ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Какая прелесть! — Тереза коснулась личика мальчика, тихонько погладила его вьющиеся волосы.

Задержалась у кроватки, любуясь ребёнком, затем на цыпочках вышла, чтобы не разбудить. А в такси поинтересовалась:

— Сколько ему?

— Уже два. Даже два с половиной.

— Кроватка мала.

— Да. Нужно купить новую, куплю сегодня же. Ребёнок без материнской ласки, никакой отец не умеет так ласкать, как мать.

Тереза поняла, почему вчера была приглашена Алмерио в пекарню и дом, только на следующий день, когда он предложил ей прогуляться. В такой поздний час? Да, ему нужно ей кое-что сказать.

Такое же предложение он сделал пятнадцать лет назад Наталии, женщине с молочной кожей и очень застенчивой. Теперь его будущая невеста цвета меди, она горяча и порывиста. Какая бы ни была страсть, в любом случае слова одинаковы:

— Мне необходимо вдохновение.

4

Сидя вечером на широкой стене ограды часовни Монте-Серрат и любуясь панорамой раскинувшегося на горе города Баии, спокойными видами залива Всех Святых, парусными рыбацкими лодками, Тереза загрустила. Рядом с ней был преисполненный надежды Алмерио. Место это, будто специально предназначенное для объяснения в любви, уже однажды сделало его счастливым: он получил руку и сердце Наталии, теперь он надеялся, что судьба ему улыбнётся с Терезой.

— Разрешите сказать вам, Тереза, что творится у меня на душе. Водоворот чувств. Человек над собой не властен, а любовь не просит позволения завладеть сердцем.

«Красивые слова, — думает Тереза, — и справедливые». Ей это хорошо известно: любовь приходит без спроса, тобой завладевает, и потом уже ничего не поделать. Она вздыхает. Для Алмерио дас Невеса этот вздох означает одно-единственное, и он продолжает:

— Я влюблён, Тереза, меня сжигает огонь любви.

Голос и попытка взять её за руку настораживают Терезу. Отведя взор от простирающегося перед ней пейзажа, вызвавшего воспоминания о Жану, она взглянула на Алмерио и увидела устремлённые на неё глаза, полные обожания.

— Я страстно влюблён в тебя, Тереза. Ответь мне чистосердечно, согласна ли ты стать моей женой?

Тереза молча слушала, он продолжал, продолжал говорить, рассказывал, что не спускал с неё глаз с первого дня знакомства, побеждённый не только её красотой — ты самый прекрасный цветок сада жизни, — но и её манерами и поведением. Он погибает от любви и не в силах сдерживать чувств. Осчастливь, разреши отвести тебя к падре и судье.

— Но, Алмерио, я же падшая…

То, что она посещает дом свиданий Тавианы, для него не имеет значения, там он нашёл и свою Наталию, и никакая другая женщина не смогла бы дать ему большего счастья. Прошлое прошло; здесь, сейчас начинается новая жизнь. Для него, для неё и для Зекеса особенно. Если то, что она сказала, — единственное препятствие, то его нет. Он протягивает руку Терезе, и та не отталкивает её, держит в своих руках и объясняет:

— Нет, это не единственное препятствие, есть и ещё одно. Но сначала хочу сказать, что тронута твоей просьбой, ты преподнёс мне дорогой подарок, знак уважения. Я очень благодарна. А вот выйти замуж не могу. Прости, не могу.

— А почему, если не секрет?

— Потому, что я люблю другого и, если когда-нибудь он вернётся и захочет быть со мной, где бы я ни была и что бы ни делала, брошу всё и пойду за ним. Вот и скажи мне, могу ли я выходить замуж? Разве только не уважая себя и будучи обманщицей…

Пекарь умолк, глаза его смотрели в одну точку, он был печален. Тереза тоже молчала и смотрела на парусники, бороздящие воды залива. И как новый владелец назовёт «Цветок вод»? Наконец Алмерио обрёл слова, чтобы нарушить молчание:

— Ты мне о нём не говорила. Я его знаю?

— Думаю, что нет. Он — капитан парусника, во всяком случае, был им. Сейчас он в плавании, не знаю где, не знаю, когда вернётся.

Она ещё держит руку Алмерио и дружески пожимает её:

— Я тебе всё расскажу.

И она рассказала всё от начала до конца. От встречи в Аракажу в кабаре «Весёлый Париж» до бесконечных поисков в Баии, о том, как разминулась с ним тогда, и о том, что говорил ей капитан Каэтано Гунза по возвращении из затянувшегося плавания в Канавиейрас на баркасе «Вентания». Когда она закончила, солнце уже утонуло в водах залива, зажглись фонари и парусники в море стали тенями.

— Овдовев, он стал меня разыскивать, но не нашёл. Когда я приехала, он уехал. Я стала ждать его возвращения. Ради этого я здесь, в Баии.

Тереза деликатно отпустила руку Алмерио.

— Ты ещё найдёшь женщину, которая станет тебе женой, а мальчику — матерью, хорошую женщину, которую заслуживаешь. А я не могу согласиться, извини, не суди строго.

Добрый Алмерио, до слёз растроганный, поднёс к глазам платок, но глаза Терезы были сухими, как два потухших уголька. И вместе с тем он не хотел терять надежду:

— Мне не за что тебя прощать, такова воля судьбы… Но я хочу надеяться. Кто знает, а вдруг…

Тереза не сказала ни «да», ни «нет», чтобы не обидеть его или не сделать ему больно. Если Жану не вернётся или погибнет где-нибудь в незнакомых ей морях, она будет носить вдовий траур в душе всю жизнь. Посещать дом свиданий, занимаясь дурным ремеслом, — это да, вполне возможно. Но стать чьей-то любовницей или женой — нет, никогда. Однако надо ли говорить то, что может обидеть того, кто оказал ей честь, отметил её?

5

В тот вечер, когда Тереза Батиста ответила отказом на предложение Алмерио, она повторила ему слово в слово рассказ капитана Каэтано Гунзы. И хотя рассказ этот был о неприятных событиях, он содержал доказательства любви и надежду.

— В один прекрасный день кум высадится без предупреждения в порту.

Так заявил капитан Гунза на корме баркаса, покуривая глиняную трубку. И этой надеждой живёт Тереза Батиста. Романтически настроенный Алмерио дас Невес слушал пересказ Терезы с комком в горле и мокрыми глазами — рассказ удивительно походил на радионовеллу! Он хотел жениться на Терезе, он был влюблён и не считал дело проигранным, кто знает, а вдруг… но вдруг в один прекрасный день вернётся Жануарио Жереба и, взяв за руку безутешную возлюбленную, соединится с ней в мистической свадьбе (мистическая свадьба! — он слышал это выражение в какой-то радионовелле и пришёл от него в восторг) в часовне Монте-Серрат, тогда Алмерио первым их поздравит. Потому что он так же, как герой одного прочтённого в юношеские годы романа, благороден и самоотвержен, у него тоже золотое сердце, и он готов на жертву ради любимой. Такие поступки служат в горький час утешением, придают силы.

Обрывки фраз, уносимые ветром, непогожий вечер, грустный взгляд на бегущие океанские волны. В каких водах плавает Жануарио Жереба, завербовавшийся на панамское судно? В голосе капитана Каэтано Гунзы слышится сдерживаемое волнение. Он хочет куму, другу детства, добра и симпатизирует красивой и храброй девушке.

Когда «Вентания» пересекла залив и стала на рейде, Камафеу де Ошосси тут же, не теряя времени, послал к Терезе племянника с запиской. Но записку она получила только вечером. И сейчас же бросилась в Нижний город[36]. Баркас стоял посреди залива. В Агуа-дос-Менинос она села в лодку, на борту парусника поджидал её капитан Гунза, ему было известно, что девушка с ума сходит, ожидая вестей о Жануарио. Гунза очень обрадовался, когда узнал, что она осталась жива, а то ведь ходили слухи, что умерла во время эпидемии оспы. Хорошо, что так.

В течение месяца Тереза ежедневно приходила на рынок Меркадо Модело и к Откосу, чтобы узнать, не вернулась ли «Вентания» из плавания. Вглядывалась, пытаясь опознать в порту силуэт баркаса: он с тех пор, как она видела его в Аракажу под погрузкой сахара, так и стоял у неё перед глазами. Больше месяца назад «Вентания» подняла паруса и ушла на Юг штата, в Канавиейрас или Каравелас, с заполненным сушёным мясом и бочками трески трюмом. Срок возвращения известен не был, ведь парусники зависят от груза, ветра, течения и самого моря, как и от богини Иеманжи, которую моряки молят о хорошей погоде.

вернуться

36

Портовая часть города Салвадор-да-Баия.

90
{"b":"1358","o":1}