ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я бы написал лучше, — ворчал полугном.

— Я верю, — сказала я, созерцая свой труд. — Но писать лекцию скучнее, чем объявления.

— Всегда мне достается черная работа, — пробурчал Отто, перечитывая мое творение.

«Я, Ола Ляха, пребывая в Рорриторе, действительно в соревновании с местным практиком уничтожила девять зомби и одно умертвие. Сделано это было исключительно с целью продемонстрировать мощь и пользу артефактов, изготовленных в нашем Университете. Я не хотела доказать, что я крутая истребительница зомби, или выпендриться перед своими коллегами. Я боюсь зомби. Я боюсь вообще любую нежить и нечисть, включая даже домовых. Я теоретик. Хотите узнать мое мнение по поводу артефактов или начертательной магии — милости прошу. Хотите вызвать меня «на слабо», чтобы я доказала свое умение боевого мага, — мне слабо! Я боевую магию сдала с трудом, меч в руках держать не умею, зато могу угостить арбалетной стрелой каждого, кто будет задавать идиотские вопросы. Всем спасибо за внимание».

— Глупый текст, — сказал Отто. — Ты себя этим позоришь.

— Наоборот, — сказала я довольно. — Я покрыла себя неувядающей славой честного человека! Это в наши дни еще большая редкость, чем теоретик, отгрызающий собственной вставной челюстью шею живого мертвеца.

— Не знал, что у тебя вставные зубы, — удивился полугном.

— Так народ считает. Просто натуральные бы такого издевательства над собой не выдержали.

Полугном задумался.

— Только не надо опять водить ко мне экскурсии! — подозрительно сказала я.

— Я не про экскурсии думаю, — рассеянно ответил Отто, что-то прикидывая на пальцах. — Я пошел, дела зовут.

Вечером ко мне в гости опять пришла Илисса. Она весело тарахтела про новую распродажу в магазинчике возле студгородка, но когда я потеряла бдительность и ушла на кухню за чайником, то сестра Ирги показала свое истинное лицо. Вернувшись, я застала девушку стоящей на табуретке и с увлечением шарящей на верхней полочке.

— Что ты делаешь? — возмутилась я.

— Ирга написал, что все самое вкусное ты прячешь там, — покраснела она.

Я порадовалась тому, что она еще может краснеть, потому что прожорливый некромант, чье воспитание наложило такой отпечаток на невинное дитя, никогда не краснел, уничтожая мои запасы.

— У Ирги, — сказала я сладким тоном, — устаревшие сведения.

— А-а-а, — разочаровалась Илисса. — Просто он говорил, что у тебя всегда есть такие вкусняшки, которые в простом магазине не купишь. И он по ним очень скучает.

— Ирге — большой привет, — сказала я. — Как только он начнет скучать не по моим запасам продовольствия, а по мне, я вышлю ему этих лакомств.

Когда парой минут позже ко мне в комнату ввалился счастливый полугном, Илисса уже вовсю изображала из себя благовоспитанную девушку, давясь твердокаменными сухарями, которые я не пожалела и достала с полочки с надписью «НЗ».

— Вот! — ликуя сказал лучший друг, протягивая мне нечто. — Сувенирная продукция. Поставим на поток! Заработаем много денег.

Он держал на ладони вставную челюсть довольно угрожающего вида с надписью: «Ола рекомендует. Лучшее средство от зомби. Применение: подойти к зомби и перегрызть ему глотку данным предметом».

— Я сейчас на твоей глотке это опробую! — возмутилась я.

— Ладно, допишу противопоказания, — засмеялся Отто. — «Противопоказано использовать на гномах». Зато смотри какая вещь!

Он ловко раздробил челюстью на крошки самый древний сухарь и не погнушался собрать их все и отправить себе в рот.

— Отто, — простонала я, — только через мой труп.

— Это легко устроить, но согласись, что идея — блеск! — ответил полугном, увлеченно уничтожая мой НЗ.

Глава 4

ДЕЛОВЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Отто застал меня подозрительно нюхавшую содержимое кастрюльки.

— Что ты делаешь? — удивился он.

— Пытаюсь определить, прокис суп или нет. Только что слопала полкастрюли, и вдруг закралось подозрение… — ответила я.

— Не переживай, — сочувственно сказал Отто. — Ну посидишь немного в местечке уединения… Зато кишки почистишь.

— Да, тебе хорошо говорить! А если меня на улице припрет? Зима на дворе, в кустики не сходишь — холодно!

— Нельзя с таким трепетом относиться к своему мягкому месту, — нравоучительно заметил полугном. — Не лютые морозы, потерпишь, а если что, то я тебя прикрою от нескромных глаз.

Я представила себе эту картину и содрогнулась.

— Не надо, я лучше какой-нибудь Лирин порошочек выпью, — сказала я, скользнув взглядом по полке с запасом лечебных снадобий моей соседки по комнате, будущего целителя.

— А самолечение вредно…

— Что это тебя на мораль потянуло? — спросила я, роясь в лекарственных запасах.

— Просто, — вздохнул полугном, — я волнуюсь. Блондин прислал письмо. Приглашает на деловую встречу.

Я закашлялась, отчего горький порошок пошел «не в то горло».

— Встречу?..

— Настоятельно советовал нам прийти и обсудить перспективы развития алкогольной коммерции. — Лучший друг протянул мне письмо.

— Я знала, что рано или поздно этим закончится, — помрачнела я. — Он же еще на Летнем балу предупреждал о своем интересе в нашем деле. Что предпримем?

— На встречу пойдем, — сказал полугном. — Но позиции сдавать не будем. Сама знаешь, сколько на нас завязано.

Я кивнула, читая безукоризненно вежливое послание Блондина. Аристократ, закончивший недавно Университет, активно искал свою нишу. Во время студенчества Блондин Лим сколотил себе банду, которая обижала тех, кто не мог дать сдачи. У нас с богатеем была нелюбовь с первого взгляда — я посмела не только противостоять его агрессии, но и огрызаться в ответ. Отношения обострились с момента жениховства Ирги, которого Блондин ненавидел. Лим несколько раз неудачно пытался нас уничтожить, но ничего не вышло. Однажды Блондин хитростью заманил нашу компанию на кладбище, на котором промышлял сумасшедший маг — коллекционер зомби. Как раз в тот день я наотрез отказалась сотрудничать с аристократом, чем привела его в бешенство. Потом противник хотел очернить репутацию Отто в глазах наших поставщиков, но, по счастливой случайности, это не удалось.

Сейчас мы были посредниками между владельцами кабачков и мелкими производителями различных алкогольных напитков. Гномы-поставщики никогда не стали бы иметь дело с Лимом или еще с кем-то из аристократов. Отец Блондина был слишком хорошо известен своими высказываниями типа «всех гномов — в резервации, и молоты им в руки», «эльфов — запереть в Сумеречных горах, пусть стреляют там в нежить на пользу людям».

— Почему он прицепился именно к нам? — спросила я, борясь с желанием чихнуть. Проклятый порошок! Прав был Отто, самолечение вредно. — Не мы одни занимаемся поставками алкоголя. Тем более что наши клиенты — это капля в море.

— Ну насчет капли ты преуменьшаешь, — обиделся полугном. — А насчет всего остального я уже думал. Мы самые слабые — это раз. У нас нет команды, которая бы стала за нас грудью; все наши поставщики находятся далеко отсюда, а перевозчики товара не будут вмешиваться в распри. Мы занимаемся мелкими партиями редкого спиртного — это два. Уверен, что Блондин прикупил себе какую-то пивоварню и хочет занять нашу нишу. Или кто-то из его дружков не знает, куда сбыть свой товар.

— Так пусть идет и договаривается с владельцами кабачков! Здоровая конкуренция им только на пользу.

— Конечно, но договариваться — это не аристократическое дело. Лучше прийти на все готовенькое. К тому же что может сравниться с гномьим алкоголем? Разве люди могут гнать такой самогон?

— Люди еще не то могут, — хмыкнула я, вспомнив свою соседку, жившую рядом с нами. Она умела превратить в крепчайший самогон все, что угодно: от вполне съедобных продуктов до содержимого мусорника. Капитала соседка на этом не сделала, потому что продукт моментально распивался ею же самой и ближайшими собутыльниками. Тем не менее факт изобретения чудо-аппаратов для самогоноварения остается фактом.

14
{"b":"140606","o":1}