ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Барбара Картленд

Звезды над Тунисом

От автора

Я проехала на автомобиле с сыном тысячу миль по Тунису и нашла, что это такая же прекрасная, загадочная и волнующая душу страна, какой я описала ее в этом романе.

Таинственную атмосферу и тайну амфитеатра в Эль-Дьеме трудно передать словами, но красота Туниса и его римских развалин незабываема.

Побывав там, я написала это стихотворение о чувствах римлянок, так долго живших в тех местах и вынужденных создавать дом для своих детей вдали от собственного народа.

Я почувствовала их печаль и тоску по родине, до сих пор витающую в руинах храмов и вилл, которые навечно останутся Римом.

Жена солдата

Жена солдата, страдала ли ты на чужбине?
Пила ль ночами ты слезы о дальнем Риме?
Шаги победы по землям, солнцем спаленным,
Значили только одно — далеко до дома.
Римляне мир покорили — и мир потеряли.
Бились за впасть эппины, готы, вандалы,
В колокола из меди Испания била,
Черным кошмаром войны вставая над миром.
Жизни разбитые, слезы, что были жгучи, —
Что будут стоить они для веков грядущих?
Вспомнят ли хоть руины, как женщины плачут,
Когда мужчины улыбки под шлемы прячут?

Глава 1

1897

Маркиз Куинбурн вышел на веранду своей виллы и посмотрел на Средиземное море. Восходящее солнце рассеяло туман над горизонтом, и вид был захватывающий.

Но погруженный в свои мысли маркиз не видел этого великолепия. Он опустился в кресло, когда стеклянная дверь веранды открылась и появилась красивая женщина.

Она была одета по последней моде, но с чисто французским шиком.

— Я пришла сказать аи revoir, mоn сher , — сообщила красавица с очаровательным акцентом.

Маркиз медленно встал.

— Карета ждет тебя, Жанна. Когда приедешь в Монте-Карло, сразу отправь ее обратно.

— Хорошо.

Жанна надула губки. Она еще что-то хотела сказать, но колебалась. Потом взмахнула накрашенными тушью ресницами и очень тихо проговорила:

— C'est tres triste, mon cher , что все так закончилось.

— Ты не виновата, Жанна. Я очень благодарен тебе за все то счастье, что ты мне подарила.

— Ты правда был счастлив?

— Настолько, насколько это возможно сейчас для меня. И я могу только сожалеть, что не оправдал твоих ожиданий.

Жанна, как истинная француженка, пожала плечами.

— C'est la vie! — проговорила она. — Но когда ты просил меня остаться, я думала, мы будем веселиться в казино в Монте-Карло и в фешенебельных местах вроде «Отель де Пари».

— Я знаю, знаю! — с досадой отозвался маркиз. — Но взаимные упреки никуда нас не приведут.

Немного помолчав, он добавил:

— Я могу лишь еще раз выразить свои сожаления и надеюсь, Жанна, что чек, который я выписал на твое имя, послужит некоторой компенсацией за то, что ради меня ты оставила Париж и лишилась стольких развлечений.

В темных глазах Жанны появилось деловое выражение, когда она открыла конверт, протянутый ей маркизом, и взглянула на его содержимое.

От суммы, указанной на чеке, у красавицы перехватило дыхание. Придя в себя, Жанна бросилась маркизу на шею.

— Tres genti! Ты очень любезен, Mersi, mersi Bеаnсоuр! Возможно, мне не следует оставлять тебя.

— Нет, ты права, ты полностью права, — ответствовал маркиз. — Мне нужно о многом подумать, а я знаю, тебе скучно, когда я думаю.

Жанна засмеялась:

— Это верно. Хотя ночью ты чудесный любовник, днем — о-ла-ла! — это была такая тоска!

Маркиз невесело улыбнулся.

— Не смею с этим спорить. Ты должна простить меня, Жанна, за то, что навязал тебе свои заботы. В следующий раз, обещаю, я буду другим.

— В следующий раз мы встретимся в Париже, — категорично заявила Жанна. — В Париже ты всегда был тем, о ком только может мечтать женщина, но здесь, на этой вилле…

Она красноречиво развела руками, потом снова обвила их вокруг шеи маркиза и страстно поцеловала его в губы.

— Au revoir, mon cher, но не adieu , ибо мы встретимся, и, возможно, очень скоро.

— А до тех пор, я уверен, у тебя все будет в порядке, — улыбнулся маркиз.

— Конечно, в порядке, не забивай себе этим голову, — успокоила его Жанна. — Я знаю очаровательного джентльмена в Монте-Карло, который будет рад мне, и как только приеду, я сразу найду кого-нибудь, кто пригласит меня сегодня на ужин.

— Ну, с этим у тебя трудностей не будет! — усмехнулся маркиз.

Он взял Жанну под руку и провел ее через изысканную гостиную в украшенный колоннами холл.

Его экипаж, запряженный парой лошадей, ждал у входа, и горничная Жанны, такая же типичная француженка, уже сидела внутри спиной к лошадям.

На крыше и на запятках кареты высились привязанные ремнями дорожные сундуки.

Маркиз помог Жанне сесть на удобное мягкое сиденье, и лакей прикрыл ей колени пледом.

— Еще раз аи revoir, mon cher, — проговорила Жанна мягким и профессионально соблазнительным голосом.

Маркиз поцеловал ей руку, дверца кареты захлопнулась, и, когда экипаж тронулся, Жанна помахала на прощанье.

Облегченно вздохнув, маркиз вернулся на веранду и снова сел в кресло, глядя на море.

Было ошибкой — а он редко совершал ошибки — просить Жанну сопровождать его на юг Франции.

Маркиз мог бы догадаться, что она будет негодовать, не имея возможности показать себя и свои сказочные наряды в Монте-Карло и ловить восхищенные взгляды на аллеях в Ницце.

Вместо желанных развлечений она обнаружила, что маркиз, с которым Жанна познакомилась за несколько лет до того, как он унаследовал этот титул, намерен безвылазно сидеть на своей новообретенной вилле, наслаждаясь великолепной едой — творением его несравненного шеф-повара.

Маркиз хотел, чтобы Жанна развлекала его, как она вполне откровенно заметила, не только ночью, но и днем.

Через двадцать четыре часа после приезда маркиз понял, что ему следовало ехать одному и что его гостья находит жизнь на вилле невероятно скучной.

Как Жанна сказала ему перед тем, как укладывать сундуки: «Как любовник tu es magnifique ! Как собеседник — скучен!»

В ее устах это прозвучало не так грубо, однако маркиз знал, что это чистая правда и ему некого винить, кроме себя.

Он приехал на юг Франции для того, чтобы обдумать свое будущее и чтобы сбежать с торжеств в честь шестидесятилетия царствования королевы Виктории.

Он думал об этом праздновании как о новом взрыве национальной гордости.

Виктор Бурн — маркиз не использовал свой титул за границей — побывал в стольких неизведанных уголках мира, что не имел никакого желания ехать домой.

После смерти старшего брата, который всегда был болезненным ребенком, отец начал вбивать в голову Биктора-младшего — тогда семнадцатилетнего сына — обязанности, которые он унаследует.

Старый маркиз был деспотичен. Он железной рукой управлял и своей семьей, и своим поместьем, и всеми, с кем имел дело.

Это характерно для старого поколения, думал Виктор. Оно не любит перемен и смотрит на королеву Викторию как на олицетворение всего правильного и должного в тех, кто служит ей.

Маркиз неожиданно подумал, слегка скривив губы, что у его отца, как у всех людей подобного возраста, были все причины гордиться королевой.

Она правит самой большой империей в мировой истории, империей, охватывающей почти четверть земного шара, не говоря уж о четверти его населения.

Королева так долго правила империей, что некоторые из ее простодушных подданных, которых маркиз встречал в Индии, считали ее божественной и резали коз перед ее портретом — сцена, которая навсегда запомнилась Виктору и до сих пор забавляла его.

1
{"b":"13613","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Ноу-хау. 8 навыков, которыми вам необходимо обладать, чтобы добиваться результатов в бизнесе
Палач
Взгляд внутрь болезни. Все секреты хронических и таинственных заболеваний и эффективные способы их полного исцеления
Один год жизни
Закончи то, что начал. Как доводить дела до конца
Там, где кончается река
Силиконовая надежда
Как есть руками, не нарушая приличий. Хорошие манеры за столом
За пять минут до