ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Цамспа, которые считают выше своего достоинства выполнять практику кьябдо, делают дыхательные упражнения. Состоят они из разных, часто очень необычных поз, – принимая их, исполнитель производит вдохи и выдохи, всякими способами задерживает дыхание. Часто цамспа тренируются обнаженными, и форма живота во время выполнения упражнения – признак, насколько хорошо ученик его освоил.

Кроме физических результатов (некоторые описаны в следующей главе), тибетцы утверждают, что дыхательные упражнения позволяют смирить любую страсть и гнев, а также чувственные желания, обрести спокойствие, подготовить мозг к медитации и пробудить духовную энергию.

«Дыхание – конь, а ум – всадник», – говорят тибетские мистики; очень важно, чтобы конь был объезжен. Но дыхание, в свою очередь, влияет на активность тела и ума. Потому и разработано два метода: самый легкий (успокаивает ум, контролируя дыхание) и самый трудный (регулирует дыхание с помощью мозга).

К дыхательным тренировкам, повторяющимся несколько раз в день, затворник часто добавляет созерцательную медитативную практику с кьилкхорами[142], играющими значительную роль в самом важном и приметном магическом ритуале – дубтхабе (метод успеха).

Кьилкхоры – это диаграммы, рисуемые на бумаге, ткани или гравируемые на камне, металле либо дереве. Иногда их конструируют из небольших флажков, алтарных ламп, ароматных палочек и ваз, содержащих различные вещества, например зерно, воду и т. д. Личности, которые, как предполагается, обитают в кьилкхоре, представлены в описанных реквизитах в виде пирамидального пирога под названием торма. Кьилкхоры рисуют также цветными порошками на полу храмов или на дощатых щитах; некоторые (я их видела) имели диаметр 7 футов.

Само слово «кьилкхор» означает круг, хотя среди огромного многообразия кьилкхоров есть формы и квадратные, и прямоугольные, а те, что используются в черной магии или для захвата в плен или уничтожения злобных сущностей, треугольные.

Монахи, желающие стать мастерами в этом виде искусства, проводят годы за изучением его правил. Один из четырех высших колледжей, существующих во всех больших монастырях, обучает искусству рисовать кьилкхоры – часть официальных ламаистских магических ритуалов. Что касается тайных рисунков, связанных с мистическими тренировками или черной магией, каждый студент изучает их индивидуально, с помощью своего собственного учителя.

Малейшая ошибка в рисунке кьилкхора или в положении торма внутри конструкции приводит к ужасным последствиям, так как кьилкхор – это магический инструмент, и он ранит того, кто обращается с ним без должных знаний. Более того, никто не смеет конструировать или рисовать кьилкхор, не получив на то разрешения путем правильно проведенной инициации, – каждый вид кьилкхора требует соответствующей инициации. Работу, сделанную непосвященным, нельзя оживить, она останется бессильной. Что касается символического смысла кьилкхоров и теорий, поддерживающих их использование в психических тренировках, об этом мало что известно. Не стоит говорить, что кьилкхоры, тщательно сделанные, а также больших размеров не найдешь в цам кханг: форма тех, что там присутствуют, сильно упрощена.

В начале духовного обучения учитель, вероятнее всего, обучает послушника способам конструирования диаграмм, используемым для удержания (ртен) внимания во время медитации.

Вот одно из упражнений, чаще всего используемых на практике (либо с кьилкхором, либо без него) на этой ступени обучения. Нужно представить себе божество; сначала оно созерцается одно; затем из его тела появляются другие формы, иногда такие же, как оно, иногда отличные от него. Чаще всего их четыре, но в некоторых медитациях – сотни или даже бесконечное множество.

Когда все эти персонажи проявятся вокруг центральной фигуры наиболее ясно, они один за другим исчезают в ней. Теперь первоначальное божество остается одно и само начинает постепенно исчезать: сначала ступни, затем, медленно, тело и в конце – голова. Остается одна точка – темная, цветная или просто светящееся пятно. Мастера мистики объясняют это как знак, показывающий степень духовного прогресса, достигнутого учеником. Затем точка движется к человеку, который смотрит на нее, и исчезает в нем; он должен заметить, в какой части тела она исчезла. За этим упражнением следует период времени, посвящаемый медитации. Упражнение делается столько раз, сколько хочется.

Можно также представлять лотос: он открывается, и на каждом лепестке стоит Бодхисаттва, а один восседает на троне посреди цветка. Через некоторое время, когда лотос начинает закрывать лепестки, каждый лепесток испускает луч света, исчезающий в сердцевине цветка; когда цветок полностью закрывается, свет исходит из его сердцевины и проникает в медитирующего человека.

Существует много видов подобных практик. Многие послушники не продвигаются дальше этого. Такое сухое описание ярчайших видений не может не показаться абсурдным, но все же они образуют нечто напоминающее увлекательную головоломку, принимая во внимание неожиданные и разнообразные их аспекты после определенного времени тренировок.

Видения эти обеспечивают затворника зрелищами, способными поспорить с самыми прекрасными театральными спектаклями. Даже уверенные в их иллюзорной природе ими наслаждаются, а верящие в реальное существование божественных исполнителей совершенно очарованы.

Однако видения не развлекают отшельников, их придумавших; их подлинная цель – привести ученика к пониманию, что миры и все явления, нами ощущаемые, всего лишь миражи, порожденные нашим воображением.

«Они исходят из мозга

и в мозг погружаются».

Вот оно, фундаментальное учение тибетских мистиков.

Рассмотрим теперь такой вариант: монах не отдает себя под духовное руководство ламы, постоянно живущего в монастыре, а рискует просить обучения у созерцательного отшельника, налджорпы, – тут подготовка совсем иная: методы необычные, иногда даже жестокие (как мы видели в предыдущей главе).

Триада «изучение, медитации, понимание» занимает особенно важное место среди последователей «Краткого Пути», и интеллектуальная деятельность ученика направляется исключительно к достижению именно этих результатов. Иногда средства, которые используются, экстравагантны, но при более пристальном рассмотрении видно, что цель их всегда рациональна. Ясно и то, что создатели этих любопытных методов превосходно разбирались в менталитете своих собратьев по религии и учитывали его при их рождении.

Падмасамбхава, считают, так описывал этапы мистического пути:

1) читать большое количество книг по разным религиозным и философским темам; слушать много ученых людей – выразителей различных учений; пробовать самому разнообразные методы;

2) выбрать одно учение среди множества изучаемых и отказаться от других, подобно орлу, который уносит из стада только одну овцу;

3) довольствоваться низким положением, быть скромным в поведении, не искать видного или важного места в миру; но за явной незначительностью позволить своему разуму воспарить над мирской властью и славой;

4) быть равнодушным ко всему; вести себя как собака или свинья, которые едят что попадается; пользоваться вещами, что встречаются на пути, не выбирая; воздерживаться от любых усилий приобрести что-то или избежать чего-то; принимать с равной долей равнодушия все, через что проходишь: богатство или бедность, хвалу или презрение; отказаться различать благодетель и порок, похвальное и стыдное, доброе и злое; не огорчаться и не расстраиваться по поводу сделанного и, с другой стороны, никогда не радоваться и не гордиться достигнутым;

5) относиться с совершенной невозмутимостью и непредубежденностью к противоборствующим мнениям и различным проявлениям деятельности людей; понимать, что такова уж сущность вещей, неизбежный образ действий каждой сущности, и оставаться всегда спокойным; смотреть на мир как человек, стоящий на вершине самой высокой горы в стране, смотрит на простирающиеся внизу долины и более низкие вершины[143].

54
{"b":"140339","o":1}