ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Увидев ее, он остановился и улыбнулся.

– Кажется, я заблудился, – сказал он, с восхищением глядя на Миру.

В смущении и замешательстве она не нашла, что ответить.

– О… Карр Фолкнер, – сказала Розали, подойдя. – Как приятно встретить вас здесь.

– Леди Беркли, – ответил молодой человек, продолжая смотреть на Миру. – Сегодня день приятных сюрпризов.

Слегка подтолкнув Миру локтем, Розали представила их друг другу, и Мира позволила молодому человеку поцеловать свою холодную руку.

«Карр Фолкнер», – думала она, медленно приходя в себя. Если в «Павильоне» есть еще кто-то из Фолкнеров, она молила Бога, чтобы в следующий раз не столкнуться столь неожиданно с кем-нибудь, кто так сильно похож на Алека. Как бы ни был привлекателен любой из Фолкнеров, все они лишь жалкая пародия на Алека.

– Он двоюродный брат герцога Стаффордширского, – зашептала Розали. – Может быть, ты забудешь самого герцога?..

«Ты имеешь в виду того, с кем я тогда каталась на санях? – поражение думала Мира. – Того, в кого я влюбилась в дни охоты у Саквиля? Того, кто знает мои тайны, того, кто был моим первым мужчиной? Да, я надеюсь, что смогу забыть его…»

Глава 10

– Мы должны быть очень осторожны, – сказала Розали, рассматривая свое отражение в большом зеркале – бархатное платье, украшенное дорогими кружевами, было великолепно. Мэри, служанка, приехавшая с ними из Беркли-Холла, делала последние приготовления, поправляя подол ее платья. – Сегодня я собираюсь найти способ поговорить с Канингом по поводу Брумеля – возможно, во время танцев. Но мне потребуется твоя помощь, и помни, это должно быть сделано в полной тайне. Любой намек на необычное поведение будет тут же замечен, очень многие здесь искушены в подобного рода интригах – это слишком подходящее окружение для того, чтобы раздуть скандал.

– Неудивительно, – ответила Мира, прикалывая маленькую шляпку из зеленого бархата, – ведь это маскарад. Каждый, скрывшись под маской, хочет увидеть все, будучи сам неузнанным.

– Нет, – ответила Розали, – от меня нельзя скрыться даже под маской – всегда есть нити к разгадке. К примеру, короля можно будет узнать по толстому животу, а блондинка рядом с ним – леди Конингем.

Мира уловила яд в ее тоне. Непривычно слышать от Розали недипломатичные или злые слова о ком-нибудь, однако было заметно, что не только король, но все его приближенные вызывали ее презрение.

– Кто такая леди Конингем?

– Его новая любовница. Он наградил ее титулом «леди Стюарт». Они оба притворяются, что она посвящена лишь в его хозяйственные дела, но всем, включая ее мужа, прекрасно известно, что она делит с ним королевское ложе. – Розали с неприязнью покачала головой. – Мне непонятно, что мужчины находят в подобных женщинах. Она пустая, глупая, жадная, она поощряет короля во всех его дурных привычках.

Он подрывает свое здоровье перееданием, а потом опиумом и хинином лечит расстройство желудка…

– Опиум, хинин! – воскликнула Мира, поморщившись. – Порошок галанги помогает куда лучше, чем…

– Пусть употребляет столько хинина, сколько ему нравится, – сказала Розали, пожимая плечами. – Скоро он станет настолько толстым, что не сможет двигаться. Из-за него мой отец умирает голодной смертью в изгнании во Франции.

Ты видела, какой он худой? Раньше он весил восемьдесят – девяносто килограммов, а во время нашей последней встречи в нем было не больше шестидесяти!

– Розали, – заметила Мира, – я бы посоветовала тебе говорить потише, когда ты упоминаешь Брумеля или короля.

Розали внезапно рассмеялась:

– Ты боишься, что меня повесят за государственную измену?

– Хуже. Я боюсь, что лорд Беркли прослышит про наши приключения.

При упоминании о муже у Розали округлились глаза.

– Боже, я забыла, сколько времени! Дослушай мой план, пока не пришел Рэнд. Когда мне удастся улучить несколько минут для разговора с Канингом, я попрошу его дать Брумелю место в Кале, как посоветовал лорд Элвенли.

– Но как ты собираешься сделать это, чтобы твой муж ничего не заметил? Кроме того, все, кто увидит, что вы с Канингом удалились вдвоем, могут не правильно истолковать…

– Именно поэтому мне нужна твоя помощь… – начала Розали, но в этот момент раздался тихий стук в дверь. – Это Рэнд, – в отчаянии прошептала Розали. – Впусти его, Мэри, – сказала она служанке, а Мира отвернулась к зеркалу.

– Мы, как обычно, опаздываем, – произнес он вместо приветствия, входя в комнату и оглядывая наряд жены. Его красивое лицо расплылось в улыбке. – Леди Беркли, вы, как всегда, неотразимы, – отметил он.

Мира не могла сдержать улыбку, когда смотрела на Беркли. Они были великолепной парой.

Розали была в костюме Маргариты де Валуа, супруги Генриха IV. Ее великолепное платье из алого бархата было украшено золотым шитьем и жемчугом; оно плотно облегало стройную талию, а пышная юбка ниспадала широкими складками. Лиф платья имел глубокий вырез и также был расшит золотом и жемчугом, дорогие кружева элегантно обрамляли открытые плечи. Пышные рукава заканчивались золотыми лентами. Розали, кокетливо улыбнувшись, раскрыла веер. Ее волосы были заколоты высоко на затылке, аккуратно уложенные кудри поддерживали изящную драгоценную корону, венчавшую ее голову.

– Сегодня меня будет сопровождать самый элегантный в Англии мужчина, – сказала она, глядя на мужа.

Рэнд, естественно, был одет в костюм Генриха IV; его крепкая сильная фигура была облечена в одежды шестнадцатого века – голубой, шитый золотом, камзол, шпоры на сапогах, голубая подвязка на левой ноге и три горностаевые полосы на левом рукаве. Его глаза, пышные волосы и загорелая кожа прекрасно гармонировали с роскошным костюмом.

– Тебе не хватает только белоснежного коня, – продолжала Розали, а Беркли улыбнулся в ответ.

– Все, чего мне не хватает, – это моей королевы, – ответил он, протягивая ей руку. – Пойдем на бал, пока я не почувствовал себя расфуфыренным дураком.

– Подожди, ты не оценил костюм Миры.

Мира слегка покраснела. По требованию Розали она повернулась, демонстрируя свой наряд.

– Служанка Марион, – одобрительно рассмеялся Рэнд. – Великолепно! Я не могу представить лучшего костюма для лесной феи.

– Мы беспокоились насчет длины юбки – это слишком смело, – критически заметила Розали, но Рэнд отрицательно покачал головой.

– Великолепно, – повторил он.

Костюм служанки Марион отличался дерзким шармом, который так шел Мире. Платье было сшито из зеленого и коричневого бархата; юбка и лиф отделаны темной оборкой, маленькую шляпку, как у Робин Гуда, украшало перо.

Юбка была короче обычной длины и доходила до верха мягких коричневых сапожек. В этом наряде, с ниспадающими темными волнами волос, она была похожа на маленького эльфа.

Мира нервно поправляла платье, когда они спускались вниз, где в алтарях Бахуса, Аполлона, Венеры, Минервы и Марса курился фимиам. В «Павильоне» звучала музыка – оркестр играл веселые мелодии. Король еще не появился, но все шептались, что он должен быть в турецком костюме, который кто-то заметил в алькове, примыкающем к бальному залу. Мира смотрела вокруг с удивлением и восторгом, восхищенная необычными, яркими и нередко смелыми костюмами гостей. В то время как пожилые дамы и вдовы сидели по краям зала и наблюдали за своими подопечными, молодые леди кружились в танце с волшебниками, чудовищами, сказочными героями, негодяями и мифологическими персонажами.

Как только они вошли в зал, молодой человек в костюме средневекового рыцаря подошел к Мире. Это был Карр Фолкнер в железных латах, черных облегающих штанах и грубых сапогах. Он обратил к ней приветливый взгляд темно-зеленых глаз из-под черных ресниц. Мира улыбнулась в ответ, ей понравился его несколько грубоватый шарм. Было ясно, что он ожидал ее появления.

– Мисс Жермен, – произнес он с полуулыбкой, так сильно напоминавшей Алека, что у Миры перехватило дыхание. – Или мне изменяет память, или вы сегодня еще более восхитительны, чем вчера.

51
{"b":"14422","o":1}