ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мне тогда было пятнадцать лет, я работала горничной в одной паршивой гостинице. Гийом стал где-то пропадать по целым неделям, оставляя меня одну.

Мысли вихрем проносились в голове Алека: молоденькая девушка, одна в Париже, работающая в гостинице. Она должна была оставаться необыкновенно сильной, чтобы выжить. Вероятно, она часто подвергалась опасности… Однако она не ждет сочувствия, просто пересказывает ему факты.

Помимо своей воли он восхищался ею. Однажды он уже заметил, что у нее не было недостатка в мужестве.

– В гостинице, – продолжала рассказ Мира, – я впервые встретила Рэнда Беркли. С ним была женщина – Розали Белью. Они не были женаты, но любили друг друга. Розали заболела, и пока они оставались в гостинице, я помогала лечить ее. Когда Рэнд и Розали отправились за город, чтобы Розали могла там быстрее поправиться, я поехала с ними.

Все лето я была с ней, и мы очень привязались друг к другу. – Мира задумчиво улыбнулась. – Но были факты, которые я не знала о Розали, в том числе сплетни, ходившие о ней в Англии. Поговаривали, что она внебрачная дочь Брумеля…

– Да, – кивнул Алек, – я помню тот скандал.., о нем писали все газеты. Беркли умело замял его, но леди Розали имеет не совсем безупречное прошлое.

– Да. Гийом узнал, где я нахожусь, и следовал за мной до особняка, в котором мы остановились. Он был связан с опасными людьми; их организация действовала и во Франции, и в Англии. Они толкнули его на ужасные поступки. Мне не было известно, что именно они планировали, но я видела, как Гийом использует мою дружбу с Беркли и Розали в своих интересах и собирается сыграть на их доверии ко мне. Я не рассказывала им ничего, все еще надеясь, что он не посмеет сделать им ничего плохого. Впервые в жизни я была счастлива: у меня был надежный дом, я была в безопасности, мне хотелось, чтобы такая жизнь продолжалась всегда. Беркли и Розали приглашали меня ехать с ними в Англию. Я согласилась, но тогда…

– Вмешался Гийом?

Мира кивнула:

– Да, Гийом разрушил все это. Он организовал похищение Розали прямо из-под носа у Беркли. Она.., она была продана за очень большие деньги кому-то, кому понадобилась дочь Брумеля. Невольно я оказалась участницей похищения. Моя дружба с Беркли и Розали чуть было не сломала им жизнь. – Она провела рукой по векам. – Когда я узнала, что сделал Гийом, я бежала как последний трус. Я боялась встретиться с Беркли, думала, он убьет меня. Я любила Розали и готова была умереть от одной мысли, что она может страдать.

Не знаю, как Беркли вернул ее, но он все-таки сумел сделать это. Потом я узнала, что у них все сложилось хорошо, но я была слишком подавлена, чтобы показаться им на глаза. Живя с ними, я многому научилась. Я поняла, скольким людям причинила зло, сколько раз помогала Гийому в его не праведных делах. Поэтому я бежала от брата и приехала сюда.

Он преследовал меня, но мне удавалось скрываться – я больше не нуждалась в его любви.

– И поэтому вы так напугались, узнав, что они завтра приезжают? – спросил Алек, когда Мира закончила свой рассказ. Он говорил сухим и слегка насмешливым тоном, будто ее страхи были надуманными.

– Не я была причиной, но этим людям не причинили бы зло, и Розали не похитили бы, если бы…

– Подожди.., остановись на секунду. Ты намеренно не помогала Гийому организовывать похищение, так ведь?

– Да, но…

– Значит, ты не должна чувствовать себя виновной, – резонно заметил Алек.

– Но все другие…

– Неужели ты действительно думаешь, что им есть дело до твоих угрызений совести? Нет, они забыли все плохое, что было связано когда-то с маленькой француженкой. Они живут своей жизнью, пока ты мучаешься и изводишь себя попусту. Мира, мой чертенок, найди лучшее применение своей энергии.

– Я не мучаюсь «попусту», – возразила она скорее по привычке, однако начала чувствовать себя успокоенной этим практичным взглядом на ситуацию. – Меня беспокоит реальная проблема – как уехать отсюда.

Выражение лица Алека внезапно изменилось.

– Уехать очень просто, дорогая. Выбери пару-тройку своих любимых платьев, белье и пару туфель. Сложи их в дорожную сумку и вытряси из Уильяма немного денег на дорогу.

Разве это не решение твоей проблемы? Или есть другая, мешающая тебе переступить порог? Может быть, ты привязана к Саквилю больше, чем думаешь? Или ты обнаружила, что не можешь расстаться с роскошью?

– Теперь вы стали нетерпимым, – сказала Мира, печально глядя в открытую дверь павильона. Что вызвало в Алеке эту перемену? Почему еще несколько минут назад он был так доброжелателен, а сейчас так зло дразнит ее?

– Зачем вообще уезжать отсюда? Потому что ты боишься, что скажут Беркли, когда встретят тебя?

– Конечно, я боюсь! Только глупец не боялся бы! Рэнд Беркли вытрясет из меня душу, чтобы узнать, где Гийом. Но я не видела его уже несколько лет, а Беркли мне не поверит.

– Попроси Саквиля о защите.

Он просто издевается над ней. Мира старалась не показать своего гнева. Алек прекрасно знает, как беспомощен лорд Саквиль перед таким влиятельным человеком, каким является Беркли. Она сжала губы, подыскивая подходящий ответ.

– Возможно, я так и поступлю, – сказала она.

Алек насмешливо фыркнул.

Девушка набросилась на него:

– Не смейтесь надо мной! Вы прекрасно знаете, что Саквиль – тряпка! На всем свете нет никого, кто… – Она посмотрела на него и замолчала. – Пожалуй, вы могли бы сдержать Беркли. Он не пойдет на конфликт с таким человеком, как вы, и не сделает мне ничего плохого, если вы… Но вы не собираетесь помогать мне, не так ли?

– Я могу. Если ты хорошо попросишь.

Мира подозрительно посмотрела на него.

– Что вы хотите в обмен на вашу защиту?

Алек улыбнулся.

– Ты быстро соображаешь. Вполне резонно, что плата должна зависеть от того, чего мне это будет стоить.

– Вы уже в долгу передо мной, – заметила Мира, лихорадочно подбирая аргументы. – , Вспомните, что я сделала для вас в то утро, когда вы упали с Соверена? Вспомните, как болели ваше плечо и рука…

– Да, я помню. Но я ничем не обязан тебе за это, потому что не просил о помощи.

– Вы неблагодарный…

– Поосторожнее с эпитетами в мой адрес, детка. В противном случае ты заденешь мои чувства, а в твоей ситуации это непозволительная роскошь.

– У вас есть чувства? – Мира изобразила изумление. – О, простите.., я не знала.

– Я предупредил тебя, – мягко сказал он. – За это я могу потребовать плату прямо сейчас. – Алек смотрел на нее как-то по-новому, его глаза по-особенному блестели; Мире показалось, что павильон, в котором они находились, стал намного меньше. – Что означает для тебя моя защита? – спросил Фолкнер, вставая со своего места и подходя к Мире.

Ее пугала замедленная поступь хищника, которой он приблизился и сел рядом с ней на подушку, но она старалась не показать, что чем-то встревожена.

– Будьте серьезны. Вы постоянно играете, – ответила она, отодвигаясь, когда он приблизился к ней, кладя руку ей на талию. Мира видела его глаза, обрамленные черными ресницами и слабую тень щетины на выбритых щеках. Их губы оказались очень близко, вызывая у нее нервную дрожь и заставляя пульс биться быстрее. – Какую плату вы требуете? – презрительно поинтересовалась она. – Поцелуй? Или вы рассчитываете на большее за то, что снизошли до того, чтобы защищать меня? Может быть, я должна позволить вам все, что вы захотите?

– Все, что я захочу, – повторил Алек, склоняясь к ее губам. – Ты знаешь, чего я хочу? Почему любовница Саквиля имеет привычку смотреть на меня глазами оскорбленной невинности, когда я прикасаюсь к ней? Почему ты впервые поцеловала меня, как неопытная школьница? – Он замолчал; его теплое дыхание касалось ее уха. – Плата, которую я требую, – ответ на единственный вопрос. Только один. Мира.

– Вы знаете все обо мне. Я сказала вам все…

– Нет. Я не знаю всего.

– Тогда что это за вопрос?

– Ты действительно любовница Саквиля?

24
{"b":"14422","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Чужестранка. Изгнанник: графический роман
Мама и сын. Как вырастить из мальчика мужчину
Все-все-все лучшие истории о Простоквашино
Смертоносный вирус «А». Кто «заразил» СССР Афганской войной
Все сказки старого Вильнюса. Начало
Rework: бизнес без предрассудков
Франкенштейн, или Современный Прометей
Таинственная история Билли Миллигана
Адвокаты не попадают в рай