ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Нет, просто тебе тринадцать. Не забывай, что Кайлу столько же. С ним происходит то же, когда вы видитесь. Мой брат говорил, что ребята возбуждаются в двух случаях: днем и ночью.

– Вы разговаривали с братом о таких вещах?

Она рассмеялась.

– Ну да. А что, вы с Джесси не разговариваете?

Я фыркнула.

– Если бы я задала Джесси вопрос о сексе, он смеялся бы до колик, а потом дал бы мне пачку журналов «Плейбой» и сказал бы, что там все есть.

– А родители?

Я покачала головой. О папе и говорить нечего, потому что это папа. Мама слишком занята, а Кейт ориентируется в этом так же, как и я.

– Вы с сестрой когда-нибудь ссорились из-за одного парня?

– Вообще-то у нас разные вкусы.

– А какие мужчины вам нравятся?

Она задумалась.

– Не знаю. Высокие. Темноволосые. Живые.

– А Кемпбелл вам нравится?

Джулия чуть не упала со стула.

– Что?

– Ну, я имею в виду, как мужчина постарше.

– Возможно, некоторым женщинам он кажется… привлекательным, – проговорила она.

– Он похож на героя из сериала, который любит смотреть Кейт. – Я провела пальцем по крышке стола. – Странно. Я вырасту, буду целоваться с кем-то, выйду замуж…

А Кейт не будет.

Джулия наклонилась ко мне.

– Что будет, когда твоя сестра умрет, Анна?

На одной из фотографий, лежащих на столе, изображены мы с Кейт. Мы маленькие, наверное, пяти и двух лет. Еще до первого рецидива, но ее волосы уже отросли. Мы сидели на пляже в одинаковых купальниках и делали куличики из песка. Если согнуть фотографию пополам, то можно подумать, что это зеркальное отражение, – Кейт слишком маленькая для своего возраста, а я – слишком высокая. Волосы у Кейт другого цвета, но так же торчат сзади. Кейт держит меня за руки. До этого момента я не замечала, насколько мы похожи.

Телефон зазвонил в десять вечера, и я удивилась, услышав свое имя по громкой радиосвязи пожарной станции. Я сняла трубку в чисто вымытой на ночь кухне.

– Алло?

– Анна, – сказала мама.

Я сразу же решила, что она звонит из-за Кейт. Больше ей нечего было мне сказать, особенно после того, что произошло в больнице.

– Все в порядке?

– Кейт спит.

– Хорошо, – ответила я, сомневаясь, что это действительно так.

– Я звоню по двум причинам. Во-первых, хочу извиниться за сегодняшнее утро.

Я почувствовала себя маленькой.

– Я тоже, – призналась я и вспомнила, как она раньше укладывала меня спать. Мама сначала подходила к Кейт, наклонялась и сообщала, что идет поцеловать Анну, а потом подходила к моей кровати и говорила, что идет обнять Кейт. Каждый раз мы начинали хихикать. Она выключала свет, и еще долго после ее ухода в комнате витал запах лосьона, которым она пользовалась, чтобы кожа была мягкой, как байковое одеяло.

– А во-вторых, – продолжала мама, – я хочу пожелать тебе спокойной ночи.

– И все?

Я поняла по голосу, что она улыбается.

– А что, этого недостаточно?

– Достаточно, – ответила я, хотя это было не так.

Я не могла уснуть, поэтому выскользнула из постели. Папа храпел рядом. Я стащила «Книгу рекордов Гиннесса» из комнаты отдыха и отправилась на крышу, чтобы почитать при лунном свете. Полуторагодовалый ребенок по имени Алехандро упал из окна с высоты 65 футов 7 дюймов в испанском городе Мурчия и выжил после падения с такой большой высоты. Рой Салливан из Виржинии пережил семь ударов молнии, а потом покончил жизнь самоубийством, когда его бросила девушка. Кошку нашли под развалинами через восемьдесят дней после землетрясения на Тайване, во время которого погибли две тысячи человек, и сейчас кошка жива-здорова. Я поймала себя на том, что, читая и перечитывая раздел «Оставшиеся в живых и спасители», мысленно продолжала список рекордов: человек, проживший дольше всех с диагнозом острая промиелоцитная лейкемия, самая счастливая в мире сестра.

Когда папа нашел меня, я уже отложила книгу и пыталась медитировать.

– Сегодня не очень хорошо видно, да? – спросил он, садясь рядом.

Ночь была облачной, и даже луна казалась завернутой в вату.

– Да, – согласилась я. – Везде туман.

– А ты пробовала смотреть в телескоп?

Я посмотрела, как он возится с телескопом, и решила, что сегодня все равно ничего не получится. И вдруг вспомнила, как в семь лет ехала рядом с ним в машине и поинтересовалась, как взрослые находят дорогу. Я ни разу не видела, чтобы он доставал карту.

– Думаю, нужно просто все время поворачивать в одном и том же месте, – ответил он, но это не убедило меня.

– А если едешь куда-то впервые?

– Тогда нужно смотреть на указатели.

Но мне хотелось знать, кто их когда-то поставил. Что делать, если там, куда ты едешь, еще никто не бывал?

– Папа, – спросила я, – а правда, что можно найти дорогу по звездам?

– Да, если разбираешься в навигации по звездам.

– А это сложно? – Я подумала: может, стоит научиться? Запасной план, на случай если заблудишься.

– Это довольно сложная математика: нужно измерить высоту звезды, высчитать ее местоположение по звездному атласу, рассчитать предполагаемое положение звезды относительно того места, где, как тебе кажется, ты находишься, сравнить измерения с расчетами. Потом нанести все на карту в виде контура. Где контурные линии пересекутся, там и будет то место, где ты находишься. – Он посмотрел на меня и рассмеялся. – Я тоже думаю, что лучше не выходить из дома без GPS.

Но, клянусь, я все поняла, не так это и сложно. Двигаешься туда, где пересекаются все линии, и надеешься, что тебе повезет.

Если бы существовала такая религия – аннаизм, мне пришлось бы объяснить, как люди попали на Землю. Это звучало бы примерно так: сначала ничего не было, только Луна и Солнце. Луне очень хотелось выходить днем, но нечто более яркое занимало собой все это время. У Луны пропал аппетит, она худела на глазах, пока от нее не осталась только тонкая долька с острыми, как нож, кончиками. Случайно, как это всегда и бывает, она проткнула ночь, и оттуда высыпался миллион звезд, как фонтан слез.

Испугавшись, Луна попыталась съесть их. Иногда у нее это получалось, и она поправлялась и становилась круглее. Но не всегда, потому что звезд было слишком много. Звезды все сыпались и сыпались, пока небо не стало таким ярким, что Солнце начало завидовать. Оно пригласило звезды в свою половину мира, где всегда было светло. Только оно не сказало, что при дневном свете их не будет видно. Самые глупые звезды прыгнули с неба на Землю и окаменели из-за собственной глупости.

Луна сделала все, что могла. Она вырезала из этих несчастных окаменевших звезд мужчин и женщин. И теперь все время следила за тем, чтобы остальные звезды не повторили этой ошибки. С тех пор она дорожит тем, что у нее осталось.

Брайан

В воскресенье в семь утра на станцию вошел осьминог. Вообще-то это была женщина в костюме осьминога, но, когда видишь что-либо подобное, подробности уже не имеют значения. По ее лицу текли слезы, а в своих многочисленных руках она держала пекинеса.

– Вы должны мне помочь, – сказала она, и только тогда я ее вспомнил: это была миссис Зегна, чей дом сгорел несколько дней назад.

Она подергала свои щупальца.

– Это единственная одежда, которая у меня осталась. Карнавальный костюм Урсулы. Он пылился в сундуке вместе с моей коллекцией альбомов.

Я осторожно усадил ее на стул и сел напротив.

– Миссис Зенна, я знаю, что ваш дом непригоден для жилья…

– Непригоден? Да его просто нет!

– Я могу дать вам телефон приюта. Если хотите, я поговорю со страховой компанией о возмещении убытков.

Она подняла руку, чтобы вытереть слезы, и остальные восемь соединенных нитками рук поднялись тоже.

– У нас нет страховки. Я никогда не понимала, как можно жить в ожидании худшего.

Я смотрел на нее, пытаясь вспомнить, как это бывает, когда беда застает тебя врасплох.

52
{"b":"140557","o":1}