ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Спасибо! Мы очень благодарны.

Крис застегнул куртку.

— Отлично, мистер Гейтман. Ведите людей в безопасное место.

* * *

Дэвид наблюдал за матерью. Она по-прежнему с тревогой вглядывалась в пески. Туман стал совсем густым и полз вдоль берега плотными белыми клоками. Море давало о себе знать свистящим звуком, усиливавшимся по мере того, как начинался прилив.

Дэвиду хотелось, чтобы папа побыстрее вернулся домой.

Мальчик сбежал по ступеням к фургону, а через пять минут вновь забрался наверх с полным стаканом разведенного апельсинового сока. Он хотел подогреть его в микроволновке, но пока не умел устанавливать время, поэтому сок был почти холодный.

— Вот, пожалуйста, — сказал Дэвид, протягивая стакан матери. — Тебе будет получше.

Мама как-то странно посмотрела на мальчика, потом крепко обняла его и прижала к груди. Она стояла на коленях, и ее лицо намочило ему голую шею.

— Не плачь, ма, — мягко проговорил Дэвид. — Я о тебе позабочусь.

* * *

Все оказалось не так-то просто.

Крис смотрел, как толпа деревенских ковыляет к берегу. Одна дама сидела в инвалидном кресле; двое супругов лет по пятьдесят, каждый взявшись за одну ручку, усердно толкачи его вперед. Майору приходилось постоянно напоминать, куда они идут. Через каждые несколько шагов он озадаченно останавливался, словно не понимая, где находится. Мак скулил и лаял, а иногда вообще отказывался идти, упираясь передними лапами в песок.

Семейство Ходджсонов — фермер с женой, двое их сыновей и дядя — оказалось наиболее дееспособным. Сыновья толкали мопеды, нагруженные мешками с провизией, фермер и дядя тащили огромные рюкзаки и ружья. У Марка Фауста в левой руке было ружье, в правой — вещмешок и рюкзак за спиной. Другие волокли полиэтиленовые пакеты, хозяйственные сумки, корзины. Рози Тамворт шла вприпрыжку, словно на прогулке.

Они являли собой странное и трогательное зрелище. Вереница испуганных мужчин и женщин, бредущих вдоль берега и бросающих взгляды в сторону моря, скрытого туманом.

Крис догнал Тони, возглавлявшего колонну.

— Вы были к этому готовы, не так ли, Тони? Вы готовились...

— Мистер Стейнфорт, сейчас не время и не место. Обещаю все объяснить позже. Мне просто... просто хочется убраться с этого чертова побережья...

Они шли в полной тишине, если не считать случайного лая собаки. Перевязанный Уэйнрайт, мрачный, одетый в костюм и при галстуке, отказался нести что бы то ни было — в отличие от преподобного Рида, который выглядел не менее угрюмым, однако тащил кожаный чемодан в одной руке и пальто в другой. Чемодан на вид был тяжелым. Впрочем, Крис сомневался, чтобы его содержимое составляла святая вода и Библия.

Когда они приблизились к устью одного из ручьев, пересекавших берег, из воды поднялся какой-то темный предмет.

С очертаниями человека.

Крис покрепче сжал топорище.

Тот же профиль идолов острова Пасхи; тот же приоткрытый рот и те же глаза — закрытые, как у крепко спящего. Однако темная гранитовая кожа приобрела другой оттенок: темно-красный цвет стал более красным.

Крис замедлил шаг.

Вдруг рядом возник Марк.

— Продолжайте идти, Крис. Это один из них. Ради Бога, продолжайте идти. Пожалуйста.

Упрашивать Криса не требовалось.

Пройдя дальше по берегу, они перешли ручей, вымочив ноги в ледяной воде.

Крис изо всех сил всматривался в густеющий туман, опасаясь увидеть призрачные фигуры, преграждающие путь. Один раз ему показалось, будто он увидел кого-то, стоящего на вершине дюны и сверху глядящего на них. У него было круглое белое лицо. Ужасающе белое.

Вдруг Крис поймал себя на том, что думает о Фоксе. Что же все-таки с ним могло произойти? И что имел в виду Тони Гейтман, когда сказал, что, хотя Фокс и находится где-то в море, вопрос о том, действительно ли он мертв, остается спорным? Теперь вспомнилось множество самых разных вещей; маленькие кусочки мозаики вставали на место, образуя единую картину. Криса пробрала дрожь от макушки до самых пяток. Чудовищный сельдерей в старом рукомойнике... разросшееся растение было не чем иным, как мутантом. Деревянный стул в сырой грязи — ножки пустили корни, а подлокотники начали пускать ростки. Золотая рыбка... она-то точно была мертва, потом через несколько часов уже носилась кругами по чаше, словно торпеда, а теперь и вовсе как будто начала меняться. Тварь, с которой он столкнулся в дюнах прямо лицом к лицу... она не тронула его физически, однако с такой легкостью все перемешала у него в мозгу, с какой ребенок сминает пластилиновую фигурку. И вот в море какие-то люди со зловещими ликами изваяний острова Пасхи.

В голове у Криса громоздились все новые вопросы, которые необходимо задать Гейтману и Фаусту.

Он поглядел на Тони. Маленький лондонец возглавлял беспорядочную группу деревенских жителей. Он упорно тащился вдоль берега, дергая головой вверх-вниз и сжимая тонкими пальцами пианиста лямки рюкзака. Марк Фауст замыкал шествие; он шел длинными легкими шагами, как мог бы шагать по прериям Дикого Запада со «стетсоном»[13] на голове и двумя кольтами за поясом.

Наконец сквозь клубы тумана Крис различил остов разбитого рыбацкого баркаса. Он ускорил шаг и догнал Тони.

— Тони, я пойду вперед. Если ворота будут уже открыты, мы сможем запустить эту толпу внутрь быстрее.

— Ладно, Крис... Осторожнее. В таком тумане и динозавр может спрятаться.

Крис перешел с шага на бег. Ему не терпелось убедиться, что с Дэвидом и Рут все в порядке. Все должно быть в порядке. Но шум прибоя усилился — прилив наступал, к тому же очень быстро.

В мозгу вспыхивали картины: ворота морского форта распахнуты, внутри — никого, где-то плачет Дэвид, заблудившийся в тумане; Рут навзничь лежит на песке, и одна из этих морских тварей склонилась над ней и терзает...

Крис отогнал видения прочь. Но они вернутся, и очень скоро, если он не увидит, что жена и сын живы и здоровы.

Он бежал по насыпи, и темные размытые очертания обретали форму каменного здания.

— Рут!

Прошло не менее двадцати тревожных секунд, прежде чем над стеной появилась голова.

— Рут, отвори ворота.

Через несколько секунд раздался металлический лязг засовов, ворота дрогнули и распахнулись.

— Папа! — Дэвид бросился Крису на шею с такой силой, что отец чуть было не упал.

— Ух, подожди, малыш.

Рут обняла Криса и крепко прижала к себе.

— Тебя не было будто целую вечность.

Крис улыбнулся.

— Ну, я все-таки возвратился, и не один. — Он повернулся к толпе, приближающейся к воротам. Не проронив ни слова, люди входили во двор. Последним был Марк Фауст с ружьем на плече. Он важно кивнул Крису и прошел внутрь.

Крис еще раз бросил взгляд вдоль берега, который медленно поглощала белая дымка, закрыл ворота и задвинул засовы.

Теперь они в безопасности.

Пока.

28

Крис распахнул главную дверь в здание морского форта. Воздух, обдавший его, был прохладным, но сухим. Он вошел, за ним — Тони и Марк. Здесь предстояло разместить приблизительно двадцать человек.

— Сюда. — Крис провел мужчин по коридору и вверх по лестнице.

В фургоне поместятся восемь человек. Они с Рут и Дэвидом могут жить в спальне с двумя кроватями. Кто-то из деревенских будет спать в комнате со сдвоенной кроватью, которую занимал Дэвид, где еще двое могут лечь на диване. Это для тех, кто болен, или для самых старых. Остальным придется устраиваться здесь.

Крис вошел в самую большую комнату на втором этаже.

— Как только они немного придут в себя, мы их организуем делать себе постели из одеял. — Тони внимательным взглядом осмотрел комнату. — По крайней мере спать будем на деревянном полу. От лежания на камнях пользы еще никому не было.

вернуться

13

Фетровая шляпа с очень широкими полями и высокой тульей; названа по имени американского шляпного мастера Дж.Б. Стетсона. — Примеч. пер.

30
{"b":"14382","o":1}