ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Я видела, как вы куда-то отправились на лодке. Надеюсь, вы не решили сбежать от меня? Что случилось?

Сэм рассказал. Время от времени он бросал яростный взгляд на яхту Карсвелла, которая стояла сразу за скромным и уютным суденышком Джада. Сам Карсвелл раскинулся в своем шезлонге, частенько прикладываясь к стакану. Время от времени девушка лет восемнадцати, одетая в коротенькое черное платье, цокая по палубе тонюсенькими «шпильками», подходила, чтобы налить хозяину новую порцию выпивки. Один раз Карсвелл ущипнул ее за ягодицу, но это действие мало походило на заигрывание. Скорее он хотел причинить ей боль.

Сэму Бейкеру этот тип нравился все меньше и меньше.

– Спокойней, – сказал мягко Джад. – Могу ли я предложить вам выпивку, а если у вас есть аппетит, то и какую-нибудь закусь?

Брайан Пиккеринг – человек, торговавший мороженым, – покачал головой:

– Спасибо, Джад. Но мне, пожалуй, пора ехать домой.

– Разумно ли это, Брайан? Рано или поздно ты сможешь там столкнуться с точной копией самого себя.

– Справлюсь как-нибудь. – Он ухмыльнулся, но Сэму показалось, что ухмылка вышла похожей на полуиспуганный оскал. – Вот жене придется трудновато: надо соображать, каким местом поворачиваться к каждому из мужей, а?

– Будь к ней добрее, Брайан, ладно? Как бы это ни было трудно.

– Не беспокойся обо мне, Джад. – Он пытался говорить шутливо, но в голосе его прятался страх. – Все будет в порядке.

– Я в этом уверен, – добродушно ответил Джад. – Скоро увидимся.

Какое-то время они молча смотрели в спину уходившему Брайану Пиккерингу. Коренастый человек быстро – то ли шагом, то ли рысью – возвращался к своему фургончику, стоявшему на площадке.

Сэму было очень жаль мороженщика. Он прекрасно понимал его нежелание встречаться со своей копией. Тем более что к этому чувству примешивалась и изрядная доля страха.

Зита удивилась:

– Ну как вы могли отпустить его! Вы только вообразите его ужас, когда в дверь войдет его собственная копия!

– Не думаю, чтобы нам следовало из-за него волноваться, – спокойно ответил ей Джад. – С Брайаном Пиккерингом на пути между нами и Кастертоном обязательно что-нибудь случится.

– Откуда вы знаете?

– Потому что он никогда не встречал себя раньше. Во всяком случае, он об этом никому не рассказывал.

Сэм одобрительно кивнул.

– Принято. Но скажете мне, Джад, где вы сами-то были шестнадцатого июня?

– В двадцати милях отсюда вверх по течению. Водил туда лодку, чтобы сделать техосмотр двигателя. Стало быть, непосредственной опасности встретиться с самим собой у меня нет, – улыбнулся он. – Ну а как насчет выпивки?

Стоя на пристани, он сделал приглашающий жест в сторону своего суденышка.

Сэм Бейкер сделал шаг вперед.

Но ему не было суждено сегодня воспользоваться приглашением.

Ибо в это мгновение то, что произошло с ними утром того же дня, случилось опять.

Глава 16

1

Сон был тот же самый.

Сэм Бейкер в полном одиночестве снова сидел в амфитеатре. В центре каменного алтаря, который, в свою очередь, стоял в центре арены, возвышался огромный деревянный крест. Длинные острые иглы торчали из него, как шипы на кусте роз. А на этих шипах висел молодой человек в красных ботинках, с грязным полотенцем на бедрах.

Он висел там, пронзенный насквозь длинными шипами по меньшей мере в двадцати местах, и умоляющими глазами смотрел на Сэма.

Как будто во сне Сэм поднялся на ноги.

Выходите вечерком, девушки Буффало,

Выходите вечерком,

Девушки Буффало, выходите вечерком...

Слова звучали совсем тихо и, казалось, исходили из камня, на котором стоял крест. Они были едва слышны – голос пел почти шепотом.

Сэм открыл глаза.

Скамьи амфитеатра были заняты народом. Раздалось всеобщее удивленное «ОХ!», которое говорило о том, что все присутствующие испытали шоковый удар, когда осознали, что вернулись назад.

Похоже, что каждый человек был намертво прикован к определенному месту в амфитеатре длинной эластичной лентой, которая позволяла ему удаляться от амфитеатра на какое-то расстояние, а затем натягивалась и рывком возвращала обратно.

Вслед за этим «ОХ!» последовало гробовое молчание, как будто людям потребовалось время для обдумывания того, что с ними произошло. Затем раздался гул голосов, гул возбужденный, пронизанный нитями наступающей паники.

Сэм почувствовал, что кто-то вцепился ему в руку.

Он повернулся и увидел Зиту, смотревшую на него большими испуганными глазами.

– Сэм, это опять случилось! Они снова сделали с нами то же самое, да?

Он кивнул:

– Бесспорно. – Потом подумал и сказал: – Единственный вопрос – на сколько нас отбросило в прошлое теперь?

Тут он услышал чей-то стон, раздавшийся совсем рядом. Там сидел Ли Бартон все в той же накидке Дракулы, совершенно ошеломленный, с тупым остекленевшим взглядом. Он выглядел так, будто еще не пришел в себя после сильнейшего нокаута.

Сэм поискал взглядом следы увечий, которые Ли получил в недавнем прошлом. Описания, сделанные доктором, были достаточно яркими, так что Сэм прекрасно понимал, как сейчас должен был бы выглядеть Ли. Только несколько часов назад – или что-то в этом духе – Ли лежал в реанимации, а в его руку, ноздри и рот были введены резиновые шланги. Пропитанные кровью, обильно вытекавшей из пулевых ранений, марлевые тампоны были крепко прибинтованы к телу, левая рука отнята выше локтя. Кардиограф показывал на экране пунктирную линию неровного пульса, удары сердца все учащались, переходя в тонкий, похожий на звон звук.

И вот он сидит тут. Целехонький.

На белой рубашке ни единого пятнышка крови. Пустым взглядом он уперся в кисти своих рук, свободно лежавшие у него на коленях.

Без сомнения, тот механизм, который доставлял их сюда сквозь время, доставлял их в полной целости и сохранности. Такими, какими они вошли в амфитеатр в полдень двадцать третьего июня.

Сэм невольно бросил взгляд на свои колени. Его брюки цвета летнего загара недавно обзавелись несколькими пятнышками размером в пенни. Вероятно, это были следы кофе, выпитого в кафе. Теперь их не было.

Он перевел взгляд на часы. Их показания были явно ошибочны: тринадцать часов двадцать третьего июня.

А может, имеет место бег по кругу? Может, они кружатся на какой-то временной карусели, раз за разом совершая один и тот же путь? Никогда не постареют, никогда не умрут, даже никогда, черт побери, не увидят, как сносится их одежда?

Сэм бросил взгляд на центр амфитеатра. Там стоял Джад Кэмпбелл, озирая ряды зрителей. Его золотой жилет аккуратно застегнут, идеально выглажен и чист. Совсем как тогда, когда Сэм увидел его впервые. Одна рука приподнята, указательный палец направлен на публику. Сэм понял, что Джад снова пересчитывает своих зрителей. Джад отлично держит себя в руках. Увидев Сэма и Зиту, он махнул им рукой, приглашая спуститься к нему.

2

– Итак, это снова случилось, – сказал довольно спокойно Джад, когда Сэм и Зита присоединились к нему у алтаря.

– Только не знаем, в каком временимы теперь живем, – ответила Зита.

– Будем надеяться, что в том времени, откуда мы начали, – отозвался Сэм. – Возможно, вернулись в полдень двадцать третьего.

– Вы и в самом деле так думаете? – Джад недоверчиво изогнул бровь.

– Нет, не думаю, Джад, просто надеюсь, и все. Как я понимаю, нам следует предпринять еще одну вылазку в город, купить там новую газету и начать все сначала.

– Погода очень похожа, – вмешалась Зита. – Ясная, солнечная. Во всяком случае, в середине зимы мы не оказались.

– Итак, – согласился Сэм, – у нас все-таки еще лето.

– Но какое лето?

Несмотря на жару, у Сэма пробежали по спине мурашки. И в самом деле – какое лето? Что, если все вообще пошло наперекосяк, вкривь и вкось? Что, если их утащили так далеко, что они смогут встретить спускающегося с холма тираннозавра-рекс, который вышел, чтобы промыслить себе поздний завтрак или ранний обед?

33
{"b":"14385","o":1}