ЛитМир - Электронная Библиотека

— Дженсен, Уокер, Джи, — приказал Росс сыщикам, — отведите тех, кого вам удалось схватить, в паб напротив и заприте в тамошнем подвале. Флэгстад, вызовите подкрепление конной полиции, нужно в срочном порядке разогнать толпу. Викери, вы чуть позже составите список задержанных. А пока идите внутрь и громко, сколько вам хватит голоса, зачитайте им закон о мятеже.

— Но, сэр, я не помню наизусть точной формулировки этого закона, — испуганно возразил клерк.

— Тогда придумайте ее, — рявкнул на него Кэннон.

Эта его реплика рассмешила кое-кого из арестованных, и по всему коридору послышались смешки. Затем полисмены начали выводить смутьянов на улицу, и постепенно толчея в коридоре рассеялась.

София почувствовала, что кто-то хватает ее за юбку, и содрогнулась. Обхватив Росса руками за талию, она еще сильнее прижалась к нему. Не успела она произнести и слова, как он понял, в чем дело.

— Эй, ты! — рявкнул он на какого-то типа у нее за спиной, — живо убери от нее свои грязные лапы! Не то я тебе их мигом вырву, а заодно еще одну важную часть твоей анатомии.

За этими его словами последовал очередной взрыв хохота.

Отгороженная от опасности телом Кэннона, София не переставала удивляться, как одним только своим присутствием он сумел восстановить порядок. Казалось бы, еще несколько минут назад здесь царил полный хаос. Кэннон еще сильнее прижал ее к себе, отгораживая от напора людских тел, и София почувствовала, как напряглись мышцы у него на спине.

Она стояла, прижавшись щекой к его груди, и слушала мерное биение его сердца. Ее ноздри уловили легкий аромат его мыла для бритья, смешанный с ароматом утреннего кофе, и солоноватый запах пота. Шею ей щекотали завитки темных волос у него на груди. У Энтони грудь была гладкая, безволосая. Интересно, каково это — прижаться к по-настоящему мужской, волосатой груди? София сглотнула застрявший в горле комок и подняла глаза на темную щетину, что успела проступить на подбородке и ниже. Огромная ладонь Росса лежала у нее посередине спины, но София представила ее ласкающей ее грудь, представила, как его большой палец нежно поглаживает ее сосок.

«О Боже! — мысленно одернула она себя. — Немедленно прекрати. Не смей даже думать об этом».

Но тело ее не слушалось, наполненное какой-то странной, теплой мукой, от чего дыхание ее стало частым и поверхностным. Софии стоило немалых усилий, чтобы не прижаться к Россу еще крепче, чтобы не подставить для поцелуя губы.

— Все в порядке, — услышала она его шепот. — Не бойтесь.

Почувствовав, что она вся дрожит, он подумал, будто ей страшно. Что ж, пусть уж лучше он считает ее глупой трусихой, чем заподозрит, в чем тут дело. Устыдившись, София постаралась успокоиться и взять себя в руки. Она облизнула сухие губы и проговорила, уткнувшись носом ему в грудь:

— Слава Богу, вы наконец сочли нужным вмешаться. Правда, непонятно, зачем надо было так долго тянуть?

Росс негромко фыркнул — не то задетый, не то позабавленный такой дерзостью с ее стороны.

— Я был занят с Джентри.

— Я уже было испугалась, что меня раздавят в лепешку, — призналась София. И несказанно удивилась, когда он еще сильнее прижал ее к себе.

— Сейчас вам ничто не грозит, — прошептал он. — Вам никто не посмеет причинить вреда.

Почувствовав, что он готов утешать ее, София подумала, что будет неразумно с ее стороны упускать такой момент. Она уже успела неплохо изучить сэра Росса и знала, что такой галантный джентльмен ни за что не бросит даму в беде. И хотя она испытывала легкое смущение, тем не менее продолжала прижиматься к нему, как будто объятая ужасом.

— Я позвала мистера Викери, но он меня не услышал, — сказала она, придав своему голосу плаксивую интонацию.

Росс что-то нежно прошептал в ответ и, словно ребенка, ласково погладил ее по спине. И хотя София сделала вид, что это прикосновение ей безразлично, от него по всему ее телу распространилось приятное тепло. Закрыв глаза, София задумалась: как долго она выдержит эту нежную ласку его рук? Грудь ее тяжело вздымалась, упираясь в грудь Росса, соски затвердели.

Сэр Росс аккуратно заложил ей за ухо непокорную прядь волос. От прикосновения его пальцев к ее коже София тотчас почувствовала, как по всему телу словно разлился огонь.

— Надеюсь, София, вы не пострадали, когда началась давка?

— Я лишь получила… несколько синяков, — ответила она и, притворяясь усталой и измученной, обвила его за шею руками и прижалась еще сильнее. Близость крепкого мужского тела дарила ей ощущение безопасности, защищенности. «Но это же мой злейший враг», — поспешила напомнить она себе, однако несколько мгновений это ровным счетом ничего не значило, как она ни старалась.

Коридор уже почти опустел, и Росс Кэннон осмотрелся по сторонам. Затем он наклонился, чтобы подхватить ее на руки. София ахнула от неожиданности:

— О, сэр, в этом нет ровно никакой необходимости. Я в состоянии идти своими ногами, я…

Но он, пропустив мимо ушей ее протесты, понес ее на руках по коридору. Для женщины, которая привыкла заботиться о себе сама, было в высшей мере неожиданно оказаться в положении беспомощной барышни. Тем не менее без этого никак не обойтись, если она намерена довести свой план до конца. Слегка покраснев, она еще крепче обвила его руками за шею. На ее счастье, окружающие были слишком заняты и не обратили внимания на то, как сэр Росс пронес ее на руках через весь коридор, а потом на второй этаж.

Когда они достигли дверей его кабинета, сэр Росс бережно опустил ее на пол.

— С вами все в порядке?

София кивнула, чувствуя, что сердце готово вот-вот выскочить у нее из груди.

— Мне надо с вами кое о чем поговорить, — негромко произнес сэр Росс. — Когда вы сегодня днем пришли в карцер, то прервали допрос в весьма сложный для меня момент, и я…

— Я не нарочно…

— Позвольте мне закончить. — Неожиданно на его губах заиграла улыбка. — Впервые в жизни вижу человека, у которого прямо-таки дар меня перебивать.

София закрыла рот, но сэр Росс улыбнулся еще шире:

— Допрашивать такого типа, как Джентри, — занятие не из приятных, должен вам признаться. Я весь день пребывал в скверном настроении, так что ваше появление там переполнило чашу моего терпения. Я редко выхожу из себя и весьма сожалею, что это произошло в вашем присутствии.

София не поверила собственным ушам. Где это слыхано, чтобы человек его положения извинялся перед ней за сущую ерунду?! Несколько сбитая с толку, она спросила:

— А почему это так важно, чтобы я не входила в карцер?

Росс осторожно поднял с ее плеча выбившийся из прически локон и слегка потер шелковистую прядь пальцами, словно то был лепесток, чей аромат он хотел ощутить.

— Я дал себе слово, когда брал вас на работу, что буду всячески оберегать вас. Есть такие вещи, которые женщине лучше не видеть. В карцер обычно попадают самые ужасные люди, какие только водятся на этой земле.

— Такие, как Ник Джентри?

Сэр Росс нахмурился:

— Да. Достаточно того, что вы оказались одна, беззащитная, перед натиском лондонского отребья, которое каждый день попадает к нам сюда, на Боу-стрит. Но к таким типам, как Ник Джентри, я не подпущу вас и на пушечный выстрел.

— Но ведь я не малое дитя, которое надо всячески оберегать, а взрослая женщина двадцати восьми лет.

По какой-то причине эта ее реплика слегка позабавила Росса.

— Тем не менее, несмотря на ваши преклонные годы, я бы хотел, чтобы вы как можно дольше сохранили свою невинность.

— Какая невинность! Ведь я уже давно не девушка. Я ведь сама рассказала вам о моем прошлом. Или вы уже забыли?

Росс выпустил из рук золотистый локон и осторожно взял ее лицо в свои ладони.

— Вы еще сама невинность, София. Как я сказал вам еще в самом начале, вам тут не место. Вам нужно выйти замуж за человека, который бы взял на себя заботу о вас.

— Я не собираюсь выходить замуж.

— Вот как? — К ее великому удивлению, Росс не стал насмехаться над ней. — Но почему? Это все из-за того, что вы разочаровались в любви? Уверяю вас, время возьмет свое. Вы все забудете.

14
{"b":"14412","o":1}