ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Вы сами знаете, почему, – сказал лейтенант, пожав плечами. – Официально Форпост еще не готов выполнять свои задачи. Но возникла необходимость. Мы выполняли приказ.

Сержант Хэллер недовольно косился на Цеце. Ему-то все было ясно. Есть враг, и врага необходимо уничтожить. Есть приказ, и приказ надо выполнить.

– А что, все-таки, со Зверем, сэр? – со своего места поинтересовался Гнутый. – Неужели вам совсем ничего не известно?

Лейтенант помрачнел. Сказал сухо:

– Я не имею права что-либо говорить об этом… – он замолчал, оглядывая лица своих бойцов. Кто-то слушал с интересом, кто-то откровенно скучал. Сержант Хэллер усердно таращился на стену. Капрал Енчек, командир второго отделения, скреб ногтем пластиковое покрытие стола. Рядовой Голованов черкал что-то в своем блокноте. Как обычно. Действительно – Писатель. Правильное дали ему прозвище.

– Но я скажу, – проговорил лейтенант, и с удовлетворением заметил, как ожили глаза подчиненных. – Капрал Эмберто здесь, на территории Форпоста. Звания его не лишили. Люди из спецслужбы беседуют с ним. Никаких официальных обвинений капралу пока не предъявлено.

– Почему же его держат в изоляции?

– Этот вопрос не ко мне, – лейтенант развел руками.

– Гнилые они люди, – пробормотал Рыжий. В голосе его было столько злобы и ненависти, что Павел оторвался от своих записей и оглянулся.

– Гнилые! – громко повторил Рыжий и отвернулся в окно.

Стало тихо.

Билась в стекло муха. Где-то далеко надрывно гудел дизель.

– Что ж, – сказал лейтенант, – на сегодня, думаю, хватит.

Он читал личное дело Рыжего и догадывался, откуда в нем эта злость и недоверие к людям из спецслужб.

– Занятие закончено, – объявил лейтенант и вышел до того, как бойцы поднялись со своих мест.

6

После обеда Павел сразу же направился в канцелярию за увольнительной и обещанной премией. В дверях он нос к носу столкнулся с Некко. Здоровяк схватил его за плечо и только после этого увидел, кого он поймал. Хищно усмехнувшись, Некко сдавил плечо Павла, и зашипел, кривя губы:

– Готовься, чемпион. В следующий вторник. Вечером. Я сотру тебя в пыль. Я размажу тебя по рингу…

Возможно, Некко размазал бы Павла прямо сейчас, на широком крыльце канцелярии. Но здесь было слишком много свидетелей. Двустворчатые автоматические двери то и дело открывались перед снующими людьми. В курилке неподалеку расположилась группа молодых офицеров, они что-то живо обсуждали, смеялись громко. На колоннах, подпирающих крышу, медленно поворачивались из стороны в сторону все фиксирующие видеокамеры.

Павел, стараясь не показывать, что ему больно, ухватил большой палец Некко, вонзившийся в плечо. Вывернул его, и хватка здоровяка ослабла.

– Почему ты так меня ненавидишь? – негромко спросил Павел, снизу вверх заглядывая в исказившееся лицо Некко. – Что я такого сделал?

– Я – чемпион! – Некко словно не слышал вопроса. – Я – лучший! – Вторая его рука вцепилась Павлу в плечо, впилась пальцем в ямочку над ключицей, и Павел присел, заскрежетал зубами от боли.

– Во вторник! – Некко щерился, с упоением ощущая, как мнется в ладони разом ослабшее плечо соперника. – Готовься!

Павел резко отшатнулся, одновременно ударил клином сомкнутых рук снизу по каменным запястьям противника, перехватил соскользнувшую ладонь, вывернул ее, скрутил, навалившись всем телом. И теперь уже Некко присел, скрипя зубами от боли и ярости.

– Эй, что тут у вас? – остановился около сцепившихся бойцов проходящий мимо незнакомый офицер.

– Ничего, сэр, – Павел попытался улыбнуться. – Просто показываю товарищу один прием.

Он толкнул противника, отпустил его руку и проскользнул в услужливо распахнувшуюся дверь.

Рядовой Некко, пыхтя, тер ладонь. Боевой запал как-то разом угас, но злоба стала еще сильней, еще более жгучей. Ничего, во вторник все встанет на свои места. Надо лишь чуть-чуть подождать. Здесь многое нельзя, но на ринге можно все…

Офицер долго смотрел на раскрасневшегося бойца, что-то бормочущего себе под нос, потом спросил:

– Это тебя называют Титаном?

– Да, – Некко вскинул голову.

– Я видел, как ты дрался… Ты знаешь, что твой соперник умер?

– Да.

– Это ты его убил.

Некко ухмыльнулся горделиво. Запротестовал:

– Я не убивал его. Я просто его ударил. Умер он сам.

– Будь осторожней, рядовой, – помолчав, сказал офицер. – Будь осторожней.

Глава 9

23.06.2068

Сегодня суббота, и мы едем в город!

Деньги нам выплатили, все бумаги подписаны. Рыжий ходил к техникам, у него там знакомые, договорился – они после обеда собираются на дальние склады, туда пойдут порожняком, и согласны захватить нас. Обратно уж как-нибудь доберемся сами. В понедельник мы должны быть на утреннем построении. Так что все выходные – наши.

Смотрели в сети: город молодой, небольшой – сто тысяч населения. Называется Кимора. Звучит как-то по-японски, хотя основан китайцами, получившими российское гражданство. Население пестрое – русские, китайцы, буряты, монголы. Два крупных промышленных предприятия – горнорудный и целлюлозный комбинаты. Город достаточно богатый, так что, думаю, будет где погулять.

Едем всем отделением. Только две вещи несколько омрачают радость. Первая: Зверь не с нам. И вторая: с нами сержант Хэллер.

С самого утра все собираются: отглаживают форму, полируют зубы и ботинки. Гнутый достал коробочку с наградами, нацепил на китель – вся грудь в медалях. Где он столько насобирал? Ухо возится со своим ремнем, чистит офицерскую бляху – для него она лучше всяких медалей. Надо бы расспросить поподробней, что за история связана с этим ремнем. Шайтан занимается садомазохизмом – выдергивает из носа волосы. Цеце ничего не делает. Валяется на койке и рассказывает, что первым делом он закажет в ресторане, если туда попадет.

Гнутый собирается взять с собой хота. Уже припас для него поводок и ошейник. Зверюга, видимо, чувствует общее настроение: сидит в клетке, ничего не жрет, разглядывает нас зелеными кошачьими глазами, будто ждет какого-то подвоха. Занятный зверь.

Культурная программа на эту поездку у нас одна: как следует выпить. Повод – обмывание моего нового прозвища и боевого крещения. Потому основные расходы ложатся на меня.

Вместе с нами в город едут еще три человека из нашей роты: немец Курт, белорус Пекарь и венгр Хорти. Они дрались вместе со Зверем, вместе отступали, прикрывая друг друга, потроша открывшееся яйцо разрывными пулями и сдерживая двух киберов. Но они выполняли приказ, уходя с поля боя, поэтому их лишь несколько раз вызывали на дознание. Что со Зверем, они тоже не знают.

Что со Зверем?

Эта мысль гложет нас всех…

1

Дизельные грузовики повышенной проходимости, сердито рыча, взбирались на склон сопки по дороге, выстеленной бетонными плитами. Позади осталась крепость Форпоста, охраняемый шлюз КПП, три линии ограждения. Впереди горбатился сопками горизонт, плыли по небу навалы чистых облаков, и жизнерадостно блестело солнце.

Впрочем, ничего этого бойцы, находящиеся в кузове-кунге, не видели. Они сидели на жестких откидывающихся скамьях среди глухих стен и хватались за все, что подворачивалось под руку, когда грузовик начинал трястись и прыгать на разошедшихся стыках бетонных плит.

Когда вездеходы выползли на вершину сопки, впереди в жарком пыльном мареве показался город. Он расположился в небольшой долине, где петляла широкая, но мелководная река, иссеченная мостами, испещренная крапинами голых островов. Казалось, город стек в эту низину по пологому склону горы, оставив на нем редкие россыпи строений – как ползущий и таящий ледник оставляет за собой груды валунов.

Грузовики рявкнули сигналами, давая понять слепым пассажирам, что конец путешествия близок.

25
{"b":"14447","o":1}