ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Продолжай.

— Мы болтаемся рядом с астероидом, а к главному шлюзу по левому борту подстыкован переходной туннель. Шаврин полагает, что, даже вступив в сделку с этими людьми, она все равно обрекает себя и экипаж на неизбежную гибель.

— Я согласна.

— Я тоже. У тебя есть какие-нибудь предложения?

— Это ведь ты легавый. Разве это не твоя епархия?

— Я… — его лицо озарила знакомая ухмылка. — … Это не я.

— Лады. Выволакивай Андрея и Хану из морозилки. Поглядим, что тут можно придумать.

12

— Есть ли светлые идеи? — спросила Николь, ни к кому в частности не обращаясь.

Первым подал голос Андрей.

— Сдаться мы всегда успеем.

— Эй! — возмутилась Хана. — Ты украл мою фразу!

Николь со вздохом потерла глаза. «Благодарю тебя, Господи, деньки нам предстоят еще те».

— Ребята, я же спрашивала о светлых идеях.

— Можно еще разок взглянуть на интерьер, Николь? — попросила Хана.

Николь кивнула и аккуратно набрала нужную комбинацию на мембранной клавиатуре в поверхности стола конференц-комнаты. Она неторопливо манипулировала регуляторами, как учил Кьяри, и хотя знала, что делает все правильно, не сдержала торжествующую улыбку, когда в воздухе вспыхнуло трехмерное изображение окружающего корабль пространства. Потом повернула камеру к астероиду.

— Погоди! — бросила Хана. Николь отпустила ручку управления, а Хана оттолкнулась от кресла и воспарила прямо перед картинкой, указывая на отдельные точки, разбросанные по неровной, изрезанной трещинами поверхности астероида. — Видите? Николь, ты можешь поймать одну и дать максимальное увеличение?

Когда Николь выполнила просьбу, возникла полнейшая иллюзия того, что они стоят перед бункером. Кто-то присвистнул.

— Пусковые установки, — негромко прокомментировал Андрей.

— И корпускулярные излучатели, — добавила Николь. — Совершенно убийственные вблизи. Огневой мощи этой планетенки вполне хватит, чтобы разделаться с любым крейсером, а то и с целой эскадрой.

— Интересно, можно ли как-то убрать или заблокировать эти бункеры? — вслух гадал Андрей.

— Если у них общий источник питания и — или — трехмерная связь, — ответила Николь. — Тогда, захватив центральный пульт, мы парализуем их. К несчастью, — она чуть сместила изображение, — каждый бункер снабжен собственной системой слежения. Видимо, у них как минимум троекратный запас надежности плюс автономные источники питания. Если центральный пульт отключится, они перейдут на индивидуальные системы управления и контроля, продолжая стрельбу.

— Николь, нам понадобится от силы пара минут, — заметил Андрей. — Только бы успеть ликвидировать механические швартовы и чуть отойти от астероида.

— А что потом? — не скрывая сарказма, осведомилась Хана. — Просто испаримся?

— Что-то вроде того, — усмехнулся Андрей. — Включим звездный привод.

Несколько секунд все потрясенно молчали. Гениальная простота этого предложения потрясла собравшихся.

— Верно, — пробормотала Николь, обретя дар речи. — Он ведь вполне работоспособен, не так ли? Но мне казалось, что «Разведчик просторов» не выдержит перехода в искривленное пространство.

— Нам потребуется задействовать двигатель самое большее на две секунды от силы — пуск, раз, два, и вырубили! Думаю, подобную встряску корпус перенесет. Сложность заключается в том, чтобы прыгнуть в правильном направлении, иначе во время обратного перехода можно врезаться в планету или в Солнце.

— Андрей, — недоверчиво поинтересовалась Николь, — а насколько далеко занесет нас такой бросок, черт его дери?

— Исходя из трех секунд полетного времени… Тут у меня есть грубая прикидка. Хана, ты не сделаешь выкладки?

Она что-то нацарапала в блокноте, задумчиво пожевала кончик ручки и присвистнула.

— Мы окажемся на другом конце Системы. Наверное, мы вынырнем за орбитой Плутона.

— Сорок астрономических единиц, — подытожила Николь. — Свыше шести миллиардов километров — всего за три секунды?!

— При запуске с места, — подтвердил Андрей. — Звездный привод халиан'т'а немного эффективнее нашего.

— Это уж точно. Если корсары об этом узнают — пиши пропало; на Шаврин с ее экипажем можно ставить крест.

Дверь с шипением распахнулась, и вошел Кьяри. Николь первая увидела его и невольно затаила дыхание от такой неземной красоты — иначе и не скажешь, хоть он и остался эталоном мужественности.

Кьяри был в полном парадном облачении Толмача — темно-зеленая ряса до пола, покрытая черной фелонью, вышитой замысловатыми серебряными рунами, ослепительно сверкала при каждом его движении. Из-под распахнутой фелони виднелись два ювелирных украшения: оправленный серебром бирюзовый пояс и цепь, указывающая на его официальный ранг. Ему сделали новую прическу и загримировали, чтобы подчеркнуть халиан'т'ские черты внешности. Он выглядел просто великолепно — цивилизованный и одновременно несущий отголоски варварского прошлого мужчина.

— Ого! — только и вымолвила Николь.

Кьяри еще секунды три сохранял свою невозмутимую мину, прежде чем губы его раздвинулись в широкой, совершенно человеческой ухмылке. Вытянув руки, он сделал медленный пируэт — это, несомненно, требовало немалой ловкости, учитывая, что он удерживался на палубе только благодаря сандалиям с подошвами, усеянными крючочками наподобие застежки-велькро.

— Ну как? — спросил он, искоса взглянув на Николь.

В ответ она лишь проронила:

— Ого! — и поинтересовалась его самочувствием.

— Пока неплохо, — хмыкнул он. — Я полон жизни, взбудоражен и напуган. Я проворный и порхающий. Я отплясываю на облаках и бегаю по проволоке, натянутой в миллионе километров над землей. Я несу вздор.

— Ага, — взяв Кьяри за руку, Николь отвела его в сторонку. Кьяри вдруг стиснул ее запястье с такой силой, что Николь невольно поморщилась от боли. — Сдерживаться оказалось труднее, чем ты думал, Бен?

Он порывисто вздохнул, избегая взгляда Николь.

— Трудности возникают, Николь, когда пытаешься разобраться, какое из «я» на самом деле твое собственное. Гляжу в зеркало и вижу, какой я урод — длинный, костлявый и нескладный, да еще лишенный меха. Или думаю, что я калека, потому что обоняние и слух у меня вдвое хуже, чем у окружающих халиан'т'а. Гляжу на тебя… и порой мне требуется напрячься, чтобы вспомнить, кто ты такая и что значишь для меня. Прямо курьезно, насколько важны, жизненно необходимы узы, связывающие нас — меня, тебя, всех прочих. А ведь это я стремился держать дистанцию.

— Дело не выгорело, Бен. Вели Шаврин впрыснуть тебе вакцину!

— Нет.

— Прислушайся к себе, черт тебя дери, ты же разрываешься на части!

— Нет!!!

— Этот маскарад ни к чему. Андрей нашел способ вырвать нас всех из этого бардака. — Она в двух словах изложила план Зимянина. — Пока эти задницы сообразят, что к чему, мы будем уже на другом конце Солнечной системы, устроив такой мощный и наглядный выброс энергии, что космические войска как ошпаренные понесутся выяснять, что случилось. Оглянуться не успеем, как нас перехватят. Передай Шаврин и спроси ее мнение.

После энергичного диалога по интеркому Кьяри сообщил:

— Вполне реально. «Разведчик просторов» спокойно выдержит такое путешествие. Но двигатель совсем заглох. По ее оценкам, команде потребуется от трех до четырех килосекунд, чтобы подготовить его к запуску. А этот процесс уже не скрыть от внешних локаторов. Не сомневайся, Николь, как только корсары засекут нечто эдакое, то бросят сюда всех бойцов до единого.

— А как насчет холодного запуска? — предложил Андрей.

— Шаврин нравится, как ты мыслишь, — перевел Кьяри слова матриарха. — А еще ей не хотелось бы находиться в паре мегакил от этого корабля, если что-нибудь пойдет наперекосяк. Холодный запуск аннигиляционного двигателя — процедура весьма тонкая; малейший просчет превратит «Разведчика просторов» в миниатюрную сверхновую, которая посрамит астероид Вулфа.

45
{"b":"14388","o":1}