ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Такая мягкая, нежная добыча», — думал он, наблюдая, как щеки девушки заливает румянец. Клер приводил в замешательство его пристальный взгляд. Но Максу нравилось наблюдать за ней. У нее были изящные черты лица, огромные темные глаза — бархатистые, как горячий шоколад, притягивали его. А оттенок нежной кожи был подобен дорогому фарфору. Понимала ли Клер, как невероятно привлекательны ее темные глаза? Скорее всего, нет. Нынешняя жена ее бывшего мужа была настоящей красавицей, но если бы Макс мог выбирать, то без сомнения выбрал бы Клер. Он был ошеломлен тем, с каким достоинством и храбростью она держалась прошлым вечером. Сколько женщин сохранили бы самообладание в таких обстоятельствах? Макс осторожно наблюдал за девушкой, понимая, что хочет ее. Он сделает ее своей, но сначала надо пробиться через эти чертовы барьеры.

— Поговори со мной, — сказал он мягко. — Не веди себя, как остальные.

Клер пораженно смотрела на него широко раскрытыми глазами. Что он имеет в виду? Как именно ведут себя с ним остальные?

— Не понимаю, — пробормотала Клер.

Глаза Макса стали льдисто-зелеными, полностью утратив голубизну.

— Такова цена, дорогая. Смазливая внешность превращает меня в объект охоты, в сексуальный трофей, который можно прибить над кроватью, фигурально выражаясь. Большинству женщин я интересен только как жеребец. Я мог бы быть полным идиотом, это ничего бы не изменило. Да, мне нравится секс — я здоровый мужчина. Но мне также нравятся общение, музыка, книги. Какого черта! Я хочу, чтобы во мне видели личность, а не только горячее тело.

Клер была так поражена, что забыла о тревожном ощущении, которое дрожью отзывалось в позвоночнике, когда Макс смотрел на нее с холодной свирепостью.

— Но я не… То есть, я хочу сказать — я не преследовала тебя, — запинаясь произнесла девушка.

— Нет, ты поступила наоборот. Ты лишь взглянула на меня и решила, что с таким лицом я могу быть только плейбоем, живым украшением в кровати любой женщины.

Клер была в ужасе: именно так она и подумала вначале, и сейчас стыдилась самой себя. Клер была необычайно чувствительна: сама очень ранимая, она делала все возможное, чтобы не задеть чьих-то чувств. Ее потрясло то, что она так легко навесила ярлык на этого человека. У нее были и другие причины держаться подальше от этого мужчины, но он о них не знал. Для Макса все выглядело так, словно она просто записала его в число пустых и безнравственных людей, даже не потрудившись получше узнать. Он был зол и имел на это право.

— Прошу прощения, — искренне извинилась Клер. Ты прав, я решила, что ты плейбой, но помимо этого поняла, что я просто не в твоей лиге.

Макс наклонился вперед, его глаза сузились.

— Что ты имеешь в виду? Что значит «не в моей лиге»?

Клер опустила глаза, неспособная встретить этот пронзительно яркий взгляд, и увидела его руки. Аристократичные, прекрасной формы, но в то же время жилистые, сильные. Был ли этот мужчина похож на свои руки?

— Клер, — требовательно произнес Макс.

Наконец девушка подняла глаза. Лицо ее было по-прежнему невозмутимым, но в глазах проглядывала уязвимость.

— Ты куда искушеннее меня, ну и, конечно, гораздо красивее. Я уверена, женщины постоянно преследуют тебя, но с другой стороны, это значит, что ты можешь получить, наверное, любую, которая понравится. Я действительно не желаю быть твоей следующей целью.

Максу очень не понравился такой ответ. Его лицо окаменело, и Клер ощутила его неудовольствие настолько явственно, что озноб прошел по коже.

— Тогда почему ты согласилась поужинать со мной? Понимаю, что был немного настойчив, но ведь ты позволила себя убедить.

— Я почувствовала себя одинокой, — ответила она, отвернувшись.

В этот момент официант принес ужин, и пауза дала Максу возможность сдержать взрыв гнева. Черт ее побери! Она приняла его приглашение только потому, что почувствовала себя одиноко? Его явно оценили выше телевизора, однако, ненамного! В ярости Макс размышлял, способно ли его эго вынести больший позор.

Когда они остались одни, он потянулся через стол и взял Клер за руку, крепко сжав хрупкие пальцы, когда она автоматически попыталась отстраниться.

— Ты не объект охоты, — произнес он кратко. Ты женщина, которая мне нравится, женщина, которая смотрит на меня, не оценивая при этом мое богатство и таланты в постели. Думаешь, я не чувствую себя одиноко? Я хочу общаться с тобой, мне нужен друг. Секс я могу получить в любой момент — было бы желание.

Клер снова залилась краской смущения, но внезапно глаза ее заискрились. Макс заметил этот блеск прошлым вечером, и теперь он появился вновь, притягивая его, заставляя осознать, как прекрасна эта женщина, когда искорки симпатии танцуют в ее темных глазах.

— Они действительно ТАК на тебя смотрят? — прошептала Клер, словно в шоке.

На секунду Макс был сбит с толку, словно получил удар по голове. За секунду до этого он был зол, но сейчас был ошеломлен этим дразнящим юмором. Он ослабил свою хватку и провел большим пальцем по тыльной стороне ладони девушки, рассеянно наслаждаясь ощущением мягкой кожи.

— Леди нынче потеряли всякий стыд. Когда женщина, которую знаешь всего пять минут, сует руку тебе в штаны, это приводит в замешательство.

Клер засмеялась, и Макс почувствовал, что холод отпускает его. Наконец — то он продвинулся вперед! Вот в чем дело: Клер одинока и нуждается в друге. Вся ее защита направлена против романтики или обольщения. Ей нужен друг, а не любовник. Макс не мог согласиться с ее выбором, но сейчас он вынужден был либо принять его, либо рисковал отпугнуть Клер.

— Будем друзьями? — спросил он мягко, решив проявить сдержанность. Клер была не такой, как женщины, которых добиваются упорно и открыто: она была мягче, чувствительнее, в глубине ее глаз были скрыты тайны.

На губах Клер появилась легкая улыбка. Друзья? Возможно ли дружить с мужчиной, который напоминает роскошного гепарда? Зачем ему эта дружба? В Клер нет ничего необычного, а Макс — совершенно особенный. Несмотря на это, возможно, он одинок: Клер понимала его чувства. Она добровольно выбрала одиночество как самый безопасный жизненный путь, но бывали минуты, когда она испытывала потребность в собеседнике, с которым не нужно скрывать свои мысли. Не то чтобы она испытывала потребность излить душу — нет, но она отчаянно нуждалась в простом повседневном общении. Даже с Мартиной, нежно любимой сестрой, не было подобной близости. Мартина была так отважна и общительна, что просто не могла понять боль и страхи того, кто не наделен подобной храбростью. Клер никогда не делилась секретами с матерью, так как всегда страшилась неизбежного сравнения с сестрой. Даже если мать и не станет их сравнивать, Клер все равно боялась откровенничать с ней, и потому молчала.

— Ты могла бы завтра помочь мне искать квартиру, — предложил Макс, прерывая ее размышления. — Я живу в отеле уже неделю и больше точно не вынесу.

Клер улыбнулась его раздражению. Акцент опять прозвучал резче обычного.

— Буду рада помочь. Ты уже что-нибудь присмотрел?

— Дорогая, я совсем не знаю Хьюстон. Я полностью в твоих руках.

— Купи завтра газету и отметь понравившиеся квартиры. Мы поедем и посмотрим их. Во сколько ты хочешь начать?

— Так рано, как тебе будет удобно. В конце концов, я в твоей власти.

Клер сомневалась, что этот мужчина когда-либо был в чьей-то власти. Но чувство легкости и счастья нарастало в ней. Глаза Макса стали ярко-бирюзовыми, а улыбка вскружила бы голову даже статуе. Клер не могла устоять против его обаяния, но это перестало ее волновать.

Вдруг оба осознали, что еда уже давно стынет. Во время ужина Клер наблюдала за ним с возрастающим изумлением: как может такой худощавый мужчина столько есть? Манеры Макса были безупречны, однако количеству съеденного мог позавидовать портовый грузчик. У этого мужчины, должно быть, отличный метаболизм: его движения отличались ленивой грацией, он не сжигал калории нервной энергией.

7
{"b":"140459","o":1}