ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Том помедлил и повесил трубку, решив, что позвонит позже. А совсем не по себе ему стало, когда он поймал себя на том, что расстроился, когда не смог поговорить с ней.

25

В понедельник утром Сэнди Саварано вылетел рейсом № 1703 из нью-йоркского аэропорта Ла Гардиа до международного аэропорта Миннеаполиса и Сент-Пола.

Из Коста-Рики, где Сэнди жил, он тоже летел первым классом. Соседи знали его как Чарльза Остина, преуспевающего американского бизнесмена, который двумя годами ранее продал свою компанию и в сорок лет вышел на пенсию, чтобы насладиться прелестями тропической жизни.

Его двадцатичетырехлетняя супруга подвезла его до аэропорта в Коста-Рике и взяла с него слово, что он скоро вернется.

— Ты ведь вроде как отошел от дел, — сказала она, очаровательно выпячивая губки для прощального поцелуя.

— Что не означает отказа от денег, — ответил ей он.

Так он отвечал ей вот уже два года, после того как инсценировал собственную смерть.

— Чудесно летать в такую погоду.

Голос принадлежал молоденькой дамочке, сидевшей с ним рядом. Она чем-то напомнила ему Лейси Фаррелл. Ничего удивительного, ведь именно из-за Фаррелл ему сейчас приходится лететь в Миннеаполис. «Фаррелл единственная способна связать меня с убийством, а значит, должна умереть, — думал Саварано. — Ждать ей осталось недолго».

— Согласен, — коротко ответил он.

Он с удивлением отметил, что дамочка смотрит на него с интересом. Женщины всегда находили его привлекательным. Доктор Иван Енкель, русский иммигрант, подаривший ему новое лицо, был, без сомнений, настоящим гением. Нос стал тоньше, исчезла шишка, оставшаяся после того, как з исправительной колонии ему в драке сломали переносицу. Массивный подбородок обрел форму, уши уменьшились и теперь аккуратно прилегали к голове. Кустистые брови стали тоньше. Енкель подтянул обвисшие веки и убрал синяки под глазами.

Темно-коричневые волосы он покрасил в рыжий. Смену облика довершали голубые контактные линзы.

— Просто фантастика, Сэнди. — Енкель гордился работой, когда сняли бинты. — Тебя никто не узнает.

— Точно, никто.

Сэнди много раз с восторгом вспоминал изумление в глазах Енкеля, когда тот умирал.

«Не хотелось бы пережить такое во второй раз», — подумал Сэнди и, мило улыбнувшись соседке, взял журнал и раскрыл его.

Он притворился, будто читает, а сам прокручивал в голове план новой игры. В отеле «Рэдиссон-Плаза» на имя Джеймса Берджесса у него на две недели зарезервирован номер. Если за этот срок не удастся найти Фаррелл, он переберется в другой отель. Длительное проживание может показаться подозрительным.

Ему дали несколько ориентиров: варианты того, где можно найти Фаррелл. В Нью-Йорке она регулярно посещала спортклуб. Логично будет заключить, что в Миннеаполисе она сделает то же самое. Таким образом, необходимо проверить все местные спортклубы. Люди редко меняют привычки.

Она любит ходить в театр. Что ж, в театре «Орфеум» Миннеаполиса практически еженедельно появляются заезжие труппы, и еще нужно будет заглянуть в Театр Тайрона Гатри.

Единственная профессия Фаррелл — недвижимость. Если она устроилась на работу, есть шанс, что она стала агентом по продаже недвижимости.

Саварано уже доводилось прежде вычислять и устранять двух защищенных государственной программой свидетелей. Ему было прекрасно известно, что государство не предоставляет фальшивых рекомендательных писем, потому большинство защищенных свидетелей начинали работу с маленьких контор и нуждались в знакомствах и устных рекомендациях.

В салоне прозвучало объявление:

— Наш самолет начинает посадку в «Городах-Близнецах»... приведите спинки ваших кресел в вертикальное положение... пристегните ремни безопасности...

Сэнди Саварано предвкушал, как Лейси Фаррелл будет смотреть на него, когда он ее застрелит.

26

В Эдине агентство «Ройс Риэлти» располагалось на углу 50-й улицы и Франс-Авеню-Саут. Лейси нашла адрес на карте и определила самый короткий путь. Мама всегда удивлялась, как в Лейси могут сочетаться невероятная практичность и абсолютная неспособность определять направление. Вспомнив мамины слова, Лейси покачала головой. В Нью-Йорке проще: берешь клиента, ловишь такси и едешь куда душе угодно. В растянутом вроде Миннеаполиса городе жилые районы находятся в разных местах, и задача усложняется. «И как же я буду показывать клиентам дома, если сама в пять минут могу заблудиться?» — думала она.

Она ехала строго по карте и добралась до конторы вполне благополучно — один неверный поворот не в счет. Лейси припарковала машину и на мгновение остановилась перед входом в «Ройс Риэлти», заглядывая сквозь широкие стеклянные двери внутрь.

Агентство было маленькое, но симпатичное.

* * *

В приемной на обитых дубом стенах висели фотографии домов, на полу лежал домашний ковер в красно-синюю клетку, интерьер довершали обычный письменный стол и пара уютных кожаных кресел. Из приемной в офис вел небольшой коридор. Через открытую дверь кабинета Лейси увидела женщину за письменным столом.

«Пан или пропал, — подумала она и сделала глубокий вдох. — Если справлюсь, можно будет играть на Бродвее. Разумеется, если я когда-нибудь вернусь в Нью-Йорк». Она открыла дверь, зазвенели колокольчики. Женщина перевела взгляд с бумаг на дверь, затем встала и пошла навстречу.

— Я Миллисент Ройс, — представилась она и протянула руку, — а вы, должно быть, Алиса Кэрролл.

Лейси она сразу понравилась: дородная женщина лет семидесяти в стильном вязаном костюме коричневого цвета, красивое лицо и никакой косметики. Блестящие седые волосы собраны в пучок — бабушка так же делала.

Миллисент Ройс приветливо улыбалась, но Лейси заметила, как синие глаза присматриваются к ней. Лейси поняла, что наряд подобрала правильно — темно-бордовый пиджак и серые брюки. Одежда строгая, но женственная — без излишеств, но со вкусом. К тому же именно этот наряд, по мнению Лейси, приносил ей удачу на сделках. Может, теперь благодаря ему повезет и она получит работу.

Миллисент Ройс жестом предложила ей сесть, сама устроилась напротив.

— День сегодня выдался хлопотный, — извинилась она, — так что времени у меня немного. Расскажите о себе, Алиса.

Лейси словно сидела на допросе под яркой лампой. Она стала рассказывать, а Миллисент Ройс ни на секунду не отрывала взгляда от ее лица.

— Ну... недавно мне исполнилось тридцать лет. Здоровье у меня крепкое. В прошлом году моя жизнь серьезно изменилась.

«И еще как переменилась», — пронеслось у нее в голове.

— Приехала из Хартфорда, штат Коннектикут. После окончания колледжа работала у одного врача, а он потом вышел на пенсию.

— Чем вы у него занимались? — спросила миссис Ройс.

— Работала в приемной, следила за счетами, немного имела дело со страховкой, заполняла медицинские карты.

— Значит, компьютером пользоваться умеете?

— Да. — Лейси заметила, как пожилая дама посмотрела на компьютер в приемной. Рядом с ним на столе лежала стопка бумаг.

— Нужно будет отвечать на телефонные звонки, фиксировать актуальную информацию, готовить рекламные проспекты с описанием домов и квартир, при появлении новых — созваниваться с клиентами, помогать мне. Все, кроме собственно продаж. Продажами я занимаюсь сама. Вот что хочу еще спросить: почему вы, Алиса, выбрали для себя именно продажу недвижимости?

"Потому что мне нравится подбирать людям дома и квартиры, — подумала Лейси. — Безумно нравится угадывать желания, нравится радостный огонек в глазах клиента, когда привожу его в такое место, о котором он или она мечтает".

Она отогнала мысли прочь и ответила:

— Просто с докторами работать больше не хочу — значит, нужно искать что-то новое. Недвижимость давно притягивает меня.

— Ясно. Что ж, дайте мне телефон вашего доктора, и я ему позвоню, узнаю, готов ли он вас порекомендовать — в чем я не сомневаюсь, — а потом можно будет приступать к работе. У вас есть его номер?

24
{"b":"14371","o":1}