ЛитМир - Электронная Библиотека

Мерик знал, в чем состоит его долг. Он защитит девушку, даже если это приведет к гибели Аласеи. Какое дело его соплеменникам до несчастья этой страны! Их давно отсюда изгнали. Значение имела только миссия, которую ему поручила королева, – вернуть наследницу потерянной королевской династии элв’инам.

И он добьется успеха.

– Лети, – прошептал он ястребу. – Отправляйся в Стормхейвен. Найди мою королеву. Скажи ей, что время истекает. Она должна освободить армаду Грозовых Туч, пусть боевые корабли снимаются с якоря.

Мерик подбросил ястреба вверх, тот с пронзительным криком поймал морской бриз и расправил крылья. Сделав широкий разворот, птица промчалась над крышами Порт-Роула и растворилась в солнечном сиянии.

Небесно-голубые глаза Мерика проследили за ее полетом. Его последние слова были похожи на легкий вздох.

– Мы должны остановить Элену.

Утреннее солнце уже начало приближаться к середине небосвода. С тяжелым сердцем шагал Тол’чак вслед за своими спутниками по улицам Порт-Роула. Он всю ночь оплакивал мать. Точно свеча, она короткое время озаряла его пустую жизнь, а теперь погасла. Он даже не успел насладиться теплом настоящей жизни в семье. Впрочем, сейчас было не самое лучшее время для сожалений. Огр ожесточил свой дух и снова ступил на путь, указанный старейшинами его народа. А следующим шагом, который позволит ему продолжать и дальше исполнять свой долг, была необходимость убраться из этого мерзкого города. С него хватит зловония улиц и несчастных душ, крадущихся в маслянистой тьме.

Скрываясь под черно-золотым плащом городской стражи и пряча лицо, огр шел по улицам города, сгорбившись, чтобы скрыть свои размеры. Впрочем, Тол’чак не сомневался, что в таком отвратительном городе присутствие огра из высокогорий вызовет лишь осторожный интерес, касающийся цены снятой с него шкуры.

Крал вел за собой маленький отряд, держа топор на виду. Могвид прилип к тени Тол’чака, точно мышка, прячущаяся за быком. Через некоторое время горец остановился на пересечении двух узких улиц и принялся сердито осматриваться. Земля здесь была разбита колесами фургонов, повсюду виднелись навозные лепешки и мусор, который выбрасывали из близстоящих домов. Из окон второго этажа выглядывала парочка женщин.

Одна из них плюнула в Крала – и попала. Он вытер щеку краем плаща.

– Уносите отсюда свои задницы! – храбро выкрикнула женщина. – Нам здесь стража ни к чему. Мы заплатили налоги еще в прошлую луну. Валите с нашей улицы!

Тол’чак еще глубже натянул на голову капюшон плаща. Судя по всему, здесь не слишком жаловали стражу.

Крал, не обращая внимания на вопли, оглянулся на огра.

– Думаю, мы недалеко от южных ворот.

Однако в его голосе прозвучало сомнение.

Могвид осторожно пробрался вперед, то посматривая на женщин наверху, то вглядываясь в темные переулки.

– А как же мой брат? – спросил он. – Фардейл, наверное, все еще сторожит лошадей.

– Я помню, – ответил Крал. – Мой Роршаф стоит в той же конюшне при постоялом дворе. Но гарнизон уже поднят по тревоге. Нам повезло, что в поднявшейся неразберихе мы сумели скрыться. Очень скоро кто-нибудь отдаст приказ закрыть городские ворота и начать охоту за сбежавшими рабами. Надо уйти из города до этого.

– Но Фардейл?..

– Он волк. Ночью он легко сумеет выбраться из города. Он знает, где Элена, и вернется к ней. Может, он уже сбежал, когда нас схватили.

Тол’чак положил руку с когтями на плечо Могвида.

– Я знаю, ты беспокоишься о брате, но Крал прав. Одинокий волк не привлечет внимания.

Могвид что-то мрачно проворчал и выскользнул из-под его руки, а потом махнул Кралу, чтобы тот шел дальше, но горец опять вернулся на дорогу. Он стоял, почесывая голову, явно не зная, какое направление выбрать.

Как раз в этот момент из-за угла появилась сгорбленная старуха с кривой палкой в руке, которая только чудом не налетела на широкую грудь Крала. Она отступила на шаг, убрала с лица несколько выбившихся седых прядей и искоса посмотрела на препятствие, преградившее ей путь.

Нахмурившись, она замахнулась на Крала палкой.

– Убирайся с дороги, олух!

Такой несерьезной угрозы Крал не испугался.

– Бабушка, – вежливо проговорил он, – я с радостью отойду в сторонку, если ты укажешь нам дорогу к южным воротам.

– Уходите из города, да? – Она склонила голову набок, точно испуганная птица, и принялась разглядывать Тол’чака и Могвида. Затем повернула налево и заковыляла вдоль улицы. – Я знаю короткую дорогу и покажу вам ее. Только одно условие: вы крепкие ребятишки и составите мне компанию. У меня дочь и зять живут аккурат возле южных ворот, а я все равно собиралась их навестить.

Крал посмотрел вслед медленно ковыляющей старухе.

– Послушай, нам нужно только узнать направление. Если бы ты…

Тол’чак тронул локоть горца.

– Если мы пойдем с ней, на нас не будут так сильно обращать внимание, – прошептал он. – Они не станут искать старуху и ее стражей.

Крал вздохнул, но пошел вслед за сгорбленной пожилой женщиной, которая медленно семенила по улице.

– Может, ты ее понесешь, – пробормотал он в бороду, обращаясь к Тол’чаку.

– Я все слышала! – хихикнула женщина, не оборачиваясь. – Если у меня на глазах катаракта, это не значит, что я еще и глухая. А мои старые ноги носят меня уже почти целый век. И до ворот донесут.

Отряд медленно тащился дальше, ведомый тощей старухой, которая, насвистывая, пробиралась по задним улочкам и время от времени ухмылялась своим спутникам ртом, где осталось всего несколько зубов.

Тол’чак внимательно разглядывал женщину. Он подозревал, что ей совсем не нужна их защита; она была такой старой и оборванной, что даже самый ловкий разбойник в городе вряд ли сумел бы чем-нибудь у нее поживиться. Огр решил, что старухе просто нравится идти в компании, когда есть с кем поболтать и кому кивнуть время от времени, словно они давнишние друзья.

– Если вы любите болотные семечки в сахаре и каффи, – сказала она Могвиду, тащившемуся рядом с ней, – недалеко отсюда есть лавка. Можно зайти и передохнуть.

– Нет, спасибо, – ответил Могвид.

– Нам очень нужно поскорее добраться до ворот, – добавил Крал, на сдержанном лице которого начало появляться нетерпение.

– Но это недалеко, совсем недалеко, – пробормотала старуха и, продолжая насвистывать, завернула за следующий угол, углубившись в лабиринт узких улочек.

Здесь жалкие дома были выше и стояли ближе друг к другу. Ощущение замкнутого пространства усиливали фундаменты, настолько изъеденные временем и солью, что некоторые дома клонились вперед, словно пытались рассмотреть прохожих, а другие, будто подвыпившие гуляки, приникли к своим соседям. Крал тяжело вздохнул.

Старуха уже окончательно запутала их среди этих жалких строений, и Тол’чак подозревал, что горец давно потерял всякое представление о направлении.

– Ты знаешь дорогу отсюда до ворот? – шепотом спросил он у Крала.

– Я мог бы ее найти… рано или поздно.

Горец внимательно следил за дверными проемами и боковыми улочками, опасаясь, что их в любой момент может ждать засада.

Вскоре солнце уже стояло у них над головами, и утренний ветерок стих. Однако маленький отряд по-прежнему петлял в лабиринте боковых улиц. Крал продолжал сжимать в руке топор, сначала – в одной, потом – в другой. Наступившая жара и появившееся вместе с ней страшное зловоние напомнили им, что в Порт-Роуле все еще царит лето. Запах тухлой рыбы оспаривал первенство у вони человеческих отходов, словно с тех пор, как свежий воздух гулял по этим улицам, прошло немало зим.

– Хватит! – наконец рявкнул Крал, заставив всех остановиться.

Старуха повернулась и тяжело оперлась на свою палку.

– Что такое? – раздраженно спросила она.

– Мне показалось, ты сказала, что знаешь короткую дорогу до ворот?

Старая карга громко вздохнула.

– Если вы не хотите попасться на глаза страже, это самый короткий путь.

28
{"b":"14435","o":1}