ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Люси перевела взгляд на Раста, тот пожал плечами. К ее удивлению, Стрекоза не сопротивлялась. Великан снова сунул девочку Люси на руки.

— Пока мы с тобой будем разговаривать, — сказал он Расту, — я был бы не прочь выпить кофе.

— Я принесу, — вызвалась Люси. — Ибо считаю, что я должна принимать участие в обсуждении.

Ар Джи промолчал, и она быстро прошла на кухню. Там Люси посадила Стрекозу на пол и дала ей печенье. Фрици не было, в мойке лежала посуда, оставшаяся от ланча. Люси заметила, что старухиной сумки нет на привычном месте, и вспомнила, что та упоминала о курсах вязания.

Кофеварка была пуста. Приготовление кофе превратилось в проблему: она уронила мерную ложку, рассыпала кофе, пролила воду, но наконец справилась. Люси дернулась, когда кофе закапал в кофейник, и стала напряженно прислушиваться к беседе мужчин. Она явно не понравилась Ар Джи, как не понравилось ему то, что она сделала. Ну что ж, она со своей стороны считает его грубым и напористым. Она надеялась, что Раст не придаст значения его словам. Пусть убирается ни с чем. Из гостиной, как отравленные стрелы, летели вопросы.

— Почему ты не пришел ко мне за деньгами? — прорычал Ар Джи.

— Я тебя годами не видел, — ответил Раст. Она слышала, как он с силой хлопнул кружкой о стол. — С чего ты взял, что я побегу к тебе клянчить?

Значит, они начали разговор, не дожидаясь ее.

— Черт возьми, парень, мы же одна семья. С твоим отцом мы разругались давным-давно, я переехал в Даллас, там обосновался и расширил дело. Но это не значит, что я оставлю тебя в беде. Особенно когда не стало Тома и Лэндона.

Люси ждала, что Раст объяснит — именно Том и Лэндон довели ранчо до разорения. Но тот промолчал, и она почувствовала гордость. При любом повороте судьбы он принимает на себя обязательства, не бежит от проблем, а встречает их лицом к лицу.

Кофе был готов, Люси взяла дымящийся кофейник и чистую кружку и махнула Стрекозе, чтобы шла за ней. Нужно отстаивать свои интересы, подумала она. Войдя в комнату, она увидела, что Ар Джи разглядывает фотографию, висящую на стене: Говард в окружении троих сыновей с гордой усмешкой смотрит в объектив.

Приковыляла Стрекоза, слюнявя печенье, и сразу нашла чем заняться — погремушкой-слоном. Она воткнула мягкий хобот себе в ухо.

— Кофе, пожалуйста. — Люси старалась держаться с достоинством. Нужно будет сосредоточиться и не пролить. Ар Джи кивком поблагодарил, и она с кофейником в руках подошла к Расту, стоявшему возле дивана. Люси запоздало отметила, что на нем красная рубашка, ее подарок на Рождество. Особого умысла в этом не было, но у нее потеплело на душе. Она взяла его кружку с бокового столика, налила кофе и протянула ему.

Ища поддержки, она заглянула ему в глаза. Она понимала, что смотрит умоляюще, но ничего не могла с собой поделать. Теплая улыбка, кивок головы — любой знак успокоил бы ее.

Но не было ни улыбки, ни кивка. Если не считать недавней гримасы, Раст сохранял на лице загадочную мину, из которой ничего нельзя было понять.

Дурное предчувствие превратилось в тревогу. Раст холодно взглянул на кофе, затем на свои ногти.

Не в силах снести его отстраненность, Люси сникла. «Нет, — кричало у нее внутри, — не надо! Пусть все будет как прежде!»

Ар Джи шумно прошагал к пустому креслу и своим весом расплющил подушки.

— Так-то лучше. Болят старые кости. — Он вздохнул. — Мой пилот утром привез меня в Рено, сидеть в тесном кресле было не больно-то приятно. Хорошо, что мне пришло в голову пожить у тебя. — Глотнув кофе, он задумчиво посмотрел на племянника. — Садись, сынок.

Раст покачал головой; стояла и Люси, сжимая ручку кофейника и чувствуя себя отверженной. Было страшно. Слегка тошнило, как будто укачало в лодке.

— Как знаешь. — Ар Джи водрузил сапог на колено другой ноги. — Раст, из того, что ты сказал мне о соглашении с этой женщиной, я вижу, что еще не поздно спасти положение. Я не позволю дробить ранчо моего деда. Я дам тебе деньги.

Люси замерла, ее объял смертельный, арктический холод. Не мигая, она смотрела на Раста, но так и не сумела прочесть его мысли.

— Я возмещу разницу в долге, и ранчо останется в семье, — изрек Ар Джи. — Извините, мисс Донован. Вы сделали неплохой наскок, но бизнес есть бизнес. Вы понимаете.

Люси попятилась и наткнулась на старую чайную тележку. Заледеневшими пальцами она вцепилась в ее край и сумела в другой руке удержать кофейник, лишь немного плеснув на ковер. Она тупо уставилась на расползавшееся пятно.

— Ар Джи, — торопливо сказал Раст, — я думаю, мы поговорим об этом в моем кабинете. — Он направился к выходу.

Рушился весь ее мир, качающаяся лодка опрокинулась. Люси задыхалась, как будто шла ко дну.

Кошмарный великан переключил свое внимание на Стрекозу.

— Ребенок поедет со мной и будет жить у нас. Раст, ты не можешь ей обеспечить хорошие условия, а моя дочь и зять встретят ее с распростертыми объятиями.

С другого конца комнаты донесся деревянный голос Раста:

— Ты говоришь о Джули и Дане? А они захотят взять Стрекозу?

Ар Джи пожал плечами.

— Они женаты шесть лет, все старались родить ребенка, но не получилось. Да они запрыгают от радости, что получат Стрекозу. Она милашка, и характер, как я вижу, хороший. Имя мы, конечно, изменим. — Он потер подбородок. — Может, Кэтрин. Или Маргарет.

Кэтрин! — мысленно ахнула Люси. Маргарет! Ее девочку зовут Стрекоза!

Она лишилась дыхания, грудь сдавило, как под молотом на наковальне. Она тонула в леденящем море.

У нее отнимают ранчо. И ее бесценную Стрекозу. А главное, у нее отнимают Раста.

Из всех возможных поворотов событий она никогда не рассматривала случай, что может найтись богатый родственник, который изменит финансовое состояние Раста и отберет у него ребенка. Это было невозможно, невероятно.

Ар Джи спустил ногу на пол, наклонился и протянул девочке свою огромную лапу.

— Иди-ка сюда, детка. Поедем домой в Даллас, а через год-другой дедушка Ар Джи купит тебе пони.

Люси готова была оттащить Стрекозу от похитителя, мечтала, чтобы та как-то показала, что не желает никуда уезжать. «Стрекоза любит меня, меня, — с отчаянием думала Люси. — Я, и только я, способна окружить ее материнской любовью».

Люси была матерью Стрекозы, хотя бы в своем сердце!

Но девочка, привлеченная блеском золотого кольца, подошла и вцепилась в руку мужчины. Стрекозу, как всегда, влечет любопытство, подумала Люси, и подбородок у нее задрожал. Девочка не виновата, она дитя, ей неизвестны надежды и страхи взрослых людей. Люси всегда умилялась ее жадному интересу к жизни.

Люси кашлянула, стараясь обрести голос, заговорила, и голос проскрипел, как заржавленная калитка, захлопнутая ветром.

— Раст, но ты ведь не согласишься на… на план Ар Джи?

— Конечно, согласится, — встрял Ар Джи. — Ты проиграла, девочка. Собирай вещички.

— Ар Джи, — сказал Раст сквозь зубы, — это грубо даже для тебя, черт возьми. — Он взглянул на нее. — Люси, мне нужно поговорить с дядей наедине. Мы с тобой все обсудим вечером, хорошо?

Старик напряженно смотрел на них, откинувшись в кресле.

В один миг безумный вихрь унес все, на что она рассчитывала. Он уплывал, ее опустевший плот надежды, проваливался в бесконечный водоворот. Теперь, вплотную подойдя к тому, что сейчас она потеряет все, Люси призналась себе, что любит Раста. Но разве она не знала этого всегда? Разве не это было причиной всех ее поступков? Чувства наполнили до краев ее женское сердце. Все ее страстные желания сосредоточились на нем, одном-единственном мужчине.

Он был для нее островком безопасности в грозном мире. Не сознавая этого, он был сама доброта. Он — это смелость, это опора, это благополучие, это залог ее будущего. Он — это любовь.

Мощным потоком на нее обрушилась правда, сметая все наносное. Она хочет жить с этим человеком, хочет просыпаться рядом с ним, целовать его по утрам и вечерам, иногда и днем. Она хочет, спаси Господи, хочет быть его женой!

23
{"b":"13892","o":1}