ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Уважаемый, сдается мне, что ты – человек почтенный и только злая судьба довела тебя до такого занятия. У меня к тебе важное дело. Если ты согласишься его исполнить, я тотчас заплачу тебе двадцать пять рупий, а когда дело будет сделано, дам достойную награду.

Дровосек подумал: «Коли я откажусь, то ведь вазир насильно заставит, да еще бесплатно. Лучше дать согласие, благо он и деньги сулит».

– Я, – говорит, – готов исполнить малейшее ваше приказание.

– Ладно. Я дам тебе платье, переоденься и ступай в храм Ханумана. Позади храма, во дворе, есть домишко. Иди туда, садись и перебирай четки. Не гляди по сторонам, кто бы ни пришел – не поднимай глаз. Много придет богачей и вельмож повидаться с тобой, может статься, даже сам падишах пожалует, но ты и с ним не смей разговаривать. Если он даст тебе кучу денег, ты и тогда молчи, в ту сторону даже не гляди. Берегись, я тоже буду там, только тайно, и все увижу. Коли отступишь от моего приказа – велю отрубить тебе голову.

Старый дровосек пообещал точно исполнить все, как приказано.

Бирбал обмазал его тело пеплом, на бедра повязал кусок рогожи, на голову натянул парик – взлохмаченные космы. В руки старику он сунул четки, отвел его в лачугу, что стояла позади храма Ханумана, и посадил на шкуру серны, а сам пошел к падишаху. На дарбаре было полным-полно вельмож и богачей. Бирбал почтительно сложил руки и сказал:

– Владыка мира! Прибыл мой гуру.

– Где сейчас этот почтенный человек? – спросил падишах.

– В домишке, что во дворе храма Ханумана.

Падишах взял с собой нескольких вельмож и отправился к гуру. Вошел он в лачугу, с великим почтением отвесил старцу земной поклон, сел, как водится, напротив, и промолвил:

– Почтеннейший! Будьте милостивы, скажите своему рабу свое имя. Где проживать изволите? За вашу милость я буду вечно вам благодарен.

Но почтеннейший не проронил ни слова и все так же перебирал свои четки.

– Уважаемый! – снова заговорил падишах. – Я – падишах всей Индии, могу исполнить любую вашу просьбу. Если вы чего желаете – говорите!

Но уважаемый и на этот раз молчал, даже глаз на падишаха не поднял. Тогда падишах приказал положить к ногам старика кошель с деньгами – там был лакх рупий. Гуру на деньги и не взглянул.

Не стерпел падишах такой заносчивости, проговорил сердито:

– Э, просто глупо уговаривать невежду. Хоть и человек, а ведет себя по-скотски.

И падишах велел забрать деньги и отнести их Бирбалу. Это уже после завелся обычай не брать дареного назад.

Падишах вернулся во дворец. После дарбара, когда все разошлись, падишах остался с Бирбалом с глазу на глаз и рассказал ему про встречу с гуру.

– Скажи мне, Бирбал, – спросил он под конец, – как надо вести себя с дураком?

– Владыка мира! С дураком надо молчать, – сразу же ответил Бирбал.

Так речи падишаха против него же и обернулись. Очень сокрушался падишах о своей несдержанности и послал Бирбала к гуру передать, что просит у него прощения. Бирбалу только того и надо было. Он сейчас же пошел в храм Ханумана. Солнце уже садилось, и люди разошлись. Бирбал увел дровосека к себе домой и долго хвалил его.

– Но смотри, – сказал он старику на прощание, – не вздумай проговориться, не то не сносить тебе головы.

Бирбал дал дровосеку еще сто рупий и отпустил его. Бедняк таких денег сроду не видел. Он пообещал Бирбалу держать все в тайне и, счастливый, пошел домой.

Ноготь падишаха

Один падишах лишился на войне большого пальца на ноге. В той стране к раненым воинам было приставлено много лекарей. Всякими средствами лечили они падишаху ногу и добились того, что на месте пальца снова наросло мясо. Только ноготь никак не вырастал. Рассердился падишах на лекарей и велел бросить их в тюрьму. Томились бедняги в заточении, а падишах зазывал во дворец все новых лекарей и требовал, чтобы они отрастили ему ноготь. Те лишь руками разводили, и тогда падишах и их сажал в темницу.

Молва про жестокость падишаха мало-помалу дошла и до далеких краев. Страх напал на лекарей и знахарей. Многие попрятались в лесах и горах, многие побросали свое занятие и взялись за ремесла. А несчастные больные мучились без лечения и помирали. Проведал про жестокости того падишаха и Акбар и загоревал над бедой его подданных. Собрал он совет и стал спрашивать, как спасти обездоленный народ в том царстве.

– Владыка мира! – ответил ему Бирбал. – Мне бы только добраться до жестокосердного падишаха, а там уж я придумал бы, как освободить узников.

Для такого дела падишах отпустил Бирбала и дал ему месяц сроку.

Приехал Бирбал под видом лекаря в то царство, завел все, что для врачевания надобно, и стал задаром лечить бедняков. Немало больных вылечил он своими лекарствами, и слава о нем разнеслась по городу. Многие богачи тайком уговаривали Бирбала:

– Уезжайте, бегите из нашего города, не то падишах и вас в темницу бросит или велит казнить. Что толку без вины погибать?

Но Бирбал их не слушал и со всем усердием делал свое дело. Вскоре о нем прослышал падишах. Тотчас послал он за Бирбалом стражника.

– Господин хаким! – сказал он. – Я наслышан о вашей славе. Коли вы мне поможете, почту это за большую услугу. На войне я лишился ногтя с пальца на ноге. Многие хакимы и вайдьи лечили меня, да не вылечили. Если от вашего лекарства будет прок, я всю жизнь буду вас славить.

– Будьте спокойны, я вас вылечу, – ответил Бирбал. – Я знаю одно лекарство, приложу его, и через пять дней ноготь отрастет. Соблаговолите дать повеление собрать все, что для этого снадобья надобно.

Падишах обрадовался.

– Господин хаким! Много лекарей перебывало у меня, но ни один не верил так твердо в свое лекарство, как вы.

– Верно говорю вам, если бог поможет, вырастет ноготь, не хуже прежнего. Но, конечно, лекарство мое не простое, трудновато будет собрать для него все части.

– Ничего трудного тут нет, – откликнулся падишах. – Неужто я, великий падишах, не добуду все, что для лекарства требуется?

– Трудно ли, нет ли – добывать ваше дело. С божьей милостью все можно. Но придется нам записать уговор: если за месяц вы все не достанете, то с меня уже спроса не будет, а вы лекарей отпустите на волю. Ну, а я обещаю, когда бы вы это ни добыли, я тотчас без спору к вам явлюсь.

Падишах подумал: «Этот хаким впервые в моем городе и не знает, сколь богата моя казна. Разве есть такое лекарство, которое я не мог бы купить?»

Подумал так падишах, взбодрился и записал уговор, какой просил Бирбал. А Бирбал про себя веселился: «Теперь-то уж безвинные лекари скоро выйдут на волю». И сказал Бирбал падишаху:

Чтоб вырос вновь у падишаха ноготь,
Для снадобья мне надобно немного:
Добудь, о повелитель мира,
Улитки шерсть, достань цветы инжира [75],

Выслушал стихи падишах и приказал своему вазиру как можно скорее отыскать обе вещи. Вазир усердно хлопотал, изо всех сил старался, извелся весь, да все зря. А тут и срок уговора подошел, месяц был на исходе. Волей-неволей пришлось падишаху выпустить из тюрьмы вайдьев и хакимов. Собрал он их во дворце и спрашивает: «Какую целебную силу имеют цветок инжира и шерсть улитки?» А Бирбал загодя потолковал с врачевателями, и они наперебой стали нахваливать лекарство. Ну, падишаху и нельзя было придраться к Бирбалу. «Видно, очень ученый человек этот хаким», – подумал падишах и не стал на Бирбала гневаться.

Лекари денно и нощно благословляли Бирбала. Они сложились и поднесли своему спасителю кошель с деньгами.

Бирбал уехал из того царства и через несколько дней был уже в Дели. Рассказал он падишаху на дарбаре про все, что с ним приключилось. Падишах стал восхвалять мудрость Бирбала, а вслед за ним начали ахать и все придворные.

Под видом йога

Однажды падишах сильно разгневался на Бирбала за его правдивые речи. Бирбал взял да и уехал потихоньку из Дели. Поселился он в чужом краю, и тамошние жители полюбили его всей душой. «Тут меня все любят, а там хмурый падишах», – думал Бирбал и не торопился домой. Так прожил он тайно не год и не два.

вернуться

75

На дереве инжира не бывает цветов.

31
{"b":"137","o":1}