ЛитМир - Электронная Библиотека

В сумерках налетели комары, принялись донимать его. Но он вспомнил, что захватил с собой средство от этой нечисти, и натянул на голову капюшон куртки. Моторки в окружающих проливах и протоках слышались все реже. Одинокая парусная лодка шла с попутным ветром в открытое море.

Сразу после полуночи, под писк комаров, он покинул островок. Направил лодку мимо темнеющих островов по курсу, намеченному с помощью морской карты. Двигался не спеша, проверяя, не сбился ли с пути. Приблизившись к конечной цели, еще убавил скорость и в итоге совсем остановился. Задул легкий ночной бриз. Валландер поднял мотор в лодку и сел на весла. Время от времени отдыхал, вглядываясь в темноту. Но не видел ни проблеска света, и это его огорчало. Должен быть свет, думал он. Не должно быть темно.

Он подвел лодку к берегу, тихонько вылез. Днище зашуршало по камням, когда он вытащил суденышко на берег. Привязал швартов к росшим там ольховым деревьям. Карманные фонарики достал еще в лодке, один сунул в карман. Второй держал в руке.

Однако в рюкзаке лежал еще один предмет, который он сейчас искал среди остатков бутербродного свертка и одежды. Табельный пистолет. Он долго сомневался. Но все-таки решился и положил оружие в рюкзак вместе с полной обоймой. Зачем — он и сам толком не понимал. Ничто не говорило, что ему грозит прямая физическая опасность.

Но Луиза мертва, думал он. А Герман Эбер убедил меня, что ее убили. И пока я не узнаю больше, придется исходить из того, что виновником может быть Хокан, хотя ни улик, ни мотива в моем распоряжении нет.

Он вставил обойму, проверил, что пистолет на предохранителе. Потом включил фонарик, глянул, на месте ли синий фильтр. Свет был слабый, человеку, который не настороже, заметить его будет трудно.

Валландер вслушался в темноту. Шум прибоя почти заглушал все прочие звуки. Он поставил рюкзак в лодку, посветил на швартов — привязано крепко. И осторожно двинулся прочь от берега. Недалеко от воды густо росли кусты. Через несколько метров он угодил в паутину и отчаянно замахал руками, заметив, что большой паук-крестовик прицепился к куртке. Змей он кое-как терпел, но не пауков. И вместо того чтобы идти напрямик через кусты, зашагал вдоль берега, разыскивая место, где заросли пореже. Метров через пятьдесят вышел к остаткам слипа. А поскольку раньше на этом острове не бывал, только видел его с лодки, не мог сориентироваться. Да и проходили они в тот раз мимо его западной стороны. Теперь же он причалил к восточному берегу, в надежде, что это как бы задворки острова.

Где-то в карманах зазвонил телефон. Пытаясь отыскать его и отключить звук, Валландер уронил фонарик. Звонки один за другим. Он чертыхался про себя, тщетно ощупывая карманы. Насчитал как минимум шесть сигналов, пока наконец сумел вырубить телефон. Увидел на дисплее, что звонила Линда. Сунул телефон в нагрудный карман и застегнул молнию. Сигналы звучали в ушах как набат. Он прислушался. Но в темноте ни звука, ни движения. Только шум моря.

Он осторожно двинулся дальше, наконец разглядел очертания темного дома. Остановился за дубом, но света в доме так и не приметил. Я ошибся, подумал он. Никого здесь нет. Я сделал неправильный вывод.

И тут он все же увидел слабый свет, пробивавшийся между подоконником и задернутой гардиной. А когда подошел ближе, углядел слабый отблеск и в другом окне.

Осторожно обошел вокруг дома. Затемнение, как в войну, ни лучика света, чтобы показать дорогу врагу. А враг — это я, подумал Валландер.

Приложил ухо к деревянной стене, прислушался. Невнятные голоса, порой сквозь музыку. Телевизор или радио — что именно, не понять.

Он снова отступил во мрак, попытался решить, что предпримет. Дальше этого момента он не планировал. Как поступить теперь? Дождаться утра, а потом постучать в дверь и посмотреть, кто откроет?

Он медлил. Нерешительность раздражала его. Собственно, чего он боится?

Ответить себе на этот вопрос он не успел, по крайней мере в тот миг. Почувствовал на плече чью-то руку и, вздрогнув, обернулся. Хотя приехал сюда именно с этой целью, он все же удивился, увидев в темноте Хокана фон Энке. Тот был в тренировочной фуфайке и джинсах, небритый и неподстриженный.

Оба молча смотрели друг на друга, Валландер с фонариком в руке, Хокан фон Энке босиком на сырой земле.

— Вы, верно, услышали, как звонит телефон? — спросил Валландер.

Хокан фон Энке покачал головой. Он казался не только испуганным, но и огорченным.

— Вокруг дома установлена сигнализация. Последние десять минут я пытался понять, кто заявился на остров.

— Всего-навсего я, — сказал Валландер.

— Да, — кивнул Хокан фон Энке. — Всего-навсего вы.

Они вошли в дом. Только там, при свете, Валландер обнаружил, что Хокан фон Энке тоже вооружен — за поясом торчал пистолет. В тот раз, в Юрсхольме, он прятал оружие под пиджаком.

Кого он боится? — подумал Валландер. И от кого, собственно, прячется?

Шум моря в дом не проникал. Валландер пристально смотрел на человека, который так долго скрывался.

Оба молчали. Потом осторожно начали разговор. Медленно, словно очень-очень настороженно приближались один к другому.

Часть 4

Иллюзия

31

Ночь затянулась. Несколько раз во время долгого разговора с пойманным беглецом у Валландера мелькала мысль, что это как бы прямое продолжение беседы, состоявшейся около шести месяцев назад, в безоконном помещении банкетного ресторана под Стокгольмом. То, что он мало-помалу начал понимать, удивляло его, но вполне четко объясняло, почему Хокан фон Энке был тогда так встревожен.

Менее всего Валландер чувствовал себя этаким Стэнли, [26]разыскавшим своего Ливингстона. Он догадался правильно, и только. Интуиция снова вывела его куда надо. Фон Энке, если и удивился, что его укрытие найдено, виду не подал. Старый подводник выказывает хладнокровие, думал Валландер. Что бы ни происходило, его не удивишь.

Охотничий домик, снаружи непритязательный, предстал совершенно иным, едва только Валландер переступил порог. Внутренних перегородок нет, одно просторное помещение с открытой кухней. Дверью отделена лишь небольшая пристройка, где расположена ванная. В углу кровать. Спартанская обстановка, подумал Валландер, и кровать скорее похожа на корабельную койку или на крохотный закуток, каким на подлодке вынужден довольствоваться даже командир. Посередине — большой стол, заваленный книгами, папками с документами, бумагами. На одной торцевой стене — полка с радиоприемником, на столике — телевизор и проигрыватель, рядом — старомодное темно-красное кресло.

— Не думал, что здесь есть электричество, — сказал Валландер.

— Генератор установлен в выемке, пробитой взрывом в скале. Его не слышно, даже когда на море штиль.

Хокан фон Энке стоял у плиты, варил кофе. В тишине Валландер пытался приготовиться к разговору. Теперь, найдя человека, которого так долго искал, он вдруг не знал, о чем его спросить. Все, что он думал раньше, казалось мутным месивом нечетких, незаконченных умозаключений.

— Я не ошибаюсь? — вдруг сказал фон Энке, нарушив ход его мыслей. — Вы пьете кофе без сахару и без молока?

— Верно.

— К сожалению, печенья предложить не могу. Вы голодны?

— Нет.

Хокан фон Энке освободил часть большого стола. Валландер отметил, что книги в большинстве о современной военной стратегии и актуальной политике. Одна, с виду наиболее зачитанная, называлась «Угроза подводных лодок», не больше и не меньше.

Валландер пригубил кофе — весьма крепкий. Сам фон Энке пил чай. Валландер пожалел, что выбрал кофе.

На часах было без десяти час.

— Я, конечно, понимаю, у вас много вопросов, на которые вы хотите получить ответ, — сказал Хокан фон Энке. — Но я не уверен, что смогу или захочу ответить на все. И прежде должен задать несколько вопросов вам. Во-первых: вы приехали сюда один?

вернуться

26

Стэнли Генри Мортон (1841–1904) — журналист, исследователь Африки; в 1871–1872 гг. как корреспондент газеты «Нью-Йорк геральд» участвовал в поисках пропавшего шотландского путешественника Давида Ливингстона (1813–1873) и нашел его.

76
{"b":"143281","o":1}