ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
О бедной сиротке замолвите слово
Тропами вереска
Настоящее новогоднее волшебство (сборник)
Настройся на здоровую жизнь
Священный крест тамплиеров
11/22/63
Монах, который продал свой «феррари»
Исповедь бывшей любовницы. От неправильной любви – к настоящей
Большой потенциал. Как добиваться успеха вместе с теми, кто рядом
A
A

В кабинете доктора Смита было чисто, но Кэрри отметила, что выглядит он обшарпанно. Желтые шелковые абажуры, такие же, как были в доме ее бабушки, потемнели от времени, один обгорел, шелк потрескался. Чересчур туго набитые кресла просели, обивка вытерлась.

Комната с высоким потолком, наверное, когда-то была красивой, но Кэрри она показалась замороженной во времени, словно декорация для черно-белого фильма сороковых годов.

Она сняла пальто, но доктор Смит даже не сделал попытки взять его. Ни намека на вежливость, словно предполагалось, что Кэрри не задержится здесь дольше чем на несколько минут. Сложив пальто, она повесила его на подлокотник кресла, в которое села.

Смит взял себе стул с высокой спинкой. Кэрри не сомневалась, что обычно он к этому стулу даже не подходит.

— Что вам угодно, мисс Макграт? — Очки без оправы увеличивали его глаза, ледяные, враждебные.

— Правды, — спокойно произнесла Кэрри. — Я хочу знать, почему вы заявили, что подарили Сьюзан драгоценности, которые на самом деле она получила от другого. Я также хочу знать, почему вы оболгали Скипа Риардона. Возможно, он не всегда был терпелив с женой, даже злился на нее. Но никогда не угрожал, верно? Что заставило вас солгать?

— Скип Риардон убил мою дочь. Задушил ее. Зверски задушил, так что глаза у нее вылезли из орбит, на шее полопались сосуды, а язык вывалился изо рта, как у скотины на бойне. — Голос его сорвался, гневная речь закончилась почти рыданием.

— Доктор Смит, смерть вашей дочери — ужасная трагедия. Я понимаю ваше горе, — мягко проговорила Кэрри и прищурилась, заметив, что Смит смотрит мимо нее. — Но почему вы обвинили в этом убийстве Скипа?

— Он был ее мужем и безумно ревновал. Это было очевидно. — Смит помолчал. — Мисс Макграт, я больше не желаю обсуждать это. И требую объяснений. Вы обвинили меня в том, что я преследую Барбару Томпкинс…

— Нет, доктор. Мы еще не закончили. Вы ошиблись, Скип не ревновал Сьюзан, тем более безумно. Он знал, что у нее есть любовник… — Кэрри сделала паузу. — Но он тоже встречался с другой женщиной.

Голова Смита дернулась, словно от пощечины.

— Это невозможно! Он был женат на прекраснейшей женщине, обожал ее.

— Это вы, доктор, обожали ее. — Едва у Кэрри вырвалась эта фраза, она поняла, что права. — Вы ставили себя на его место, верно? Если бы вы были мужем Сьюзан и обнаружили, что у нее появился любовник, то убили бы ее. — Она пристально смотрела на него.

— Как вы смеете! — Смит буравил ее холодным взглядом. — Сьюзан была моей дочерью! А теперь убирайтесь.

Он поднялся и двинулся на Кэрри, словно хотел схватить ее и вытолкать за дверь. Она вскочила, схватила пальто и шагнула назад, прикидывая, сумеет ли в случае необходимости оттолкнуть его и добраться до двери.

— Нет, доктор, вашей дочерью была Сьюзи Стивене, а Сьюзан была вашим творением. И вы считали, что она принадлежит вам. И точно так же считаете, что Барбара Томпкинс — ваша собственность. Доктор, вы были в Элпайне в тот вечер, когда убили Сьюзан. Это вы убили ее?

— Я убил Сьюзан? Да вы с ума сошли!

— Но вы там были?

— Меня там не было!

— Нет, были. И мы это докажем. Мы снова откроем дело и вызволим из тюрьмы невиновного человека, который попал туда из-за вас. Вы ревновали к нему, доктор Смит. И наказали его, потому что Сьюзан была с ним, а не с вами. Но как же вы старались этого добиться! Так рьяно, что она даже устала от ваших претензий на ее внимание.

— Чушь! — процедил он сквозь зубы. Кэрри заметила, что рука у него сильно дрожит. Она понизила голос:

— Доктор Смит, если вы не убивали свою дочь, значит, ее убил кто-то другой. Но не Скип Риардон. Я верю, вы по-своему любили Сьюзан и хотели, чтобы ее убийца был наказан. Но знаете, чего вы добились? Подарили настоящему убийце Сьюзан свободу. Он гуляет себе да посмеивается над вами. Возносит вам хвалы за то, что вы прикрыли его. Будь у нас драгоценности, которые наверняка подарил Сьюзан не Скип, мы могли бы выяснить, кто их покупал. Скип уверен, что пропала по крайней мере одна вещь. Возможно, ее украли в тот вечер.

— Он лжет.

— Нет. Он утверждал это с самого начала. Тогда пропало кое-что еще — портрет Сьюзан в миниатюрной рамке, который стоял на туалетном столике. Его забрали вы?

— Я не был в доме, когда погибла Сьюзан.

— Тогда кто же катался на вашем «Мерседесе»?

— Убирайтесь! — прорычал Смит.

Кэрри поняла, что оставаться здесь опасно. Она быстро пошла к двери, но на пороге задержалась.

— Доктор Смит, мне звонила Барбара Томпкинс. Она встревожена. И отправилась в деловую поездку только ради того, чтобы скрыться от вас. Через десять дней она вернется, и я лично отведу ее в полицию, чтобы подать на вас жалобу.

Кэрри открыла дверь, и в коридор ворвался холодный ветер.

— Если только, — добавила она, — вы не признаете, что вам необходима помощь, как физическая, так и психологическая. И не скажете, что на самом деле произошло в тот вечер, когда убили Сьюзан. И не отдадите драгоценности, которые, как вы подозреваете, подарил ей другой мужчина, а не вы и не Скип.

Кэрри подняла воротник пальто, сунула руки в карманы и зашагала к своей машине, которую оставила за три квартала отсюда. Она не заметила, что Смит наблюдает за ней из окна кабинета. В этот момент человек, стоявший на углу Пятой авеню, позвонил кому-то по сотовому и сообщил о визите Кэрри на Вашингтон-мьюс.

Генеральный прокурор вместе с прокуратурами Миддлсекса и округа Окленд получил ордер на обыск домов Барни Хаскелла. Первый находился в Эдисоне, на тихой улочке. В этом небольшом уютном коттедже Хаскелл жил один, без жены. По словам соседей, Барни никогда с ними не общался, хотя при встречах держался вежливо.

На Лонг-Бич, в другом доме Хаскелла, современном двухэтажном особняке с видом на океан, жила круглый год его жена. Соседи сообщили детективам, что летом Барни часто здесь появлялся, рыбачил на своей яхте или плотничал. Его мастерская располагалась в гараже.

Двое соседей рассказали, что в прошлом году его жена как-то приглашала их, чтобы похвастаться массивной тумбой белого дуба. Барни смастерил ее под музыкальный центр и телевизор и очень ею гордился.

Когда зашла речь о сделке с обвинением, Барни рассказал, что хранит в тайнике улики против Джимми Уикса. Детективы понимали, что, если не разыщут этот тайник как можно быстрее, до него доберутся люди Уикса и тогда уничтожат все.

Несмотря на визгливые протесты вдовы, заявлявшей, что Барни был жертвой, а дом принадлежит ей, пусть на табличке и стоит имя бедного Барни, и они не имеют права громить все, но детективы все-таки обыскали особняк сверху донизу, включая и дубовую тумбу, прибитую к стене.

Когда тумбу сняли, обнаружился сейф, достаточно большой, чтобы вместить содержимое небольшого офиса.

Телевизионщики засняли прибытие на место действия бывшего медвежатника, который с некоторых пор находился на государственной службе. Через пятнадцать минут сейф был вскрыт, и почти одновременно с этим генеральному прокурору позвонил детектив Лэс Ховард.

Обнаружили второй комплект бухгалтерских книг «Уикс Энтерпрайз» и дневники Барни за пятнадцать лет, где он записывал встречи Джимми, помечая их цели и предмет обсуждения. А также коробки от обуви, набитые копиями чеков на дорогие покупки, в том числе меха, драгоценности и машины, которые Джимми дарил своим подружкам. И пометку Барни: «Налогов с продаж не уплачено».

— Здесь настоящий клад, — заверил Ховард Ройса. — Похоже, Барни следовал поговорке: «Обращайся с другом так, будто он в любую минуту может стать твоим врагом». И с первого же дня готовился, если прижмет, выторговать свободу, бросив Джимми в пасть правосудию.

Судья перенес заседание на следующий день, не став слушать в четыре часа очередного свидетеля.

Еще одна удача, подумал Ройс. Положив трубку, он откинулся на спинку стула и улыбнулся, смакуя прекрасные новости.

42
{"b":"14370","o":1}