ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Я должен отправиться туда, – заявил Сабиней.

– В Костешти?

– Ну да. Если боги мне помогут, попаду туда прежде римлян. Уведу старика в крепость… А если нет…

Сабиней не стал досказывать, что сделает, если римляне его опередят. А Таур не стал спрашивать.

– Остался бы здесь, – сказал Таур, помолчав. – Мне нужны люди на Красной скале.

– Если Костешти и Блидару падут, путь на Сармизегетузу будет открыт. Фетеле-Альбе[168] столицу не защитит.

– Я велю собрать тебе вещи и еду в дорогу, – вздохнул Таур. – Опасайся Бицилиса. Ему не по нраву, что Децебал приблизил к себе длинноволосых – простых людей, таких как мы. Все эти знатные, носящие шапки, воображают, что только они знают, как оборонить крепости и побеждать римлян. Меня Бицилис ненавидит особо – где ж это видано, чтобы длинноволосый командовал крепостью.

– Не бойся, мне никто не страшен – ни Бицилис, ни римляне… – усмехнулся Сабиней. И вдруг оскалился, будто хотел укусить. – Если что – перекинусь волком и уйду от любой погони.

– Не боишься остаться волком навсегда?

– Было бы неплохо…

После ухода Сабинея Таур поднялся на башню, долго вглядывался в покрытые лесами хребты. Плыли по небу облака, скользили по зеленым холмам синие тени. Ощущение грядущей утраты не покидало его все последние дни. Римляне придут и отнимут у Децебала его царство. Мужчины погибнут, женщины станут рабынями. Они будут рожать – но уже не даков, а римлян. В этих горах поселится другой народ. Но так же будут плыть облака над покрытыми лесом холмами, звенеть водопады и всходить над горными хребтами серебряный лик Мендис-Луны.

* * *

Долина реки Бистры

Траян шел в долину реки Бистры знакомым путем. В тот раз не надо ему было штурмовать крепости – его встречали оставленные зимовать в Дакии гарнизоны. Однако долина реки Бистры по-прежнему таила опасность. Во второй раз стояли Траян и его армия на этих берегах. Только тогда уже начиналась осень – и в темной зелени елей пылали, увядая, рябины, золотился орешник, а то и вовсе лиловым или сиреневым окрашивались умирающие листья деревьев. Сейчас же был самый полдень лета – сочная синева небес, светлая зелень буков, обмелевшая Бистра, которую можно было перейти вброд, берега обнажились, открывая широкую дорогу вверх по течению, в долину Стрея. Разведчики, дойдя до крепости, вернулись, сообщив, что варвары за зиму сильно укрепили Тапае, и выше по течению стоит армия даков. Скорее всего, армия Децебала невелика и в любой момент может уйти в крепость.

Траян велел переправляться через Тибуск. Что-то в происходящем настораживало императора. Даки умеют ловко устраивать засады в горах. Армия впереди? Но, возможно, на склонах затаились ополченцы, готовые сбросить на головы римлянам камни и осыпать стрелами. Сам Траян перешел реку с когортами Четвертого легиона. Даков не было видно. Траян приказал двигаться вверх по течению. Но отправил вперед лишь когорту ауксиллариев и несколько центурий легионеров.

Никто не понял поначалу, что за грохот накатывает сверху. И лишь когда на реке появился пенный вал, солдаты кинулись кто куда: одни – на кручи, цепляясь за деревья и друг за друга, другие назад – сминая товарищей. Идущим впереди не удалось спастись – бежать было некуда, во многих местах склоны были слишком круты, чтобы можно было почти мгновенно взобраться на уступы. Сверху, гудя и ярясь, несся безумный поток, волоча за собой бревна, ветви и камни. Огромные деревья река швыряла, играючи, как тонкие веточки. Лишь половине авангарда посчастливилось ускользнуть и вскарабкаться на крутые утесы. Траян, на счастье, вместе со штабом расположился на небольшом плато. Окаменев, они смотрели, как бревна, ударяясь одно о другое, сметали ауксиллариев и легионеров и, пережевывая, волокли в Тибуск изуродованные тела. Будь подле императора Адриан, он бы непременно вспомнил подходящую цитату из XXI песни «Илиады» про то, как река, «клокоча и высоко бушуя», швырялась «пеной, кровью и трупами мертвых». Но Адриана рядом не было, и никто ничего не цитировал. Лишь Траян крикнул запоздалое: «Подайте знак!» Но трубачи и так уже надрывались, предупреждая об опасности. Видимо, где-то выше по течению даки устроили искусственную запань, а теперь разрушили ее и напустили на римлян реку. Сделай варвары это чуть позже, Траян лишился бы на Бистре практически всей армии. Но император, предчувствуя ловушку, не торопился вести войска вверх по течению. Часть армии осталась на другом берегу Тибуска, основные же силы, хотя и переправились, стояли все еще в устье Бистры, на левом ее берегу, поэтому поток, уничтоживший авангард, их почти не затронул. Но все равно потери оказались велики. Больше всего римлян ошеломила внезапность ловушки и то, что отличные, испытанные в боях воины погибли не в битве, а под напором тупой стихии.

Траян приказал выйти из долины Бистры и разбить лагерь, тела всех погибших выловить из воды и предать погребению, а когда вода спадет, на разведку отправить несколько мелких отрядов.

– Надо было оставить «быков Декстра» себе, а не отдавать Лаберию Максиму, – заметил Сура.

Траян ничего не ответил. В тот вечер он написал несколько приказов и отправил бенефициариев назад – по дороге в Берзобис. Но в свой дневник не прибавил ни строчки.

Когда из Берзобиса прибыли подкрепления, Сервиан с частью армии ушел дальше на север искать дорогу через долину Мариса. Возможно, на том пути даки не поджидают римлян, как ждут их в долине Бистры. Однако от пути через Бистру Траян не желал отказываться – это была самая короткая дорога, и во второй раз в подобную ловушку старый солдат не попадется.

* * *

Прошла половина месяца, прежде чем Траян сумел начать методичную осаду Тапае, обложив крепость со всех сторон, – так стая собак окружает медведя. Штурм был нелегким, но против такой армии, как у Траяна, эта крепость не могла выстоять. Насаженные на колья головы римских пленных, за год превратившиеся в голые черепа, лишь озлили штурмующих. Сразу трем центурионам вручил Траян венок за то, что те первыми поднялись на стены. В том числе новому центуриону Четвертого легиона Ноннию.

Тапае не просто захватили, ее сравняли с землей так, чтобы уже никогда нельзя было восстановить здесь укрепления. Только после этого римляне вышли к Стрею (вернее, к его притокам). Куда двигаться дальше, Траян не ведал. Отправленный на север к Марису Сервиан пока не присылал о себе известий. Пока что Траян встал лагерем на плато на правом берегу Бистры. В прошлом году он останавливался здесь же, и даки даже не уничтожили часть земляных укреплений. Осенью Траян думал, что хорошо бы построить здесь город. Теперь он был уверен, что город здесь будет, и назовут его, разумеется, «Колония Ульпия Траяна». Не желая вновь попадаться в дурацкую ловушку, император отправил отряды разведки в разные стороны. Всадники переправлялись через притоки Стрея вброд, как это делали прошлой осенью, но и сейчас, летом, вода в этих горных потоках была ледяной.

Впереди над куполом дакийских гор поднимался вверх сигнальный дым: знак того, что римлян заметили. Ну что ж, Траян и не собирается прятаться.

* * *

Армия Децебала так и не появилась. Несколько уцелевших селений в долине стояли пустыми – видимо, еще с прошлого года. Зато появились послы от Децебала – пришли несколько коматов с предложением начать переговоры. Кланялись низко, но говорили дерзко. Уверяли, что дакийский царь готов сдаться, что назначил встречу в одной из башен своего пилеата в дневном переходе от временного лагеря Траяна.

Но император не собирался лично встречаться с Децебалом. Назначенное место даже на первый взгляд не выглядело безопасным – Траян уже знал, что из любой подходящей долины могут вывалиться сидящие в засаде даки. Благородство и данное царем слово? Но кто не готов нарушить клятву, когда речь идет о его родном крае, об отчем доме и жизни твоего народа?

вернуться

168

Фетеле-Альбе находилась практически рядом со столицей, отделенная от Сармизегетузы речной долиной, и защищала столицу с северо-запада. Именно Фетеле-Альбе видели Авл и его спутники – город, построенный на террасах.

79
{"b":"140384","o":1}