ЛитМир - Электронная Библиотека

Шествующая впереди Месть была на вершине блаженства, ее могучую грудь распирала столь же могучая собачья гордость: вот какая у меня хозяйка. С некоторым беспокойством она поглядывала то налево, то направо на обалдело стоящих зевак. Понятное дело, любуются хозяйкой. А вот у этого, что шляпу надел, какой-то не такой взглядик, а, хозяйка? Месть с надеждой оглянулась, надеясь услышать заветное слово, чудное звукосочетание: "А, хозяйка? Ну хотя бы шляпу его раздербанить, а?"

– Спокойно, – сказала Юлия Петровна.

Уже видно было казино. Сколько уж раз ходил туда отец Илья. Одни соблазны да искушения получались от таких хождений. И даже было, что и возроптал: "Да как же, Господи, ну да не за ради же себя, ведь о храме Твоем хлопочем!" Совсем не иерейские мысли. О главном забыл от соблазнов и искушений: "Да будет воля Твоя... Неисповедимы пути Твои..." Может, от того и не выходило, что ожидал Он вот этого ворошиловского стрелка. А то: идешь, суешь хозяину казино в нос бумагу из Комитета по недвижимости, час назад полученную, а у него – контрбумага и ухмыляется: везде у него свои, и в архитектурном надзоре, и в милиции, и даже в епархиальном родном управлении. Очень не лежала душа у иерея Ильи идти в это казино.

А Юлия Петровна ни о чем не думала, она молча шла, глядя вниз, и видела сверкающие рельсы, а свет тот шел из далекого светлого круга. И звон вокруг непрерывный, переливчатый, будто хрусталик о хрусталик...

Илья из Альфы чего-то нажал на спине у Зои и быстро-быстро прошелся руками по ее позвоночнику, потом натер чем-то сильно пахнущим и Зоя через полчаса свободно сидела и боли почти не чувствовала. Оказалось, он всегда носит с собой плоскую кожаную коробочку, в которой всякие оживляющие препараты в пластмассовых флакончиках. Уврачевав Зою, сказал:

– Может, сходить на подмогу нашему ворошиловскому стрелку?

Зоина мама была того же мнения, только говорила, что уж больно много там этой шпаны, надо бы еще кого-нибудь.

– Один обойдусь, – и Илья из Альфы поднялся.

– Не ходи, Илья, – попросила Зоя тихо. – Юлия Петровна там справится. И народ там. А мы с мамой тут одни.

– Гм. А и верно, – и Илья из Альфы сел на стул напротив Зои.

– Зойка, а как ты это сделала? – спрашивал бывший "киллер", первоклассник Илюшка, он тоже пришел со всеми. – Здорово! Сказала, р-раз – и онемел. – "Эх, научиться бы вот так, чуть что и..." – Слушай, а еще что-нибудь сделать можно? Чтоб сказал и – с ног свалить, или еще чего, а?

– Нельзя, – хмуро ответила Зоя. – Молитвой нельзя с ног валить. Молитвой только Божье дело можно делать. А этот хозяин богохульничал, а богохульничать Бог не велит. И не я это сделала, сзади меня патриарх Александр стоял. Это он.

– Кто? – разом воскликнули мама и Илюша.

– Патриарх Александр. Он давно жил, а сейчас в Царствии Небесном живет. Я была там. Я видела его там.

Илья из Альфы покачал головой и сказал:

– М-да, такого бы патриарха за спиной, и никакого бронежилета не надо. Дело за малым: как бы заполучить его себе за спину.

– Илья из Альфы, что ты говоришь?! Как это "заполучить"?

– Ну, прости, ну... чтобы, в общем, встал он за спиной.

– Молиться надо. Ты когда-нибудь молился?

– Гм, было однажды.

– Не представляю тебя молящимся, – сказала, улыбаясь, Зоина мама.

– Это почему же? – почти даже обиделся Илья из Альфы. – "Кто в море не плавал, тот Богу не маливался" – не зря говорят.

– А ты плавал? А вообще, что такое "Альфа"?

– Альфа, Заинька, это в общем, когда у казино этот урод заносит над тобой ногу, а я здесь сижу и мне сигнал поступает, что над тобой нога занесена, и вот, до того, как его нога тебя коснется, я должен быть около вас. Ну и в общем, чтобы она не тебя коснулась, а другого берега Москвы-реки, а вторая б его нога валялась на крыше его казино, а сам бы этот урод без обеих ног был на ее дне, вот... Ну, в общем, датское судно торговое пираты захватили...

– А разве сейчас пираты бывают? – удивился бывший "киллер" Илюша.

– Сейчас их в сто раз больше, чем во времена адмирала Нельсона. Был такой англичанин. А мы во Вьетнам шли... есть страна такая далеко, там где жарко. До того как их захватили, датчане успели просигналить... Ну, мы с другом моим на спецкатере – туда.

– Вдвоем? – спросила мама.

– А больше не надо. Ну, катер хоть и спец, но – торпедировали они нас. Друга ранило. Ну, в общем, плывем мы, я на воде, а он на мне...

Зоина мама не отрываясь смотрела на Илью из Альфы: он явно видел сейчас все, что с ним тогда случилось, и, видимо, каждый раз, когда рассказывает об этом, видит. Видит, как вытаскивают их пираты из воды, смеются, злорадствуют, обломки спецкатера себе на борт перетаскивают, узнают, что русских взяли, не представляя, кого они взяли, и начинают представлять, когда через некоторое время от их пиратской команды треть останется... Ствол гранатомета был направлен ему в живот, а палец пирата лежал на спусковом крючке. До пирата метров восемь. Не успеть и не увернуться. Остается только: попробовать успеть. И вылетает изо рта вместе с боевым кличем:

– Господи, помоги!

Осечка у гранатомета. Второй раз нажать на крючок пират не успел... Потом из этого гранатомета сам стрелял. Естественно, что никаких осечек. Не бывает у гранатомета "Снарк" осечек.

– Это Илья Муромец перед гранатометом щит поставил, – сказала Зоя.

Илья из Альфы потер переносицу и сказал: "М-да."

...Потом был прием в датском посольстве, сама принцесса присутствовала. На том судне жених ее был. Аж прыгала принцесса от радости и сказала, целуя Илью из Альфы:

– Это вас Бог послал.

И последовал ответ Ильи из Альфы:

– Не Бог, а командование. Богу нынче не до нас.

– Зачем же ты так сказал? – спросила Зоя, не с укоризной спросила, а с жалостью. И такая била жалость из ее глаз, что никак от нее не увернуться, хотя умел Илья из Альфы сразу от десяти ног атакующих уворачиваться.

– Сказать, что спьяну – вроде правда, да не вся, сказать, что сдуру – совсем неправда, вроде, не дурак.

– Дурак получаешься.

– Зоя, что за разговор! – вскинулась мама.

– Оставь, – сказал Илья из Альфы, – она права. Да хуже! Не дурак, а сволочь! Он меня от смерти спас, а я на Него поклеп, вместо благодарности.

– Вот теперь – не дурак, – Зоя улыбнулась.

– Зоя!

– Ну что, мама?

– Перестань, Саш. Мне б такую дочь.

– А у тебя есть дети?

– Нет.

– Ты сказал "спьяну", ты что ж, пьешь? Разве на твоей работе можно пить?

– Иногда – нужно. У нас даже курс питья проходят. Сейчас от меня половина осталась.

– А когда целым был? – усмехаясь спросила мама.

– Ну, после четырех литров вполне приемлемо.

– Чего четырех литров?

– Водки, чего ж еще? Следующие два литра маложелательны, вялым становлюсь, ну а следующие два – опасны, буянить могу начать. В эту норму и влез я на том приеме. Расшалились тогда. Друг мой на спор с каким-то атташе железную миску из-под жюльена разорвал. Ну, принцесса в обморок. Только в себя пришла, а я уже раззадоренный был, в общем, сковородку разорвал. Она опять в обморок.

– Как сковородку разорвал? – в глазах мамы стоял ужас.

– Руками, – вздохнул Илья из Альфы.

Он сходил на кухню и пришел обратно в комнату со сковородкой:

– Я тебе завтра две принесу.

Илья из Альфы напрягся и разорвал сковородку, как картонный лист.

Зоина мама и Илюша вскрикнули в один голос. Зоя не издала ни звука, а когда мама и Илюша пришли в себя, сказала:

– Илья из Альфы, не рви больше сковородки.

– Да это так, баловство. Сам не знаю, чего это вдруг...

– Это баловство с бесом. Я видела твое лицо. Это было не твое лицо.

– Так всегда, когда напрягаешься, лицо меняется.

– Не Божья сила дает тебе возможность рвать сковородки.

Илья из Альфы почесал нос и сказал:

– М-да... А как узнать, когда в тебе Божья сила?

55
{"b":"140345","o":1}