ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Женщина звонила каждый день, часто приглашала к себе.

— Лейси, вы должны со мной пообедать. Вы ведь хотите есть, да? — говорила она. Или же: — Лейси, по дороге домой загляните ко мне, выпьем по бокалу вина, договорились? Поселенцы Новой Англии называли сумерки «время спокойствия». На самом деле это время одиночества.

Лейси выглянула в окно. Длинные косые тени перечеркивали Мэдисон-авеню — явный признак того, что дни становятся короче. "И правда — время одиночества, — подумала она. — Изабель такая несчастная. А еще приходится квартиру в порядок приводить, тут и там натыкаясь на вещи Эмили. Тяжело ей, бедной. А у Эмили вещей...

Такой пустяк: она ведь просит всего лишь побыть с ней, послушать ее, — подумала Лейси. — Я ведь ничего против не имею. Мне даже нравится Изабель. Подружились вроде. Но, — призналась себе Лейси, — ее рассказы только будят тоску по ушедшему из жизни отцу".

Она встала. «Сейчас приеду домой и сразу под одеяло, а то просто с ног валюсь, — подумала она. — Сил моих больше нет».

Спустя два часа, в девять, Лейси готовила себе папин любимый сандвич с беконом, салатом и помидором: папа называл его «нью-йоркский буфетный корм». Всего двадцать минут в бурлящем джакузи, и она была снова свежа и легка.

Зазвонил телефон. Она подождала, пока сработает автоответчик, и после приветствия раздался знакомый голос Изабель Уоринг. «Трубку брать не буду, — решила Лейси. — Только не сейчас, не хочу я двадцать минут висеть с ней на телефоне, не сейчас».

Заикаясь и запинаясь, Изабель Уоринг говорила тихо, но в голосе слышалось напряжение.

— Я так понимаю, вас сейчас нет дома, Лейси. Но я должна рассказать. В большом шкафу я нашла дневник Эмили. Я прочла его, и мои опасения подтвердились. Похоже, ее смерть действительно не была несчастным случаем. Кажется, теперь я смогу доказать, что ее просто хотели убрать. На этом остановлюсь. Остальное расскажу завтра.

Лейси покачала головой и отключила и автоответчик, и телефон. Ей и знать не хотелось, кому там еще взбредет в голову позвонить. Было только одно желание: сохранить оставшуюся часть ночи для себя, сберечь ее от вторжений.

Тихий, спокойный вечер — с сандвичем, бокалом вина и книжкой. «В конце концов, я это заслужила», — подумала она.

Утром, уже на работе, Лейси поняла, что зря отключила телефон: звонила мама, чуть позже — Кит. Не дозвонившись, обе стали переживать и ударились в панику. Лейси как раз пыталась успокоить сестру, когда в кабинет вошел Рик, явно раздосадованный и злой.

— Изабель Уоринг твоя на линии. Эти кретины соединили ее со мной.

— Кит, прости, но мне пора работать, на жизнь тоже зарабатывать нужно. — Лейси повесила трубку и помчалась в кабинет Рика.

— Прошу простить меня, Изабель, я вчера не смогла вам перезвонить, — тут же начала она. — Да-да. Все же я не должна была говорить об этом по телефону. На сегодня есть желающие посмотреть квартиру?

— Нет, пока никого нет.

Тут Рик запустил через стол записку, Лейси ее поймала: «Кёртис Колдуэлл, адвокат из „Келлер, Роланд и Смайти“, через месяц его переводят сюда из Техаса. Ищет квартиру, односпальную, на Пятой авеню, в районе между 65-й и 72-й. Готов сегодня посмотреть варианты».

Лейси беззвучно прошептала Рику «спасибо», а вслух произнесла в трубку:

— Вполне возможно, что сегодня я приведу клиента. Скрестите пальцы на удачу. Не знаю отчего, но есть у меня предчувствие, будто эта сделка состоится.

— Мисс Фаррелл, вас ожидает мистер Колдуэлл, — сообщил ей Патрик, швейцар, как только она вышла из машины.

Сквозь стеклянную дверь Лейси увидела мужчину лет сорока пяти, худощавого — он постукивал пальцами по столику в вестибюле. «Хорошо, что пораньше приехала», — подумала она.

Патрик приготовился закрыть за ней дверь и вдруг шепнул:

— Есть неполадки, вам нужно знать, — система кондиционирования сломалась. Ремонтную бригаду уже вызвали, как раз чинят, но внутри парилка еще та. С первого января уйду на пенсию, только до него еще дожить нужно. Сорок лет уже здесь работаю, достаточно, пожалуй.

«Этого еще не хватало, — подумала Лейси. — В такую жару и без кондиционера. Можно понять, отчего этот так пальцами растарабанился. В таких условиях сделку не выкружишь».

Направляясь к нему через вестибюль, Лейси никак не могла понять, нравится ли ей этот голубоглазый человек с желтоватой кожей и рыжими волосами или нет. Она приготовилась услышать: «Не люблю, когда меня заставляют ждать».

Но стоило ей представиться, и лицо Кёртиса Колдуэлла озарилось улыбкой. Даже пошутить попытался.

— Признавайтесь, мисс Фаррелл, — сказал он, — и каков же истинный темперамент у этой системы кондиционирования?

Нужно было договориться о встрече, и Лейси позвонила Изабель Уоринг. Женщина расстроенно сказала, что она занята в библиотеке, так что Лейси может открыть дверь сама, ключ у нее есть.

Лейси с ключом в руке и Колдуэлл вышли из лифта. Она отперла дверь и крикнула в квартиру:

— Изабель, это я, — и направилась в библиотеку, Колдуэлл за ней.

За столом в маленькой комнате спиной к двери сидела Изабель. Перед ней лежала кожаная папка с бумагами, вокруг — еще несколько страниц. Лейси поздоровалась, но Изабель даже головы не подняла, только пробормотала:

— Ведите себя так, будто меня здесь нет.

Лейси повела Колдуэлла показывать комнаты и вкратце объяснила, почему квартиру выставили на продажу. Она рассказала, что ранее квартира принадлежала погибшей в автомобильной катастрофе дочери Изабель Уоринг.

Колдуэлл не выказал к истории квартиры никакого интереса. Квартира ему понравилась, и цена — шестьсот тысяч долларов — вроде как устроила. Он внимательно изучил комнаты второго этажа квартиры и, выглядывая из окна маленькой гостиной, спросил:

— Так говорите, в следующем месяце купить уже можно?

— Да, — ответила Лейси. «Сейчас, — подумала она, — вот сейчас он начнет торговаться».

— Я не намерен торговаться, мисс Фаррелл. Я готов заплатить требуемую сумму при условии, что первого же числа следующего месяца смогу заселиться в квартиру.

— Думаю, об этом следует поговорить с миссис Уоринг, — ответила Лейси, всеми силами стараясь скрыть изумление. Но тут же одернула себя: только вчера говорила Рику, что случается всякое.

Лейси постучала в дверь библиотеки, но миссис Уоринг не отозвалась. Лейси повернулась к покупателю и сказала:

— Мистер Колдуэлл, не могли бы вы подождать меня в гостиной? Мне нужно переговорить с миссис Уоринг, я быстро.

— Без проблем.

Лейси отворила дверь и заглянула внутрь. Изабель Уоринг по-прежнему сидела за столом, только теперь она склонила голову так низко, что почти касалась лицом страниц. Плечи ее дрожали.

— Оставьте меня, — прошептала она, — не сейчас.

— Изабель, — тихо произнесла Лейси, — это важно. У нас покупатель, и есть один момент по договору, который нужно сперва обговорить с вами.

— К черту! Не продается квартира. Мне нужно побыть здесь еще. — Голос Изабель Уоринг скорее походил на вой. — Простите, Лейси, я не хочу сейчас ни о чем говорить. Зайдите позже.

Лейси посмотрела на часы: почти четыре.

— Я загляну к вам в семь. — Ей хотелось побыстрее уйти и не видеть готовую сорваться в истерике пожилую женщину.

Лейси закрыла за собой дверь и оглянулась. Колдуэлл стоял в коридоре между библиотекой и гостиной.

— Она передумала продавать квартиру? — удивленно спросил он. — Мне ведь ясно сказали, что...

Лейси перебила его.

— Может, лучше внизу поговорим? — шепотом сказала она.

Они спустились в вестибюль и там продолжили разговор.

— Просто уверена, все будет хорошо, — сказала Лейси. — Вечером я вернусь, и мы с ней обо всем поговорим. Ей больно расставаться с местом, но она справится. Куда я могу вам перезвонить?

— Я остановился в «Уолдорф-Тауэрс», в апартаментах компании «Келлер, Роланд и Смайти».

Они встали с кресел.

— Не волнуйтесь. Сделка будет ваша, — пообещала она. — Вот увидите.

5
{"b":"14371","o":1}