ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Но она, в гневно поджав губы, повернулась и торжественно вышла из шатра.

– Если женщина злится, значит, она не только неправа, но и понимает это, – тут же, прокомментировал Сим.

– В этот раз я не могу с тобой не согласится, – мысленно ответил я ему.

– Весельчак, кто у тебя лучшие разведчики?

– Полуэльф, Лысый и Мясник, – не задумываясь, ответил он.

Да уж красноречивые прозвища.

– Отправь их на разведку, как стемнеет. Если там засада, то пусть сразу возвращаются. В бой не ввязываться. Если нет, то пусть попытаются проверить ход. Нас могут там ждать. Возьми кулон. Свободен.

Прихватив золотую побрякушку, он ушел.

– Камит, ты тоже иди – отдыхай, денек у нас будет 'веселый'.

Мы остались вдвоем с Итором.

– Ну и что ты думаешь обо всем, об этом?

Он пожал плечами: – Затея может и выйти. Может их отвлечь?

– А зачем? Нам бы только ход открыть, а дальше все они все покойники. Нуу… – не все. Надо же кому-то рассказать о бароне, который держит свое слово. Я вот думаю, что с контом делать. Просто убить – это не интересно. Запытать – скучно. Может его рабом сделать… и пусть будет… золотарем?

– Послезавтра его отец будет здесь со всей дружиной. Узнав о судьбе сына, он станет вам смертельным врагом. Возьмет замок в осаду, подтянет осадные машины, и мы можем повторить судьбу его сына.

Я жизнерадостно рассмеялся: – Пусть приходит!!! Хоть гоняться не надо. Пока Кая и девочки в безопасности, я смогу воевать. Даже мы с тобой вдвоем, сможем очень сильно огорчить графа. А у меня четыре 'звезды' – диверсантов. Если граф уедет живым…, то это будет – чудо. Я не собираюсь оставлять живых врагов.

И подумав пару секунд, вполголоса добавил: – Видимо, когда раздавали милосердие – про меня забыли.

– – –

* ЧТОБ ТЫ (ВЫ) ТАК ЖИЛ (И)– это неправда!

– Я тебе ше не давала? Скажи: не давала, когда было?

– Чтоб ты так жила, как ты мне давала!

– Сема, ше ты идешь грязный, как той шмаровозник (Шмаровоз – подмазыватель колес, грязно одетый человек.)?

– Я целовал паровоз, который увез мою тещу.

Человеческий мозг генерирует за день больше электрических импульсов, чем все телефоны мира вместе взятые.

Начальная скорость полета пробки от шампанского – до 14 м/с, высота полета – до 12 метров.

У гигантского кальмара при длине тела до 18 м., глаза размером с футбольный мяч.

Крысы размножаются так быстро, что за 18 меся?цев две особи производят на свет более миллиона по?томков.

Десять тонн космической пыли каждый день падает на Землю.

Первоначально кока-кола была зеленой.

Желание женщины – закон, пока желание мужчины – женщина.

Нет пошлых фраз – есть пошлые уши.

Глава 9. Почти лирическая.

Сидя по уши в дерьме, рта особенно не раскроешь.

Там же. Вечер.

Выспаться естественно мне не удалось. Сначала я выслушивал благородное 'фе', и кучу упреков в том, что благородная дама и хозяйка замка, коей она теперь является, может позволить себе выбирать, куда ей идти или не идти.

– Я могу ходить, куда мне заблагорассудиться!

– Естественно, дорогая.

– И ты не можешь мне запрещать ходить, куда я захочу!

– Конечно, дорогая.

– Тогда почему ты запретил мне идти к подземному ходу? – едко поинтересовалась супруга.

– А я и не запрещал.

Она на несколько секунд онемела то ли от изумления, то ли от моей наглости: – Так значит, я могу идти куда хочу?

– Конечно, дорогая.

– И к подземному ходу? – с подозрением спросила она.

– И к подземному ходу, – я, жизнерадостно улыбаясь, кивнул.

– Значит я сегодня, иду с вами?

– Завтра, – я кивнул, все так же жизнерадостно улыбаясь, – Завтра… ты можешь идти хоть к подземному ходу, хоть подземным ходом.

– Ты… ты… да ты…, – у нее кончились слова.

– Да, я знаю что не очень хорошо переносить твою прогулку на завтра, но… ведь ты сможешь потерпеть до завтра?

– А если тебя ранят или убьют?

Переход был столь стремительным, что у нее не успел поменяться даже тон.

– Да, дорогая, – кивнул я, продолжая все так же по инерции жизнерадостно улыбаться, тоже не успев сменить выражение лица, чем как оказалось, и совершил стратегическую ошибку.

– Чтооо? – вместо милой жены возле меня оказалась разъяренная фурия. – Не успела я выйти замуж – как ты хочешь оставить меня вдовой?

– Заметь… богатой вдовой, – решил пошутить я, в свойственной мне манере, чтобы разрядить обстановку.

…и оказался не прав….

На следующие полчаса в этой драме – мне досталась роль без текста. Я узнал о себе столько нового и не интересного… вместе со стражей у шатра, с Гошей которого ловко попытались пнуть, едва он высунул свою зеленую голову из тамбура, поинтересоваться не надо ли чего и… и половиной лагеря – с удовольствием внимавшей крикам баронессы и 'новостям' о своем бароне. Ну, надо же? Все как у людей…

– Я пойду. Надо проверить караулы, дорогая, – ловко отмазался я, дав любимой вдоволь наораться, после того как она перешла ко второй фазе – водным процедурам, в смысле начав заливаться слезами и упрекать меня в том, что я её совсем не люблю.

Надо было видеть… ошарашенные рожи в лагере, когда я вышел я вышел… с совершенно счастливой улыбкой, которую даже не пытался скрыть. Стража браво подтянулась, ожидая разноса от барона, который наверняка захочет после такого 'концерта', сорвать свою злость на первом же кто подвернется под горячую руку. Все остальные начали суетится, изо всех сил делая вид, что заняты самыми неотложными делами. А я прошелся по лагерю, не обращая ни на кого внимания и не пытаясь скрыть блаженной улыбки, которую никто не мог понять. 'Ничего страшного, если над тобой смеются. Гораздо хуже, когда плачут…'

Молодые они все… еще глупые…

Там же. Перед рассветом.

Как я орал, когда под утро заставил десятки подпрыгнуть. Никогда не слышали, с каким звуком едет по мощенной мостовой телега с кровельным железом? Так вот тут тоже этого никто никогда не слышал. Но гремели они точно также!

Про маскировку и тишину слышали только не бренчавшие 'звездюки' и краем уха бывшие наемники, которые погромыхивали. Остальные кхм… …ть – как говорится 'без комментариев'.

Как хорошо, что у нас есть Камит, который сможет накрыть сферой тишины эту кучу недоумков. Иначе скрытное выдвижение на исходные позиции закончилось бы, еще не начавшись.

Но разведка доложила точно, – (до двери подвала ход наш чист).

И пошел, командою взметен,

По родной земле барона Ольта,

Штурмовой, ударный батальон…

Ну что-то вроде. Огромная куча народа брякая как 'Камаз' с металлоломом на проселке, воняя как стадо рассерженных скунсов, которых обгадили павианы и матерясь как…. Нет, не матерясь (ибо добряк-барон пообещал тому кто первым откроет рот – что он сразу станцует последнее танго с пеньковой тетушкой на шее). А красавчег конт видимо от большого ума приготовил нам засаду в подвале.

Вот и славно трам-пам-пам.

В подвале сработали как по нотам. Бесшумно открылась дверь, выполненная в виде винной бочки. Провернулась на хорошо смазанных петлях и в подвал освещенный светом множества факелов первым шагнул я. Камит выставил шит и меня сразу поприветствовали залпом болтов в упор. Я активировал наруч и в подвале легли все. (Не соврал аспирант с 'подарком').

– Третий десяток – связать всех! – скомандовал я назад и приказ тут же ушел по цепочке к адресату. – Весельчак приготовь бомбы и возьми пару факелов.

Цепочка закованных в железо людей потекла мимо меня, скапливаясь в подвале. Дорогу быстро расчистили. Лежащие в беспорядке тела, раскачав за руки и за ноги, безо всякой жалости бросали по сторонам, пинками придавая их позам живописность.

50
{"b":"143478","o":1}