ЛитМир - Электронная Библиотека

— Прошу прощения, с моей стороны было очень невежливо не представиться сразу. Я Персефона, дочь Деметры. Думаю, она послала весть о том, что я собираюсь сюда с визитом. — Мужчина удивился, но промолчал. Лина поспешила продолжить: — Я совсем не хотела тревожить умерших. И приношу извинения, если сделала что-то такое, чего делать не следовало. — Бог по-прежнему хранил молчание. Лина заволновалась. — Должно быть, ты — Гадес. Надеюсь, я не явилась в какое-то совсем уж неподходящее время.

— Я узнал тебя, богиня, — заговорил наконец Гадес. — И я получил весть о твоем прибытии.

Лина вздрогнула. Он ее узнал? Она совершенно не ожидала, что Гадес может знать Персефону. Деметра не говорила, что они знакомы.

— Ты никому не помешала. Просто бессмертные обычно не посещают Подземный мир. И души умерших не привыкли к присутствию других богов, — ледяным тоном произнес Гадес.

Лина неловко поежилась под суровым взглядом Гадеса, но попыталась улыбнуться.

— Это придумала моя мать, — сказала она и тут же пожалела о своих словах. Как-то это прозвучало... по-детски. И она быстро добавила: — И я решила, что было бы просто чудесно заглянуть сюда.

Гадес приподнял темную бровь, точно так же, как сделал бы Бэтмен.

— Деметра говорила мне, что Подземный мир полон чудес и красоты, — не покривив душой, сказала Лина. — И мне захотелось все это увидеть собственными глазами.

— Да, в моих владениях много чудес, хотя бессмертные наверху никогда их не замечали, — медленно произнес Гадес.

— Так ты не против, что я заглянула в гости?

Гадес впился в нее темным непроницаемым взглядом. Но прежде чем он успел ответить, ближайший к Лине жеребец неожиданно прижал уши и, заржав, угрожающе оскалил зубы, кося глазом на маленькую бледную фигурку, молча подошедшую к Лине.

Испуганно вскрикнув, Эвридика отшатнулась. Лина шагнула наперерез жеребцу, не давая огромному животному броситься на девушку.

Уперев руки в бока, она принялась бранить огромного зверя:

— Ты что это вздумал такое! Эвридика просто подошла ко мне! Она ничего плохого не сделала! Мне стыдно за тебя. Вы вчетвером и так уже перепугали все несчастные души. Я думала, ты лучше соображаешь!

Огорченный жеребец опустил голову и моргнул большим грустным глазом.

Гадес недоверчиво наблюдал, как юная богиня делает выговор коню. Что она сотворила с его жеребцами? Может быть, зачаровала их? Гадес посмотрел на трех других коней; все они повесили головы и влюбленно поглядывали на Персефону. Какой же магией обладает эта богиня весны? Он до сих пор лишь несколько раз мельком видел ее, в те редкие моменты, когда выбирался на поверхность. И обращал на эту прекрасную, но легкомысленную, любящую повеселиться юную богиню внимания ничуть не больше, чем на других бессмертных. Но женщина, стоявшая перед ним сейчас, выглядела спокойной и держалась как вполне зрелая особа. И она очаровала его коней. Гадес недоуменно покачал головой. Что за странное чувство пробудила в нем богиня? Любопытство? Прошла целая вечность с тех пор, как его сумело хотя бы слегка удивить другое живое существо. Как интересно... одна только мысль о том, что богиня весны показалась ему интересной, вызвала у Гадеса желание расхохотаться вслух.

— Я рад видеть тебя в Подземном мире, Персефона, — сказал Гадес.

Лина удивленно посмотрела на него. Голос бога изменился, как и мрачное выражение лица. Он смотрел на нее так пристально, что, казалось, его взгляд можно было ощутить физически. И этот взгляд уже не был отстраненным и непроницаемым; глаза бога блестели... Лина могла бы поклясться, что они сверкают любопытством, и если бы она не знала, что перед ней бог Подземного мира, она сказала бы, что в них светится еще и юмор.

Точно, это был Бэтмен, и весьма сексуальный Бэтмен, в один из тех прекрасных моментов, когда за ним не гоняется Джокер... и чертовски мужественный, просто излучающий силу. Краткое описание Гадеса, данное Деметрой, ничуть не подготовило Лину к реальной встрече с богом Подземного мира.

— Спасибо тебе, Гадес. Я рада твоему гостеприимству, — ответила Лина.

— Что ж, идем. Я покажу тебе мой дворец. — Гадес широким жестом указал на свободное место рядом с собой в колеснице.

Лина посмотрела на коней.

— Я лучше сначала закончу с ними.

Гадес молча наблюдал, как без колебаний и страха богиня шагнула к коням. Странный маленький шарик света поплыл за ней, и черные, гладкие лошадиные шкуры заблестели, а вокруг богини образовался светлый ореол. Ее лицо было отчетливо видно — она по-девчоночьи хихикала, по очереди гладя каждого из коней. Куда подевалась та взбалмошная, самовлюбленная богиня весны, которую он когда-то видел? Эта Персефона — со сдержанными манерами, любящая лошадей — оказалась совсем не той богиней, которую он ожидал встретить.

— Ну, вы все отличные ребята! Не грустите. Я на вас не сержусь.

Гадес все еще не мог поверить, что его бешеные жеребцы тычутся в Персефону носами и нежно пофыркивают. Как будто это были домашние пони!

Наконец Персефона, смеясь, выбралась из-за лошадиных крупов. Она сразу почувствовала взгляд Гадеса и с улыбкой посмотрела на него.

— Я люблю лошадей. А ты?

От сияющего выражения лица богини Гадесу стало не по себе. Разве когда-нибудь прежде хоть одна богиня смотрела на него так? Во рту у Гадеса пересохло. Он судорожно сглотнул.

— Да.

Лина вдруг подумала, что от одного этого простого слова, произнесенного низким, красивым голосом Гадеса, можно потерять голову. Ее щеки вдруг загорелись, и она быстро отвернулась, чтобы погладить шелковистую шею ближайшего жеребца. Какого черта, что с ней такое происходит? Надо взять себя в руки. Она не девчонка, она зрелая женщина. И нечего дрожать в коленках и распускать нюни... подумаешь, Гадес оказался совсем не скучным занудой и не троллем. Она снова посмотрела на бога. Боже мой, он действительно вызывал у нее нервную дрожь! «Он отшельник и мрачный тип!» Merda! Деметра забыла упомянуть, как он великолепен.

Ей необходимо было перестроиться и думать о нем как об обычном представителе власти. Невероятно могущественном представителе власти, из самого верхнего эшелона. Или как о серьезном, важном деловом партнере. Бизнес... это путешествие предполагалось как деловое. Не забывай об этом, решительно сказала себе Лина.

— Ну вот, я готова.

Она расправила плечи, в последний раз погладила коней и шагнула к колеснице Гадеса — но вдруг остановилась. Да уж... выбранила коней за плохое поведение, а сама-то? При виде интересного мужчины начала вести себя как глупая школьница и забыла обо всем на свете!

— Эвридика! — позвала Лина, отходя от колесницы и окидывая взглядом души умерших, взволнованно толпившиеся на дороге неподалеку. — Идем. Гадес намерен прокатить нас.

В округлившихся глазах Эвридики вспыхнул страх.

— О нет, нет, богиня! Я не могу ехать с...

Юная душа умолкла, беспомощно уронив руки. Лина подумала, что несчастная девушка похожа сейчас на перепуганного олененка.

— Милая, я и не подумаю отправляться без тебя. Ты была отличной проводницей и доброй подругой. — Лина повернулась к Гадесу. — Разве твой дворец не по дороге к полям Элизиума?

— Значит, Эвридике было бы неплохо поехать с нами?

Вместо того чтобы ответить Лине, Гадес посмотрел на маленькую фигурку и заговорил с самой Эвридикой:

— Не бойся, дитя. Можешь присоединиться к своей богине.

Его голос опять звучал по-другому. Лина подумала, что теперь он похож на голос отца, подзывающего к себе застенчивого ребенка. И лицо Гадеса смягчилось, исчез тот пристальный, пронзительный взгляд, которым он сначала изучал Лину. Гадес вдруг показался добрым, внезапно став доступным и понятным… и почему-то сейчас он выглядел старше.

— Как пожелаешь, господин... — ответила Эвридика нежным голоском.

Она даже умудрилась изобразить нечто вроде улыбки, проскользнула мимо четверки коней и подошла к Лине.

— Тебе незачем тревожиться из-за них, — сказала Лина, с усилием отводя взгляд от изменившегося лица Гадеса и кивком головы указывая на лошадей. — Он и будут вести себя хорошо.

17
{"b":"140307","o":1}