ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Естественно, Соня не хотела, чтобы свадьба состоялась так быстро, поскольку это означало, что она потеряет своего сына. «Надеюсь, что он не женится так быстро».

Кроме того, для Сони было очень трудно принять тот факт, что ее сын стал абсолютно взрослым человеком, которого миллионы людей во всем мире считали секс-символом.

Когда об этом написал один журналист, она раздражено парировала: «Нет, он не является таковым. Люди, которые говорят об этом, просто используют его в коммерческих целях. Ничего подобного. Многие из этих же людей ранее писали, что он ужасен, что у него слишком большие зубы и тому подобный вздор. Рональдо не красавец, но и не урод. Он просто обыкновенный парень».

Соня полностью разделяла точку зрения, что если у ее сына отнять футбол, то он будет просто одним из тех парней, из favela. Это означало то, что она принимала футбол настолько же серьезно, насколько принимал его ее сын.

Когда ее спросили, что ее больше всего раздражает, она ответила на полном серьезе: «Видеть, как мой сын не забивает гол с пенальти. После этого я считаю, что мой день потерян. Мне кажется, что забить пенальти — это так легко. — После этого она добавила: — Конечно же, я очень сильно злюсь, когда его третируют на поле и пытаются обидеть».

Через несколько недель после приезда Рональдо в Италию традиционно истеричная миланская пресса окрестила его «Il Fenomeno» — феномен. В ходе первых восьми игр за «Интер» Рональдо забил шесть голов.

Но, что вообще-то и неудивительно, вскоре Рональдо обнаружил, что в серии «А» ему благоволят совсем немногие, даже его старые бразильские земляки. Играя против опытного Алдаира, во время столкновения с ним Рональдо моментально получил определенно недружественный удар по ребрам. Рональдо ничего не сказал и поднялся на ноги и уже через несколько минут забил гол для «Интера» после отскока мяча от левой ноги Алдаира.

Рональдо высказал немало резких суждений о сути итальянского футбола.

«Италия все еще остается родиной catanaccio, даже если это слово уже и не употребляется, — заявил он. — Сейчас они говорят о ben messo (хорошо организованный), но на самом деле все сводится к тому же. Любая команда здесь играет от обороны. Они позволяют сопернику приблизиться, после этого окружают его, плотно опекают и стирают в порошок. Во время каждой игры меня опекали три или четыре защитника. Благодаря моей скорости иногда мне удавалось убежать от них. Но обычно меня валил наземь первый же игрок».

В его словах определенно не было восторга от жизни в Италии, но он по-прежнему утверждал, что не намерен искать себе возможности для очередного перехода в другой клуб: «В „Интере“ я чувствую себя в своей тарелке и думаю, что буду играть здесь несколько лет. В нашей команде очень сильно развита внутренняя взаимосвязь. И меня не пугает некоторое противодействие. Игрок высшего класса может стать еще лучше только в Италии. Поскольку соперничающая сторона тоже хорошо подготовлена, вы автоматически начинаете играть на более высоких скоростях, с большей самоотдачей. В Голландии, чтобы заслужить аплодисменты болельщиков, вам придется показывать один и тот же трюк по десять раз. В Италии им достаточно всего одного вашего движения».

Слова, очень похожие на те, которые Рональдо произнес менее года назад в Испании. Плотная итальянская оборона изматывала Рональдо намного больше, чем это могли бы себе представить большинство людей.

Между тем новый товарищ Рональдо по «Интеру» Аарон Винтер рассказал о мощном влиянии Рональдо на клуб, которое он оказывал с момента своего прибытия в клуб летом: «Как только он выходит на поле, вы сразу же чувствуете атмосферу страха среди игроков команды соперника. Как только он получает мяч, сразу же возникает угроза. Независимо от того, есть ли у него пространство для маневра или нет, вы, не раздумывая, можете сразу же снабжать его пасами, потому что он добьется своего любыми способами. Но люди недооценивают ту часть его игры, где он работает на других игроков».

Тем временем в Рио Питта и Мартинс наблюдали за тем, как их гонорары стремительно превращались в миллионы. Благодаря тому что они представляли самого известного в мире футболиста, в общей сложности 66 значимых «звезд» футбола, в основном бразильцы, также подписывали с ними договоры, начиная с 1990 года.

В недрах стадиона «Сан Сиро» в комнате для VIP-персон собралась группа людей, которые, не обращая внимания на канапе, фруктовые соки и официантов в белых бабочках, сгрудились вокруг календаря, лежащего на постаменте.

На иллюстрации можно было узнать облик Рональдо, возвышавшегося на постаменте, которым ему служила гора, и взиравшего на Рио с разведенными в разные стороны руками наподобие статуи Христа Спасителя. У его подножия была видна колея от шин.

Эта рекламная акция была сделана по заказу компании «Pirelli», спонсора клуба «Интер Милан». Девиз, начертанный над ликом Рональдо, гласил: «Неуправляемая мощь — ничто».

Можно поспорить о том, действительно ли Рональдо сам управлял своей жизнью, когда сражался в составе «Интера» в середине игрового сезона. Но бесспорным было то, что до него в клубе не было настолько значимого игрока, каковым являлся он. Он стал для «Интера» тем, кем был Майкл Джордан для «Чикаго Буллз» и Национальной баскетбольной ассоциации.

Еженедельно клуб распродавал 2000 футболок с символикой Рональдо, а шарфы с его именем красовалось практически в каждом магазине, расположенном в центре города — в великолепной Galeria. «На ура» шли и футболки с бразильской символикой, а флаги Бразилии постоянно развевались на стадионе «Сан Сиро».

На одном имени Рональдо клуб распродал за сезон 48 000 билетов — больше, чем любая другая команда серии «А», и больше, чем когда-либо удавалось распродать в собственной истории клуба. Выступая на футбольных полях серии «А», «Интер» наступал на пятки «Ювентусу», что, как надеялись, могло означать выход в игры Лиги Европейских чемпионов.

Тем временем в Рио отцу Рональдо пришлось заняться одним неотложным «делом» — судебным разбирательством по обвинению в хранении кокаина.

Нелио появился в суде в костюме цвета морской волны и белой рубашке с болтавшимся на груди золотым медальоном. С ним была 36-летняя Марилена Декшерра, его новая жена и мачеха Рональдо.

Слушания начались 3 октября 1997 года в 14.15. Нелио утверждал в суде, что двое полицейских пытались оклеветать его. На каком-то этапе слушаний Нелио даже процитировал греческого философа, сказавшего, что если ему объявят войну, то это его судьба.

В конце концов, после прослушивания противоречащих друг другу заявлений двух арестовавших Нелио полицейских, он был признан невиновным в хранении наркотиков.

Судья даже признал незаконным тот факт, что двое полицейских продержали Нелио взаперти в полицейской машине в течение шести часов до того, как отвезти его в полицейский участок. В своем выступлении он охарактеризовал этот факт как «похищение».

Судья также заклеймил позором полицейских, уличив их во лжи.

После судебного заседания Нелио позвонил сыну, чтобы рассказать ему о том, что его оправдали. «Это самые радостные вести, которые я когда-либо слышал за последние месяцы», — ответил Рональдо, очень сильно переживавший по этому поводу.

После закрытия дела Нелио утверждал: «Я только хотел доказать свою невиновность. Я ничего не сделал полиции, но все говорят мне, чтобы я был с ними поосторожней».

На самом деле Нелио был настолько испуган полученным опытом, что продал купленную ему Рональдо пиццерию в Копакабане и переехал в относительно безопасный престижный район Barra, отложив на второе место все свои бизнес-затеи.

Вскоре «Милан» начал принимать в гости бесчисленных членов семьи Рональдо. Соня со своим мужем встали лагерем в отеле «Савой», откуда, как она уверяла, она присматривала за любимым сыночком, который проживал с Сузанной в номере этажом ниже.

38
{"b":"14387","o":1}