ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вы хотели сказать «на вынос», — весело сказал новый официант. Заметив изумление на лице Сэма, он объяснил: — Никогда больше не говорите «с собой». Говорите «на вынос».

Мог бы спокойно жить, не зная этого, подумал Сэм, вернувшись к себе в кабинет и доставая из пакета бутерброд.

Поставил обед на стол, включил компьютер. Час спустя бутерброд был съеден, последний глоток кофе остыл в стаканчике, а он собирал воедино всю информацию, которую нашел о Лауре Уилкокс.

Должен признать, многое можно найти в Интернете, вздохнул про себя Сэм, но при этом тратится уйма времени. Он искал что-нибудь, связанное с Лаурой Уилкокс, но не отраженное в ее официальной биографии, однако ему так и не попалось ничего стоящего.

Поскольку список ссылок на Лауру Уилкокс был угнетающе длинным, Сэм принялся открывать те, которые, по его мнению, могли оказаться подходящими. Первый раз Лаура вышла замуж в двадцать четыре, за голливудского пластического хирурга Доминика Рубиросу. Приводилось изречение Рубиросы после церемонии: «Лаура такая красивая, что дома мой талант не пригодится».

Сэм скривился. Как трогательно, особенно учитывая, что брак продлился одиннадцать месяцев. Интересно, что там дальше с этим Рубиросой? Может, он все еще поддерживает отношения с Лаурой? Сэм решил узнать о нем побольше и нашел статью со свадебной фотографией — он и его вторая жена. «Моника такая красивая, что ей не придется пользоваться моими услугами», — цитировались слова Рубиросы в день свадьбы.

— То же самое, но другими словами. Ну и болван! — сказал Сэм вслух, нажимая на возврат к предыдущему материалу о первой свадьбе Лауры.

Имелась фотография ее родителей, присутствовавших на церемонии — Уильям и Эвелин Уилкокс из Палм-Бич. В понедельник, когда Лаура не объявилась, Эдди Зарро оставил сообщение на автоответчике ее родителей с просьбой позвонить Сэму. Поскольку звонка так и не дождались, он попросил полисмена из Палм-Бич зайти к ним домой. Одна из соседок, любительница посплетничать, сказала полицейскому, что они отправились в круиз, но в какой, она не знает. Она без излишних вопросов поведала, что люди они скрытные, «старики с причудами», и у нее сложилось впечатление, будто они недовольны каким-то безобразием, выплывшим после второго развода Лауры.

Новости можно узнать и в круизе, подумал Сэм. Последние несколько дней о Лауре сообщали во всех средствах массовой информации, и родители уже могли бы попытаться выяснить, что произошло. Странно, что у нас до сих пор нет от них известий. Сдается мне, что полиция Палм-Бич не смогла докопаться, в каком они круизе. Впрочем, Лаура могла сама связаться с ними, чтобы не волновались за нее.

В кабинет вошла Джой Лэкоу.

— Шеф снял меня с тех убийств, — сказала она. — Хочет, чтобы я работала с тобой. Он сказал, что ты все объяснишь. — Сэм видел по ее лицу, что Джой не рада переводу.

Но досада Джой улетучилась, как только Сэм сообщил ей все, что знал о Джин Шеридан и ее дочери Лили.

Интерес Джой возрос, когда она узнала, что приемный отец Лили — генерал-лейтенант, а также когда поняла, что Лаура Уилкокс никак не могла выслать Джин Шеридан тот последний факс, в котором она берет на себя вину за все угрозы.

— Меня по-прежнему беспокоит то обстоятельство, что пять женщин, сидевших за одним обеденным столом в Стоункрофте, умерли в том порядке, в каком и сидели, — сказал он в заключение. — Разумеется, это может быть невероятным совпадением, однако если все же нет, значит, Лауре суждено умереть следующей.

— Другими словами, у тебя есть две пропавших без вести знаменитости, которые, возможно устроили, а возможно, и нет, рекламный трюк. У тебя есть курсантка Вест-Пойнта, приемная дочь генерала, которой угрожают. И у тебя есть пять женщин, которые умерли в том порядке, в каком сидели за столом в школе. Неудивительно, что Рич полагает, будто тебе требуется помощь, — деловито сказала Джой.

— Мне действительно нужна помощь, — подтвердил Сэм. — Розыски Лауры Уилкокс — первоочередная задача, поскольку, во-первых, она в очевидной опасности, если считать те пять смертей убийствами, во-вторых, она, возможно, знает что-то о Лили и кому-то еще о ней рассказала.

— А семья Лауры? Как насчет ее друзей? Ты говорил с ее агентом? — Лэкоу раскрыла блокнот и с ручкой в руке ждала ответов Сэма.

— Ты задаешь правильные вопросы, — сказал Сэм. — В понедельник я позвонил в ее агентство. Оказывается, ей занималась сама Элисон Кэндал. Уже месяц, как Кэн-дал мертва, но никого на ее место не назначили.

— Довольно необычно, — сказала Джой. — Думаю, они должны были сделать это сразу же.

— Видимо из-за того, что Лаура задолжала им — ее, кстати, об этом предупреждали. Элисон все равно охотно с нею возилась, а вот новый президент не стал. Они обещали позвонить нам, если что-то о ней услышат, но уповать на это не стоит. Я понял, что агентство на самом деле вовсе не заинтересовано в Лауре.

— После «Округа Хендерсон» у нее не было серьезных ролей, а этот сериал давно снят. А учитывая, сколько сейчас двадцатилетних на экране, думаю, по голливудским меркам ей пора на пенсию, — сухо заметила Джой.

— Пожалуй, ты права, — согласился Сэм. — Еще мы пытаемся определить, где сейчас находятся ее родители, может, она им что-то сказала. Я уже поговорил с тем парнем, который расследовал смерть Элисон Кэндал, и он сказал, что нет никаких признаков симуляции несчастного случая. Но я не доволен. Когда я рассказал Ричу Стивенсу о «сотрапезницах», он распорядился, чтобы нам выслали полицейские отчеты по каждому из этих дел. Первое убийство произошло двадцать лет назад, так что все мы получим, пожалуй, лишь к концу недели. Затем мы тщательно их просмотрим и, возможно, что-нибудь там раскопаем.

Он подождал, пока Джой сделает пометки в блокноте.

— Я хочу зайти на веб-сайты местных газет, издаваемых там, где произошли три якобы несчастных случая, и посмотреть, не было ли у прессы в то время каких-либо вопросов насчет этих смертей. Первая женщина — на машине упала с дороги в Потомак; вторую накрыла лавина в Сноуберде; третья разбилась на собственном самолете. Четвертой стала Элисон. И, наконец, я хочу прочесть, что писали касательно предполагаемого самоубийства пятой «сотрапезницы».

Он предвидел следующий вопрос Джой.

— Здесь у меня записаны их имена, а также место и время смерти каждой, — он протянул ей отпечатанный на машинке лист бумаги. — Можешь снять копию. Также я поищу в Интернете что-нибудь про Робби Брента — может пригодиться. Предупреждаю, Джой. Даже работая над этим вдвоем, мы потратим немало времени, прежде чем закончим.

Он поднялся и потянулся.

— А когда со всем этим разберемся, я позвоню вдове некоего доктора Коннорса и напрошусь к ней в гости. Он был доктором, пристроившим ребенка Джин Шеридан. Джин встречалась с миссис Коннорс, и у нее осталось ощущение, будто та скрывает какую-то информацию, нечто такое, что заставляет ее сильно нервничать. Может, я смогу ее разговорить.

— Сэм, я хорошо умею находить всякую всячину в Интернете, и наверняка делаю это в сто раз быстрее, чем ты. Давай я займусь изысканиями, а ты отправляйся в гости к жене доктора.

— Вдове доктора, — сказал Сэм и вскоре понял, почему посчитал нужным поправить Джой. Скорее всего, потому, что целый день его не покидали мысли о Кейт. Я не муж Кейт, думал он. Я вдовец. Та же разница, что между днем и ночью.

Если Джой и задело замечание, она не подала виду, когда брала со стола список.

— Посмотрим, что я смогу найти. До скорого.

Дороти Коннорс неохотно встретилась с Джин, и когда ей позвонил Сэм Диган, она стояла на своем, утверждая, что ничем не может ему помочь. Ему пришло в голову, что надо быть с ней пожестче, и, в конце концов, он сказал: «Миссис Коннорс, позвольте уж мне судить, можете вы или нет помочь расследованию. Мне нужно всего лишь пятнадцать минут вашего времени».

Волей-неволей она согласилась принять его у себя в три часа дня.

Когда он наводил на столе порядок, позвонил Тони Гомес, начальник полиции Корнуолла, его старый приятель.

48
{"b":"14364","o":1}