ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

У мистера Соси вид безупречного джентльмена. И даже подчеркнуто оксфордский акцент. У него честнейшие глаза и манеры слегка усталого бизнесмена. Если вы ткнете в него пальцем, то тело у него как желе бланманже. А если вы захотите убедиться, что это никто иной, а именно чародей Сося, то задерите у него рубашку. Тогда вы увидите у него на левом боку огромное пятно. Даже и не пятно, а весь бок черный. То самое, что в темные века называлось печатью дьявола. И дьявол недаром припечатал ему эту печать на левом боку: ведь на советском жаргоне педерастов так и называют – левый мальчик. Теперь это, конечно, просто так – пигментация.

Однако в тайных обществах гуманистов-сатанистов эту печать дьявола даже и в наше время оценили по заслугам, и вскоре тайобщик Сося получил повышение по службе. Он стал закулисным руководителем «Международного братства писателей», которое работало на деньги Сн-ай-эй и издавало книги советских писателей-диссидентов.

Ах да, что такой тайобщик. Это новый советский неологизм. Знаете, соцмодернизм. Раньше были подпольщики, а теперь – тайобщики. Просто люди, у которых есть что скрывать.

А насчет диссидентов… Так это ж просто декаденты. В лучшем случае импотенты. Почитайте-ка рассказ «Пхенц» диссидента Андрея Синявского, он же Абрам Терц. Пхе-е…

У мистера Соси очаровательная жена-шикса, и никому не придет в голову, что эта бесплодная смоковница служит только для камуфляжа. И у Соси мамеле – настоящая караимская гранд-дама. Правда, несмотря на столь аристократическую маму, некоторые сослуживцы уже называют его сукиным сыном. Но, откровенно говоря, любая разведка – это грязное дело, и лишний сукин сын там не минус, а плюс.

Плохо только то, что Сосе подошло то время, когда у женщин начинается климактерический период и появляется склонность к полноте. А поскольку у Соси гормоны были не совсем мужские, то и у него начался климактерический период, и он страшно разжирел. Если раньше он походил на раскормленного вундеркинда, а потом на толстозадую римскую матрону, то теперь он превратился в типичного американского миллионера, каким его изображают на советских карикатурах.

Сося купил себе на распродаже за 9 долларов и 99 центов патентованный бандаж-брюходержатель и с завистью рассматривал в журналах фотографии настоящих миллионеров, которые как назло все были такие худые, как советские колхозники.

Сося был большущий любитель поесть и выпить, а теперь врачи приписали ему бескалорийную диету. И вот, живя в американском раю, где можно было б наконец поесть в свое удовольствие, бедный Сося питался всякими химическими препаратами, глотал голодные слюни и задыхался от собственного жира. Ему запретили даже кока-колу.

Так бывший гомо совьетикус Сося-Агасфер превратился в гомо американус. И бывший комиссар дома чудес опять комиссарит – в темноте, сзади и наоборот.

Когда царь Никита гостил в Вашингтоне, он хвастался, что американская разведка на 30 процентов работает для СССР. Царь Никита умер, но дело его живет.

Жаль только, что в связи с переходным периодом у Соси-Агасфера начались климактерические психозы. Днем он ходил к психоаналитику, а по ночам его мучили всякие кошмары. То его, как Пхенца, преследуют всякие глупые женщины. То его дразнят всякие бесенята в форме голеньких мальчиков. А потом начинаются головные боли.

С точки зрения психоанализа Сосю просто мучит его нечистая совесть. Хотя сам-то он не так уж и виноват. Ведь все это, как говорится, за грехи отцов. Впрочем, и матерей тоже.

Конечно, многие отцы и матери, всякие там Муси, Дуси и Пуси, с этим не согласятся и скажут, что в наше просвещенное время писателям бумагомарателям не полагается заниматься религиозной демагогией, то лучше б было раскрыть Сосину душу поглубже и поискать там что-нибудь хорошее.

Хорошо… Вот в результате всего этого – за грехи отцов – Сося и решил, что детей ему лучше не делать. Это было, пожалуй, самое хорошее побуждение в душе Соси.

Если вы хотите проверить какого-нибудь человека на легионизацию, то самым лучшим способом является проверка семейного дерева. Ибо, как сказано в Писании, виноград не растет на терновнике, и плоды узнаются по дереву.

В связи с ликвидацией «Профсоюза святых и грешников» в 13-м отделе разбирали личное дело управделами дома чудес Артамона Артамоновича Брешко-Брешковского. И картина получалась такая.

Дед по отцу был алкоголиком и умер от белой горячки. Дед по матери был поэтом и повесился. Бабушка по отцу умерла в сумасшедшем доме, а бабушка по матери – в монастыре. Отец был тайобщиком и революционером-февралистом, а мать – просто психопаткой.

Один дядя был эпилептиком, а второй – наркоманом. Одна тетка была знаменитой революционеркой, а вторая – просто клептоманкой. Один брат был эсером-террористом и после революции был расстрелян в ЧК. Второй брат был большевиком и работал в ЧК, а потом был расстрелян в НКВД. Один племянник был коммунистом-спартаковцем и погиб в гитлеровском концлагере, второй племянник был троцкистом и погиб в советском концлагере, а третий племянник был убит во время гражданской войны в Испании, в отряде анархистов-синдикалистов.

Все они, казалось бы, боролись за свободу. Но результаты этого были довольно печальные. Это была та странная свобода, которую чертоискатель Бердяев называет трагической свободой. То самое ничто, которое ничтожит.

Кстати, жена Артамона, Раечка, была его троюродной сестрой. И семейное древо у Раечки было нисколько не хуже, чем у Артамона. Потому-то они благоразумно воздерживались от потомства.

Все свою жизнь колченогий Артамон кормился около Гильруда-отца, а затем около Гильруда-сына. По классификации 13-го отдела он был типичным шабес-гоем, то есть гоем, который прислуживает евреям. А по философии Бердяева – это союз сатаны и антихриста.

Исходя из этого, шабес-гоя Артамона вместе с Раечкой тоже пустили по конвейеру спецпроекта «Агасфер». После того как раскрылась тайна дома чудес, Артамон запсиховал так, что его нужно было садить в психбольницу. Поэтому ему предложили на выбор: или мы засунем тебя в дурдом – или выметайся из СССР. Затем Артамону и Раечке пришлепнули израильскую визу и отправили в Вену. Ведь теперь там центр международных еврейских организаций. И дальше вы там сами разберетесь.

Вскоре Артамон очутился в Мюнхене, который служил своего рода плацдармом американской психвойны против СССР. А тут, как говорится, не имей сто рублей, а имей сто друзей. При помощи чародея Соси, который теперь служил ведуном по советским делам в американской разведке в Вашингтоне, шабес-гой Артамон стал редактором солидного журнала «Мосты», который как бы перекидывал мосты между Западом и Востоком.

Издавались эти «Мосты» на деньги какого-то доброго американского дядюшки, но все воробушки на крышах Мюнхена чирикали, что это Си-ай-эй. Да еще поговаривали, что это «Мосты» без перил и по ним лучше не ходить. Этот журнал имел специальную декадентскую начинку и служил для переманивания на Запад легионеров из числа советских туристов или служащих советских учреждении за границей.[10] Потому-то редактором там и посадили бывшего директора спецшколы для дефективных детей.

Американские психвояки были страшно рады, что в лице Артамона они получили старого и проверенного психа. Не нужно тратить время и доллары на специальные Роршах-тесты, на тесты с чернильными пятнами и на тесты проверки ротового эротизма.

Попав из СССР на Запад, Артамон сразу же развернулся вовсю. Он с головой окунулся в общественно-политическую работу и вскоре организовал русское зарубежное временное правительство, где сам Артамон был президентом и премьер-министром, а его жена Раечка делала все остальное.

Плохо было только то, что по соседству существовали еще два подбных правительства. Однако Артамон и здесь не растерялся. Вскоре в подвале у Артамона взорвалась бомба, и об этом писали во всех газетах, даже в «Новом русском слове». И всем было ясно, что если на Артамона покушаются, то, значит, с ним считаются, значит, он настоящий глава настоящего правительства. Так правительство Артамона получило дипломатический статус.

вернуться

10

Теперь такую же роль играет журнал «КАНТинент».

76
{"b":"14470","o":1}