ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Элейн поднялась по ступенькам и без помех достигла своей комнаты. Через двери, ведущие на балкон, проникал лунный свет, и она стала любоваться его игрой. Со стороны тахты доносилось мерное похрапывание служанки.

Боули деловито копался в миске орехов.

Чарльз нетерпеливо разглядывал тусклый свет луны, висевшей аккурат над плешивой головой. «Точно тупой», — подумал он. Морриган использовала это слово в ручье. Тотчас же Чарльз вспомнил холодную воду и ее горячее тело. Приготовил ли Фриц лимонный сок так, как он инструктировал его?

— Вижу, вы вполне окрепли, чтобы вынести поездку, — резко выдохнул он.

— Милорд? — коротенькие пальцы перестали шевелиться. Блестящие маленькие глазки-бусинки горели из складок обвисшей кожи. Прямо как у белки, заметил Чарльз, неожиданно развеселившись от такой мысли. Он бросил беглый взгляд на пустую миску из-под орехов. — Так как? У вас превосходный аппетит, — он мысленно прикинул количество еды, поглощенной этим вечером, — хватило бы для дюжины людей. — Улучшился цвет кожи. Неужели это не говорит о состоянии вашего здоровья?

— Мне вредны физические нагрузки.

— Действительно, — Чарльз иронически выгнул одну бровь. — Тогда и в самом деле, вам лучше всего вернуться в Корнуолл, где гораздо меньше искушений.

— Это в точности соответствует моим намерениям, милорд. Моя племянница — хрупкий ребенок…

Левая бровь Чарльза присоединилась к правой. Ненасытную женщину, которая раз за разом принимала его страсть, нельзя было назвать ни «ребенком», ни «хрупкой».

— …и ее следует оградить от мирских утех. Однако полагаю…

— Вы исчерпали мой лимит вежливости, Боули. И у вас может ухудшиться здоровье. Я достаточно долго терпел весь этот разговор. Морриган — моя жена и останется таковой. Конец дискуссии. Завтра я лично проконсультируюсь с лекарем. Мы втроем сможем решить, каким видом транспорта будет безопасней всего воспользоваться, чтобы добраться вам до Корнуолла в добром здравии. А сейчас, с вашего позволения, я должен уделить внимание решению более неотложных дел.

Например, подумать о дальнейшем образовании своей жены.

Миссис Боули с двумя дочерьми находились в гостиной. Все трое непривычно молчали, как будто в рот набрали воды. Он надеялся, что, в конце концов, Морриган устроила им взбучку, которую они заслужили.

— Где моя жена?

— Ваша жена… — миссис Боули подняла на Чарльза полные гнева глаза.

— Неважно, — Чарльз с неприязнью осмотрел женщину, которая с тех самых пор, как заявилась сюда, презрительно и насмешливо обращалась с его женой. Кроме того, ее манера поведения за столом говорила о том, что она, должно быть, воспитывалась в свинарнике. Ему пришлось прервать ужин, чтобы отгородиться от крошек еды, которые, казалось, вылетали всякий раз, стоило ей только открыть рот. Восхищение, которое он испытывал к своей жене, возросло. Морриган, в отличие от Хэтти, была не такой, как эти лицемерные свиньи.

— Вижу, она посчитала самым лучшим решением уйти.

Мягкий храп распространился по всей комнате Морриган. Чарльз улыбнулся, улыбка стала еще шире, когда он понял, что причиной храпа является не леди, а служанка.

Бедная женушка!

Ей просто необходимо перебраться к нему в постель, чтобы поспать в тишине.

Морриган пристально глядела на него из тени на кровати. Шелковый балдахин был распахнут, распущенные черные волосы резко контрастировали с белой подушкой. Руки лежали поверх одеяла, золотое кольцо блестело в темноте.

Чарльз почувствовал себя беззащитным, от этого ему стало не по себе. Сегодня днем она потянулась к нему. Каков же будет ее ответ ночью?

Морриган подняла руки.

Приглушив восклицание, он откинул одеяло и сгреб ее в охапку. В его комнате, освещенной канделябрами, стоящими с каждой стороны кровати, было тепло. Слева на ночном столике стояла маленькая мисочка — воздух спальни был пропитан запахом лимона.

Удовлетворение Чарльза было полным. Фриц следовал инструкциям, изложенным в записке. Он поставил Морриган на ноги и через голову стянул с нее ночнушку. Она молча наблюдала, как он раздевается, бросая свою одежду куда ни попадя. Он до смешного чувствовал себя безоружным, ожившая плоть налилась, как молот на наковальне.

Она медленно, нерешительно двинулась навстречу ему. Чарльз готов был вечность ждать ее прикосновений.

А когда получил их, у него чуть не подогнулись колени.

Морриган наклонила голову, темные волосы упали шелковым покрывалом.

— Что является третьим источником получения наслаждений marmas?

Он сжал веки, почувствовав резкий приступ желания обладать женой, — он был сродни боли.

— Чарльз?

Он открыл глаза. В настороженном взгляде Морриган читался налет одиночества с оттенком боли. Он обеими руками обхватил ее лицо.

— Это, — вымолвил он.

Нежно взяв ртом ее нижнюю губу, он долгое время кусал и посасывал ее. У нее был вкус вина с имбирем — такой родной вкус.

Он выпустил губу — та покраснела, припухла и дрожала. Для него. Только для него.

— И это, — добавил он.

Ее рот был готов вместить его язык целиком. Он поглаживал ее язык своим, втянув к себе в рот, посасывая его, как губу. Она тяжело вздохнула, глубокий и влажный звук проник к нему внутрь. Когда он оторвался, она вскрикнула, попытавшись вернуть его обратно.

— Подожди, милая. Минутку.

Он откинул покрывала с кровати, уложил ее на спину, затем направился к стоящей на ночном столике миске. Широко разведя ее ноги, он сел между ними, скрестив свои ноги в позе лотоса.

— Что ты делаешь?

Чарльз улыбнулся. Сейчас этот голос был горячим и сиплым, а не ледяным и безразличным. Он выудил губку, слегка отжав ее в миску.

Морриган с подлинным любопытством наблюдала за ним. Она доверяла ему, с ликованием заметил Чарльз. Она всем телом доверяла ему.

— Что это? — тихо спросила она.

Чарльз одарил ее дьявольской ухмылкой.

— Губка, — сказал он, — вымоченная в лимонном соке. Вообще-то обычно используют в этих целях уксус, но на Дальнем Востоке предпочитают лимонный сок. И я, по правде сказать, предпочитаю вкус лимона, а не уксуса. Сейчас.

Он приблизился, разведя ноги еще шире.

— Согни колени, нет, выше. Держи их раздельно.

Он аккуратно развел складки плоти и ввел губку, вымоченную в лимонном соке. Она инстинктивно сжала мышцы.

— Не делай так, — сказал Чарльз. — Через секунду ты ее уже не почувствуешь. Равно как и я. Расслабься, любимая.

Он начал проталкивать губку внутрь тела. Через мгновение она уже была вставлена, невзирая на протестующие мышцы.

Он сел на корточки и осмотрел припухшие губы. Тонкая струйка лимонного сока смешалась с ее собственной блестевшей влагой.

— Как ты себя чувствуешь?

— Фаршированной, — немедленно ответила она, уставившись распахнутыми глазами в темные глубины его глаз. — Как каплун. [22]

Морриган внезапно показалась неуверенной.

Чарльз рассмеялся, получая все большее и большее удовольствие от ее необычного чувства юмора.

— Вообрази, как будешь себя чувствовать, если вместо губки внутрь тебя ввести лимон. В Китае отдается предпочтение именно фрукту.

Ее глаза расширились.

— Возможно, мы как-нибудь попробуем, когда я со временем сумею слегка обуздать свой пыл. Бедному Дэймону, без сомнения, будет трудно смотреть на нас за обеденным столом после того, как придется извлекать лимон из твоего лона.

Его руки скользнули по икрам, обхватывая колени и отнимая их от груди.

— Мы можем поговорить позднее, — сказал он, нюхая ее. — Я говорил тебе, что у тебя самый прелестный клитор, какой я когда-либо видел? Тоже относится и к соскам, налившимся и большим, как будто созданным специально для мужского рта. М-м-м, мне нравится вкус лимона, — он лизнул кислый сок, немного вытекший из нее.

Морриган рассмеялась.

Он поднял голову, не понимая ее смеха.

— Что?

— Лимонный сок, — сказала Морриган, — надеюсь, ты вытащил все зерна из фрукта?

вернуться

22

Каплун — специально откормленный на мясо, кастрированный петух.

63
{"b":"140545","o":1}