ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 10

Ей не хотелось даже шевелиться. Когда Хиггинс упомянул о ванне, Аиша подумала, что речь идёт о бадье с водой – именно так она и мылась последние шесть лет, если не считать дни стирки на реке, когда они заходили в воду и мылись прямо в одежде.

Ванна оказалась металлической, и – неожиданная радость – в ней можно было сидеть. Тёплая вода – что может быть лучше! А мыло… Аиша снова потянула носом, вдыхая его запах. Али как-то сказал, что ему хотелось съесть мыло – так приятно оно пахло. Но это… оно пахло совсем иначе. Это мыло источало аромат… жасмина? И ещё чего-то непонятного. Надо спросить у Хиггинса.

Кожа на кончиках пальцев сморщилась – результат слишком долгого купания. Взяв кувшин с чистой водой, и поднявшись на ноги, Аиша стала ополаскиваться, и когда выбралась из ванны, ощущала себя чистой и – она понюхала свою кожу – восхитительно ароматной.

Хиггинс позаботился обо всём, даже о полотенцах. Одно Аиша обернула вокруг головы, а другим вытерлась.

Весьма остроумно спроектированная каюта, оказалась выше всяких похвал. На просторной кровати с выдвижными ящиками, встроенной в борт корабля, без труда могли разместиться двое. С открытой стороны этого ложа имелся невысокий бортик, как в люльке. «Это чтобы не свалиться во время сильной качки», – сообразила Аиша.

Вся мебель в каюте была закреплена на случай шторма: маленький столик – и письменный, и обеденный одновременно – откидывался от стены, а на крючках висело несколько стульев. Их можно было снять в случае надобности.

В этой роскошной каюте имелась даже отдельная крохотная уборная, а рядом с ней – унитаз модели Джозефа Брамы [9] со смывом морской водой.

– Вершина удобства и современности, – гордо заявил Хиггинс, явно немного расстроенный отсутствием хозяина, перед которым тоже можно было бы похвастаться.

Хиггинс объяснил ей, что это лучшая каюта на корабле. Она была предназначена для путешествий владельца судна и его супруги, и потому пассажиров сюда обычно не пускали, не скрывая самодовольства, поведал ей Хиггинс. Но ему удалось-таки её заполучить.

Переборки каюты украшали белые деревянные панели, а медные петли и скобы для крепления масляных ламп и всяческих приспособлений сверкали, как новенькие. Два окошка по ту сторону кровати выходили на корму, а внушительный бортовой иллюминатор обеспечивал обилие света.

Когда-то этот корабль был боевым, однако новые владельцы переделали его. Хотя часть орудийных портов [10] вместе с пушками сохранили на случай нападения пиратов, остальные переделали под окна, точнее, иллюминаторы, чтобы обеспечить доступ света и свежего воздуха в каюты пассажиров.

Аиша вытряхнула из узелка купленные ранее платья. Рейф совершенно ясно объяснил, что ей не стоит слишком беспокоиться – нужно лишь приобрести кое-какую одежду для путешествия. Как только они доберутся до Лондона, её, мол, оденут по последней моде. «Купите полдюжины платьев и обычные женские безделушки», – велел он.

Беда в том, что Аиша и понятия не имела об «обычных женских безделушках». Шесть платьев тоже казались ей непомерным количеством. Однако у неё так давно не было ничего нового, что она с радостью приняла кошелёк Рейфа и потратила его деньги. Укутавшись в одно из одеяний Лейлы, закрывавшее её с головы до пят, Аиша прекрасно провела время, выбирая ткани и от души торгуясь.

Ничего подобного она до сих пор не делала. Ей лишь теперь пришло в голову, что можно было бы и раньше потихоньку надевать безликую женскую одежду. Но нет, она настолько старалась не походить на женщину, что ни за что на это не решилась бы.

Швея испуганно ахнула, когда Аиша сбросила паранджу и предстала в обличье мальчика. Потом она сняла и мужское одеяние, разоблачив свой истинный пол. Хотя она и велела той женщине молчать, но понимала, что на чужой роток платок не накинешь.

Впрочем, это больше не имеет значения: она уезжает в Англию.

Аиша оглядела разложенные на кровати платья. На пути к каюте Рейфа ей навстречу попалось несколько англичанок, и француженок, и несколько женщин непонятной национальности. Таких платьев, как у неё, Аиша ни на одной из них не видела и решила, что её наряды куда лучше.

Каир славился своими базарами. Там Аиша накупила туфель, платков и несколько шалей. Но европейской одежды на восточном рынке не найти, поэтому она выбрала ткани и отнесла их к швее. Портниха предупредила, что ещё никогда не шила платья по французскому фасону, но, тем не менее, была уверена, что сумеет справиться с этим делом.

Аиша оставила ей несколько рисунков и описала, чего бы ей хотелось. При этом она опиралась на смутные воспоминания шестилетней давности и мимолётные впечатления от появлявшихся на улицах англичанок. Швея сделала всё, что смогла.

Платья вышли очень простыми. Двух дней для пошива чего-то изящного было, конечно, недостаточно, поэтому все её наряды в основе своей получились в одном стиле: незатейливого покроя, с достаточно широкой, не стесняющей движений юбкой, простым круглым вырезом, рукавами до локтя, а под грудью подвязывались тесьмой или шнурком. Но швея добавила от себя в каждое платье некую изюминку, мелкий штрих: ленту из яркой ткани, бахрому, немного бисера. Это придавало нарядам неповторимость. Даже нижнее бельё заставляло Аишу замирать от восторга.

Она понятия не имела о том, что носят под платьями английские леди. В детстве она носила только сорочку. И всё же Аиша была уверена, что у леди одной сорочкой дело не ограничивается. На выяснения не оставалось времени, поэтому она приобрела короткие хлопковые турецкие панталоны до колена и несколько простых ситцевых рубашек наподобие сорочки.

День клонился к вечеру, поэтому Аиша надела платье цвета пшеницы с миленьким узорчиком из листьев и ягод ежевики, а ноги сунула в купленные ею красные кожаные турецкие шлёпанцы. Ей нравились эти отороченные чёрным туфли с красными кисточками на носках.

Открыв дверь в уборную, Аиша попыталась рассмотреть своё отражение в маленьком круглом зеркале. Но зеркало было привинчено к стенке на уровне головы, и разглядеть удавалось не так уж много. Она расчесала растрёпанные волосы и скорчила рожицу своему отражению. Ни дать ни взять – мальчишка! Надо было ей купить какую-нибудь дамскую шляпку и спрятать свои коротенькие волосы. Возможно, до прибытия к бабушке они хоть немного отрастут? Аиша надеялась на это. Может, шарф… Разве Рейф не говорил, что английские леди носят тюрбаны?

Когда в дверь постучали, Аиша как раз перебирала с полдюжины купленных ею шарфов.

– Это Хиггинс, мисс.

Она поспешила открыть дверь.

– Что вы думаете о моей новой одежде, Хиггинс? – Аиша закрутилась перед ним, показывая себя со всех сторон.

Тот с серьезным видом оглядел её, а потом кивнул.

– Очень изящно, мисс.

Но как только его взгляд добрался до её прически, между бровями Хиггинса залегла складка.

– Мисс, если бы я мог осмелиться…

– Понимаю. Мои волосы? Верно? Я не додумалась купить шляпу, но Рэ… мистер Рэмси сказал, в Англии некоторые леди носят тюрбаны, поэтому я подумала, что может быть…

– Только пожилые дамы носят тюрбаны, мисс, – заявил Хиггинс. – В наши дни многие молодые леди предпочитают более модную короткую стрижку.

– Короткую стрижку? Это значит… – она нерешительно коснулась своих волос. – Конечно, не такую, как эта?

– Не совсем, мисс, но… – казалось, он немного смутился. – Я никогда не стриг леди, мисс. Но мне приходилось стричь хозяина и всех его друзей, когда они нас навещали.

– Вы ведь не собираетесь обрезать их ещё сильнее… или собираетесь? – она прикрыла рукой свои и без того куцые волосы.

– Не столько обрезать мисс, сколько придать определённую форму. Осмелюсь предположить, что если волосы чуть-чуть подровнять, ваша прическа выглядела бы довольно мило. Волосы у вас хорошие, густые, да и вьются изрядно.

вернуться

[9] В 1778 г. английский столяр Джозеф Брама (1748-1814), занимавшийся монтажом ватерклозетов (предшественников современных туалетов), разработал и запатентовал новый тип туалета. Джозеф Брама прицепил полую резиновую грушу к изогнутому пруту, соединенному с днищем бачка. Вода прибывала в бачок, груша всплывала, поднимая прут. На его конце Брама закрепил поворотный клапан, который перекрывал водопровод. Так появился цивилизованный слив, позволяющий экономить воду. Самое поразительное: брамовский оригинал до сих пор жив. Он плавает и действует в хранилище английских традиций – в Британской палате лордов, точнее, в ее нужном месте. Брамовская конструкция была сплошь из металла, это прадед клозета в нынешних поездах дальнего следования или в самолетах. Содержимое смывалось нажатием на ножную педаль. Впрочем, металл плохо чистился, ржавел, что-то постоянно подтекало, да и запашок смущал.

вернуться

[10] Пушечный (орудийный) порт – это отверстие, имевшее квадратную (или близкую к таковой) форму и вырубавшееся в бортах кораблей, а также в носовой и кормовой частях. В последние обычно ставили орудия, снятые с ближних бортовых портов той же артиллерийской палубы. Делали пушечные порты и в фальшборте – для стрельбы из орудий, размещаемых на верхней, открытой, палубе, но в этом случае они могли быть без крышек и именовались полупортами.

Появились первые пушечные порты только около 1500 года. Есть и предполагаемый автор изобретения – французский кораблестроитель Дешарж из Бреста. Считается, что именно он впервые применил такую конструкцию на большом военном корабле «Шарент», построенном в годы правления Людовика XII. Причем корабль имел, кроме малых пушек, еще и 14 больших орудий, установленных на мощных колесных лафетах.

Порты наглухо закрывались крышками, которые изготавливались из толстых досок, обшивавшихся поперечно более тонкими. Каждая крышка подвешивалась на шарнирах, располагавшихся в верхней ее части, и открывалась изнутри при помощи тросов, концы которых закреплялись в рымах на внешней ее стороне. Закрывалась же крышка при помощи других тросов, прикрепленных к рымам на ее внутренней стороне.

Размеры портов и расстояние между соседними портами на одной артиллерийской палубе определялись исходя из диаметра ядра: обычно ширина порта равнялась примерно 6 диаметрам ядра, а расстояние между осями соседних портов – порядка 20-25 диаметров оного. Естественно, что расстояние между портами зависело от калибра самых больших орудий, расположенных на нижней палубе. Пушечные порты на остальных артиллерийских палубах делали, условно говоря, в шахматном порядке.

36
{"b":"140320","o":1}