ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Лучше всего представление об отношении к Распутину на четвертый год их знакомства дают письма к нему царицы и ее дочерей.

"Возлюбленный мой и незабвенный учитель, спаситель и наставник, — пишет ему тридцатисемилетняя Александра. — Как томительно мне без тебя. Я только тогда душой покойна, отдыхаю, когда ты, учитель, сидишь около меня, а я целую твои руки и голову склоняю на твои блаженные плечи. О, как легко мне тогда бывает. Тогда я желаю все одного: заснуть, заснуть навеки на твоих плечах, в твоих объятьях. О, какое счастье даже чувствовать одно твое присутствие около меня. Где ты есть. Куда ты улетел. А мне так тяжело, такая тоска на сердце… Только ты, наставник мой возлюбленный, не говори Ане о моих страданиях без тебя. Аня добрая, она хорошая, она меня любит, но ты не открывай ей моего горя. Скоро ли ты будешь опять около меня. Скорее приезжай. Я жду тебя и мучаюсь по тебе. Прошу твоего святого благословения и целую твои блаженные руки. Во веки любящая тебя

Мама".

"Бесценный друг мой, — пишет четырнадцатилетняя Ольга. — Часто вспоминаю о тебе, как ты бываешь у нас и ведешь с нами беседу о Боге. Тяжело без тебя: не к кому обратиться с горем, а горя-то, горя сколько. Вот моя мука. Николай меня с ума сводит. Как только пойду в собор, в Софию и увижу его, то готова на стенку влезть, все тело трясется… Люблю его… Так бы и бросилась на него. Ты мне советовал поосторожнее поступать. Но как же поосторожнее, когда я сама с собою не могу совладать… Ездим часто к Ане. Каждый раз я думаю, не встречу ли я там тебя, мой бесценный друг; о если бы встретить там тебя скорее и попросить у тебя советов насчет Николая. Помолись за меня и благослови. Целую твои руки.

Любящая тебя

Ольга".

"Дорогой и верный друг мой, — пишет двенадцатилетняя Татьяна. — Когда же ты приедешь сюда. Долго ли ты будешь сидеть в Покровском. Как поживают твои детки. Как Матреша. Мы, когда собираемся у Ани, то вспоминаем всегда всех вас. А как хотелось бы побывать нам в Покровском. Когда же настанет это время. Скорее устрой все; ты все можешь. Тебя так Бог любит. А Бог, по твоим словам, такой добрый, хороший, что непременно исполнит все, что ты задумаешь. Так скорее же навести нас. А то нам без тебя скучно, скучно. И мама болеет без тебя. А нам как тяжело на нее, больную, смотреть. О, если бы ты знал, как нам тяжело переносить мамину болезнь. Да ты знаешь, потому что ты все знаешь. Целую тебя горячо и крепко, мой милый друг. Целую твои святые руки.

До свиданья. Твоя

Татьяна".

"Милый, дорогой, незабвенный мой друг, — пишет десятилетняя Мария. — Как я соскучилась по тебе. Как скучно без тебя. Не поверишь ли, почти каждую ночь вижу тебя во сне.

Утром, как только просыпаюсь, то я беру из-под подушки евангелие, тобою мне данное, и целую его… Тогда я чувствую, что как будто тебя я целую. Я такая злая, но я хочу быть доброю и не обижать нашу милую, хорошую, добрую няню. Она такая добрая, такая хорошая, мы все ее так любим. Помолись, незабвенный друг, чтобы мне быть всегда доброю. Целую тебя. Целую твои светлые руки. Твоя навсегда

Мария ".

"Милый мой друг, — пишет восьмилетняя Анастасия. — Когда мы тебя увидим. Аня вчера мне сказала, что ты скоро приедешь. Вот я буду радоваться. Я люблю, когда ты говоришь нам о Боге. Я люблю слушать о Боге. Мне кажется, что Бог такой добрый, такой добрый. Помолись ему, чтобы он помог маме быть здоровой. Часто вижу тебя во сне. А ты меня во сне видишь? Когда же ты приедешь? Когда ты будешь в детской нашей говорить нам о Боге? Скорее езжай, я стараюсь быть пай, как ты мне говорил. Если будешь всегда около нас, то я всегда буду пай. До свиданья. Целую тебя, а ты благослови меня. Вчера я на маленького обиделась, а потом помирилась. Любящая тебя твоя

Анастасия ".

Они были получены или похищены Илиодором у Распутина и им распубликованы. Ставилась под сомнение их подлинность, но ее подтверждают Вырубова и Коковцов, которые видели письма. Скорее всего письма написаны в августе 1909 года во время пребывания Ани Вырубовой (Ани) в Покровском. Враги царицы пытались впоследствии представить ее письмо как доказательство любовной связи с Распутиным — это, однако, противоречит как всему, что известно об их отношениях, так и смыслу самого письма — обращения экзальтированной ученицы к духовному учителю. Письма великих княжон несколько отредактированы, что видно при сравнении с другими письмами Ольги и Анастасии, не ставшими достоянием гласности:

"Ливадия, 1909 г. 28-го ноября.

Мой милый, дорогой, любимый друг.

Так жалко, что давно тебя не видела. Часто очень хочу тебя видеть и много о тебе думаю. Где ты будешь на Рождестве? Пожалуйста, напиши мне письмо, я так их люблю от тебя получать. Как поживают твоя жена и дети. Помнишь, что ты мне говорил про Николая, что не надо слишком, но правда, если бы ты мог знать, как это трудно, когда я вижу, то ужасно. Прости ты меня пожалуйста, я знаю наверное это не очень хорошо, мой добрый Друг. Дай Бог мама дорогая в эту зиму не будет больше хворать, а то это будет совсем страшно грустно и тяжело. Так бываю рада видеть от времени до времени отца Феофана. Раз его видела в новом соборе в Ялте. Наша маленькая церковь здесь ужасно миленькая. До свидания дорогой очень любимый друг. Пора пить чай. Помолись за очень верную тебе и горячо любящую тебя твою

Ольгу".

"Я очень хотела бы тебя видеть. Я видела тебя во сне. Я всегда спрашиваю мама, када ты приедишь суда я буду очень рада када я кланяюсь вам всем цалую тебя и поздравляю тебя с новым Годом и желаю всяково здоровье весело провисти новый Гот Я о тебе всегда думаю что ты такой добрый и желаю тебе всякова здорове мой душка я тебя давно не видала тебя и вечером думаю о тебе всегда мой Господь с тобой и желаю вам всем мама сказала када ты приедишь тада я поеду к Ани в дом и тада тебя увижу и мне будет приятно так приятно мой друк

Анастасия ".

Пятилетний Алексей ничего еще не мог писать, кроме «ковелюг» — "на небольшом клочке уже истрепанной бумаги, в середине, была написана буква "А", а от нее во все стороны шла бесконечная кривая линия — росчерк наследника". Кроме росчерка Распутин получил от Алексея и новую фамилию. Когда двухлетний наследник, уже привыкший к одному и тому же кругу лиц, впервые увидел его во дворце, он захлопал и закричал: «Новый! Новый! Новый!» После этого указом царя фамилия «Распутин» была переменена на «Новый» — в марте 1907 года указ был зачитан на сходе в Покровском. Старая фамилия, однако, сохранилась за Григорием, он подписывался иногда «Новый», иногда «Распутин-Новый», иногда по-старому «Распутин» или «Роспутин», и его чаще называли Распутин, а иногда Распутин-Новый или Распутин-Новых, переделав новую фамилию на сибирский лад.

Распутин дорожил своими отношениями с царской семьей, гордился ими и долго не был уверен в их прочности. «Не думай… что с царями легко говорить. Нет, трудно, аж губы кровью запекаются, весь съежишься, когда даешь им какой-либо совет…» — приводит его слова Илиодор, он же вспоминает, как Распутин боялся, что «враги… царицу смутят», или как у него пошла кровь горлом, когда он у царицы телеграммой попросил денег для паломников и долго не получал ответа. Если вначале он охотно рассказывал многим о своей «дружбе с царями», не то чтобы прямо хвастая, но развивая любимую тему «царь и мужик», то с годами стал сдержаннее. «Разговоры о том, что он хвастал своей близостью к Царскому Селу, не верны, — показывал Манасевич-Мануйлов о последнем годе жизни Распутина. — Наоборот, он скрывал перед мало знакомыми лицами… Он говорил о том, что может сделать то-то, добиться того-то, но старался точек над i не ставить».

Не знаю, как часто бывал Распутин в Царскосельском дворце в 1907-1909 годы, с 1908 года он стал также встречаться с царской семьей в небольшом домике Вырубовой недалеко от дворца. Встречи у Милицы и Анастасии прекратились, Николай Николаевич, напрасно рассчитывавший с помощью «старца Григория» упрочить свое влияние при дворе, как это было с «мсье Филиппом», из покровителя Распутина обратился во врага и впоследствии неоднократно сожалел, что ввел «мужика» к царю.

28
{"b":"1361","o":1}