородого старца с палкой.

101
{"b":"1357","o":1}