ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Конечно. – Дженна торопливо вытерла глаза тыльной стороной ладони. – Но, Молли, мой муж тебе не враг. Он хочет позвонить другому адвокату, известным экспертам-криминалистам, чтобы они вместе с Филипом разработали для тебя линию защиты. Они будут говорить о твоей невменяемости.

– Невменяемости?

– Молли, – взорвалась Дженна, – неужели ты не понимаешь, что тебе грозит пожизненное заключение? Особенно если учитывать твое первое обвинение? Мы не можем этого допустить.

– Нет, не можем. – Молли встала. – Джен, пойдем в кабинет Гэри.

Там было темно. Молли включила лампы, потом снова выключила.

– Вчера вечером, после того, как вы все ушли, я легла спать, но не смогла уснуть. Около полуночи я спустилась сюда, и знаешь что? Когда я включила свет, точно так, как сделала это сейчас, то я вспомнила, что точно так же поступила в тот вечер, когда вернулась с мыса Код. Я уверена, что свет в кабинете не горел. Я могу в этом поклясться!

– И что это значит, Молли?

– Подумай сама. Гэри сидел за столом. На нем лежали документы, значит, он работал. Наступил вечер. Он должен был включить свет. Если я правильно все вспомнила, то это значит, что убийца Гэри его выключил. Как ты не понимаешь?

– Молли, – прошептала Дженна, ее голос звучал тихо, но протестующе.

– Вчера я сказала доктору Дэниелсу, что вспомнила кое-что о двери и о засове.

Молли повернулась к подруге, увидела недоверие в глазах, и ее плечи поникли.

– Сегодня миссис Барри заявила, что запасной ключ, который мы хранили в саду, много месяцев лежал в ящике на кухне. Она утверждает, что я как-то забыла ключ от дома и воспользовалась запасным. Но я этого тоже не помню.

– Молли, позволь Келу пригласить других юристов, чтобы помочь Филипу подготовить твою защиту, – взмолилась Дженна. – Он вчера разговаривал кое с кем из них. Эти двое имеют большой опыт в ведении дел, где обвиняемый признается невменяемым. Мы оба думаем, что эти люди могут тебе помочь. – Она увидела выражение отчаяния на лице Молли. – Хотя бы подумай об этом.

– Возможно, именно поэтому мне приснилась дверь и задвижка, – мрачно предположила Молли, игнорируя предложение Дженны. – Вероятно, у меня будет выбор: либо камера в тюрьме, либо палата в сумасшедшем доме.

– Молли, перестань. Я выпью с тобой чашку чая, а потом уеду, чтобы ты могла лечь спать. Ты говоришь, что не высыпаешься. Доктор Дэниелс разве не дал тебе успокоительное?

– Он давал мне снотворное позавчера, а сегодня миссис Барри принесла таблетки, которые врач прописал Уолли.

– Не надо брать чужие лекарства!

– На пузырьке была этикетка. Я знаю, что они подходят. Не забывай, я была женой врача и кое-чему научилась.

Когда Дженна ушла, Молли заперла входную дверь и ногой нажала на кнопку, закрывающую задвижку. Щелчок задвижки заставил ее замереть на месте.

Она намеренно открыла задвижку и снова закрыла, заставляя подсознание подсказать ей, почему этот привычный, простой звук вдруг стал таким путающим.

57

В четверг Питер Блэк начал свой рабочий день с посещения Таши. По всем медицинским показаниям она должна была уже умереть к этому времени, размышлял он с тревогой, идя по длинному коридору к ее апартаментам.

Вероятно, было ошибкой включать ее в эксперимент. Обычно подобный опыт давал полезные, иногда удивительные клинические результаты, но из-за матери Таши его было сложно проводить. Барбара Колберт слишком пристально следила за состоянием дочери и имела очень хорошие связи. Помимо Таши, в отделении было достаточно пациентов, пригодных для этого невероятного эксперимента, родственники которых никогда бы ничего не заподозрили и восприняли последний прОблеск сознания перед смертью как дар свыше.

Не стоило говорить доктору Логу, что Харви Мэджим как будто узнал свою жену перед смертью, укорил себя Питер. Но теперь поздно было останавливаться. Он должен был сделать следующий шаг. Ему ясно дали это понять. Блэк сам привез препарат из лаборатории в Уэст-Реддинге, и теперь лекарство лежало у него в кармане в полной безопасности.

Когда он вошел в комнату, медсестра, сидевшая у изголовья Таши, клевала носом. Нет ничего лучше сонной медсестры, подумал Блэк. Это то, что требовалось. У него появился повод отослать ее.

– Предлагаю вам пойти выпить чашечку кофе, – резко сказал он, разбудив женщину. – Принесите ее сюда, а я подожду. Где миссис Колберт?

– Она заснула на диване, – прошептала сестра. – Бедную женщину наконец сморил сон. Ее сыновья ушли. Они вернутся вечером.

Блэк кивнул и повернулся к пациентке. Сестра вышла из комнаты. Состояние Таши не изменилось с прошлого вечера. Доктор Блэк знал, что оно стабилизировалось благодаря вовремя сделанному уколу.

Он достал небольшой пакетик из кармана, казавшийся удивительно тяжелым для своего размера. Блэк знал наверняка, как подействует препарат, который о ввел Таше накануне. Результаты предстоящего укола он предсказать не мог.

Блэк подумал о том, что Лог совершенно вышел из-под контроля.

Он поднял вялую руку Таши, нашел подходящую вену. Ввел иглу и медленно опустил поршень, наблюдая как жидкость входит в тело.

Блэк посмотрел на часы. Восемь. Примерно через двенадцать часов все будет кончено, так или иначе. Теперь можно сосредоточиться на неприятной встрече которая его ожидала. Итак, он окажется лицом к лицу с излишне любопытной репортершей Фрэн Симмонс.

58

В четверг утром, после бессонной ночи, Фрэн рано приехала на работу, намереваясь подготовиться к предстоящей беседе с доктором Питером Блэком. Она попросила информационный отдел собрать все возможные сведения об этом человеке и обрадовалась, увидев, что материалы уже лежали на ее столе.

Фрэн быстро просмотрела их, удивившись скудости данных. Родился в Денвере в рабочей семье, учился в местной школе, в медицинском институте получал лишь посредственные или хорошие оценки, работал интерном в какой-то заштатной больнице, затем там же работал врачом. Не слишком впечатляет, сказала себе Фрэн. Возникает вопрос: почему Гэри Лэш именно его выбрал себе в партнеры?

* * *

В полдень Фрэн проводили в кабинет Питера Блэка. Ее поразила обстановка комнаты. Подобная роскошь больше подходила президенту крупной компании, чем терапевту, даже если этот терапевт и занимал должность исполнительного директора клиники и ХМО.

Питер Блэк пожал ей руку и провел в уголок для отдыха у большого окна. Красивый кожаный диван, два кресла в тон и кофейный столик создавали уютную, живую атмосферу гостиной.

Она не задумывалась о том, каким представляла себе Питера Блэка. Вероятно, подсознательно Фрэн ожидала увидеть человека, похожего на Гэри Лэша. Муж Молли был красивым мужчиной, он располагал к себе. У Питера Блэка был землистый цвет лица, и Фрэн удивилась тому, насколько сильно он нервничал. В нем чувствовалась напряженность, особенно в том, как он присел на краешек своего кресла, словно был готов отразить нападение. Хотя он явно старался быть любезным, но голос выдавал его состояние.

Блэк предложил кофе. Когда Фрэн отказалась, он сказал:

– Мисс Симмонс, у меня сегодня чрезвычайно загруженный день, как, полагаю, и у вас. Так что давайте перейдем сразу к делу. Я согласился встретиться с вами потому, что хочу категорически заявить, насколько неприемлемой мне кажется эксплуатация Молли Лэщ в погоне за рейтингом. Эта женщина явно не в своем уме.

Фрэн выдержала его взгляд не моргнув.

– Мне казалось, я помогаю Молли, а не эксплуатирую, доктор. Позвольте спросить: ваш диагноз основан на оценке ее нынешнего состояния или это поспешность суждений, которой, насколько я вижу, отличаются все ее друзья?

– Мисс Симмонс, нам определенно нечего сказать друг другу. – Питер Блэк встал. – Прошу меня простить...

Фрэн осталась сидеть.

– Нет, доктор. Вы знаете, что я приехала сюда из Нью-Йорка, потому что должна задать вам несколько вопросов. Тот факт, что вы согласились на встречу, с моей точки зрения, предполагает ваше согласие на них ответить. Поэтому вы обязаны уделить мне хотя бы десять минут вашего времени.

46
{"b":"14366","o":1}