ЛитМир - Электронная Библиотека

Алиса дотронулась до его руки. Ее прикосновение прожгло тонкий батист его сорочки. Он почувствовал ее отчаяние, когда она сжала ему руку, и понял, что она испугана и расстроена. Дрожащим голосом Алиса сказала:

– Пруденс пропала, и это все по моей вине!

Откликаясь на ее отчаяние, он взял ее руки в свои и погладил их, чтобы ее успокоить.

– Подождите минутку. Что вы имеете в виду, говоря, что Пруденс пропала?

– Именно то, что сказала! Утром она поехала вслед за Цедриком Инграмом и не вернулась. А Цедрик говорит, что не видел ее и не разговаривал с ней. Филипп… я так боюсь, ведь в округе полно солдат! Что если они увидели беззащитную Пруденс одну и напали на нее? Она, может быть, лежит где-нибудь истерзанная или даже… даже мертвая!

При этих словах у нее задрожали руки:

– Вы знаете этих людей. Вы человек протектората. Вы можете выяснить, видел ли кто-нибудь из них Пруденс или… – слезы брызнули у нее из глаз, и она не смогла продолжать.

Филипп бережно усадил ее, потом присел на корточки рядом с ней.

– В одно прекрасное время я бы смог похвастаться, что к вашей сестре никогда не пристанут солдаты протектората, но в армии все зависит от офицера, который командует, и должен признать, что в этом отряде дисциплина очень слабая. Я обещал лейтенанту Вестону, что он будет иметь дело со мной, если только позволит кому-то из своих людей нанести вред любому человеку из этой округи, и так и будет. Но вначале мы должны выяснить, попала ли Пруденс в беду или ее схватили.

Алиса утирала слезы и тихо всхлипывала. В прошлом Филипп наблюдал, как леди-роялистки прятали свои обильные слезы и часто моргали длинными мокрыми ресницами перед мужчинами, которых они таким образом хотели заставить выполнять свои желания. Несколько раз он поддавался на подобные уловки, но потом стал невосприимчивым к таким хитростям. Но беззащитные всхлипывания Алисы переполняли его неожиданной потребностью защитить ее. Улыбаясь, на удивление нежно, Филипп протянул ей носовой платок, и когда она ответила ему улыбкой, его сердце радостно забилось.

– Кто мог схватить Пруденс? И зачем? – спросила она, комкая тонкий носовой платок.

Тяжело вздохнув, Филипп решился. Когда-то он свободно отдал свою преданность Оливеру Кромвелю, но лорд протектор был мертв, и нация раздробилась под грубым давлением таких людей, как сэр Эдгар Осборн. Преданность, он знал, была ценным приобретением для того, кто смог ее заслужить. Пришло время доказать свою преданность тому, кто этого заслуживал, – женщине, которую он любил, и ее семье.

– Алиса, я не такой, как вы думаете. Это правда, что я круглоголовый, но мне не позволили так просто унаследовать Эйнсли. Меня послали сюда шпионить за жителями Западного Истона, именно за вашей семьей…

В глазах Алисы не было удивления. Филипп даже не смог рассмотреть в них разочарования.

– Вначале я подозревала, но не могла поверить, что вы способны на такие коварные дела, которые творил шпион в наших рядах, – она внимательно смотрела на него. – Когда я узнала вас, поняла, что вы человек чести, независимо от своих политических убеждений. Вы бы не предали того, кого называете своим другом.

Выражение лица Филиппа было серьезным и огорченным.

– Благодарю вас за вашу веру в меня, Алиса, но…

– Вы доложили властям о дне и времени прибытия моего брата?

– Нет.

– Вы подпалили кузницу и сарай?

Филипп слабо улыбнулся:

– Нет.

– Вы предложили отряду солдат прийти на нашу воскресную службу в надежде поймать моего брата?

Улыбка усилилась и исчезла:

– Нет.

– Тогда вы невиновны в преступлениях, совершенных против моей семьи и жителей Западного Истона, – она протянула руку и коснулась его. – Филипп, забудьте, зачем вы приехали в Эйнсли. Помните только, что вы невиновны в преступлениях, от которых пострадала вся округа. Теперь помогите найти мою сестру.

– Алиса, я не делал этих вещей, но я – шпион. Я докладываю человеку по имени Осборн, который остановился в старой гостинице в нескольких милях от городка. Там также остановились и войска. В последний раз, когда я видел Осборна, он признался мне, что получал информацию от кого-то другого, от человека, уже долго живущего в этой округе и кому роялисты доверяют, – он колебался, не решаясь сказать ей, кого он подозревал. Он не знал, как она прореагирует. – Мне кажется, что этот человек – Цедрик Инграм.

Алиса задохнулась и сидела, как аршин проглотив.

– Цедрик Инграм?! Но этого не может быть! Мы знаем его уже много лет. Его семья связана с наиболее преданными роялистами в области! Его положение вне подозрений.

– Именно. Но вспомните, он не является владельцем монастыря Инграм, а только управляет им вместо своего брата, графа Истона, который сейчас в ссылке. Как только Чарльз Стюарт вернется на трон, вернется граф и Цедрик потеряет власть, положение, доходы. Это довольно веские причины, чтобы поддерживать курс, но в то же время работать против его успешного осуществления, – Филипп наблюдал, как Алиса переваривает его слова. Когда она нахмурилась, он понял, что убедил ее.

– Если господин Инграм – шпион, он вполне мог лгать нам сегодня, – медленно проговорила она, все обдумывая.

Филипп встал:

– Без сомнения, он лгал.

Алиса невидящим взором уставилась вперед, вспоминая разговор в монастыре Инграм.

– Несколько его высказываний показались мне странными. Я действительно обратила внимание, но… – она вздрогнула и расстроенно посмотрела на Филиппа, – он друг моего отца! Как он посмел подвергнуть Пруденс опасности?

Филипп криво усмехнулся:

– Он отчаянный человек, хватающийся за любую возможность. Подумайте, Алиса! Если лорд протектор продержится у власти, Инграм доказал, что он достоин награды. Если король возвратится на трон, Инграм будет говорить, что он был предан королю в самые тяжелые годы. Его заявление подтвердят ваш отец и члены Тайного Союза. Цедрик станет влиятельным человеком при новом правительстве. В любом случае – он выигрывает.

Глаза Алисы гневно вспыхнули. Она встала, и начала беспокойно ходить туда-сюда.

– То, что вы говорите, отвратительно! Филипп, мы должны расстроить его планы и найти Пруденс! – она остановилась, теперь – сама деловитость. – У вас есть предложения?

Резкий переход от испуганной беззащитной женщины к решительной амазонке был настолько разительным, что Филипп чуть не рассмеялся. Но он подавил неуместное веселье и сосредоточился на неотложной проблеме.

– Если Инграм захватил Пруденс, то он не такой идиот, чтобы держать ее в своем доме. Он спрячет ее где-нибудь еще. Осборн тоже будет в этом участвовать. Даже если Пруденс не знала о его существовании, он сделает из нее прекрасный объект торговли.

– Что вы придумали? – она напряженно стояла, сжав руки в кулаки. Когда Филипп подошел к ней, она смотрела на него встревоженно и хмуро.

Желая успокоить ее, чтобы она не так остро восприняла слова жесткой правды, он взял ее лицо в ладони:

– Ваша сестра будет хорошей заложницей для обмена на вашего брата, Алиса.

От страха Алиса широко раскрыла глаза:

– Неужели они все это затеяли из-за брата? Захватив Пруденс, чтобы обменять ее на него? Неужели Цедрик запланировал все это после того, как солдат сбили с толку в церкви?

Филипп думал над этим, нежно глядя в любимые голубые глаза. В ее предложениях сквозил здравый смысл, но, насколько ему было известно, исчезновение Пруденс не запланировано.

– Я так не думаю. Полагаю, что Пруденс имела несчастье увидеть Инграма в компрометирующей ситуации. А раз это случилось, ему пришлось – чтобы скрыть то, что она увидела – захватить ее и не отпускать домой. А теперь, будучи в их руках, она обеспечила им великолепный козырь в игре против вашего брата.

– Что мы можем предпринять? – спросила Алиса, с надеждой глядя ему в глаза.

Филипп ответил даже с большей уверенностью, чем чувствовал:

– Найти Пруденс, пока не случилось непоправимого.

52
{"b":"14359","o":1}