ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Однако спустя несколько дней полиция поймала убийцу. И сразу же в газетах появились все подробности. Убийцей был мужчина в возрасте 24 лет, по имени Бобби Фостер, и по профессии каменщик. Уже в возрасте 15 лет Бобби убил молотком своих дедушку и бабушку. За это его подержали немножко в сумасшедшем доме, а потом отпустили на поруки, чтобы он жил со своей матерью. Спустя некоторое время Бобби укокошил свою мать и ее подругу и для верности даже отрезал им головы. Его опять подержали в сумасшедшем доме – и опять выпустили.

Теперь же выяснилось, что за это время Бобби убил еще 17 человек, в большинстве молоденьких студенток. Оказывается, он какой-то несбалансированный гомосексуалист с садистскими наклонностями, но очень сложного и редкого типа. Совокуплялся он и с женщинами, и с мужчинами, и с животными. Но полное удовлетворение он получал только во время убийства.

Помимо того что Бобби занимался преимущественно ротовым эротизмом, он был еще немножко каннибалом-людоедом и в качестве деликатесов вырезал у своих жертв половые органы и груди. На правой руке у него была татуировка «Рожден для ада».

Затем начинался американский гуманизм. Как обычно, американская пресса с величайшим наслаждением размазывала на своих страницах все детали убийства. Пресса нисколько не возмущалась убийством, а занимала как бы нейтральную позицию. И, как это ни странно, пресса больше сочувствовала сумасшедшему маньяку, чем тем, кого он убил.

Все это шабес-гой Кока прекрасно знал. Но раньше это касалось других. А теперь это касалось его самого. И он поднял крик:

– Почему этого дегенерата не посадили сразу же на электрический стул? Почему его два раза выпустили из сумасшедшего дома? Ведь это ж не гуманизм, а сатанизм!

А дальше пошло еще хуже. Каменщик Бобби вовсе не отрицал убийства Симы, но заявил, что Сима его сама задела и как бы соблазнила. И тут всякие психоаналитики, адвокаты дьявола, стали строить злоумные догадки, что раз Симе 13 лет, то это опасный возраст, когда просыпается секс. А раз она в 13 лет сама задела мужчину, то это значит, что она Лолита. Но тут нужно учитывать, что лолитчики и их Лолиты – это, как правило, минетчики; что означает латентную гомосексуальность, где рядом частенько копошатся комплексы разрушения и саморазрушения. А раз так, то, с точки зрения Фрейда, Симой руководил подсознательно комплекс саморазрушения. В общем, Сима сама же и виновата, что ее убили.

А некоторые адвокаты дьявола пошли еще дальше. Они злоумничали, что, поскольку Бобби сумасшедший, то, может быть, он все это просто выдумал и сам на себя клевещет. А поскольку убитую Симу нашел Кока, то, может быть, он ее сам и убил.

Почитав все это, старый СТН-ист Кока взбесился. Раньше он молился на свободную американскую прессу и с помощью московских диссидентов агитировал за такую же свободу печати в СССР. Теперь же он бегал по дому и истерически кричал:

– И это называется свободная пресса?! Кому эта свобода? Убийцам! Выродкам! Развели здесь такую преступность, как нигде в мире! Это не демократия, а сатанократия!

Раньше демократ Кока усердно боролся с нацизмом и сталинизмом. А теперь он злобно визжал:

– Чертова демосратия! Дегенератия! Вам бы Сталина сюда! Вместе с Гитлером! Они бы тут вам сразу порядочек навели!

Кокина жена, старая ведьма, от горя вдруг ударилась в мистицизм и шепчет:

– Кока, ведь этот проклятый Бобби по профессии каменщик… А ведь ты тоже… Может быть, это тебе сигнал с небес? Перст Божий…

Отец бедной Симы, мемзер Джерри Залман, был типичным евриканским либералом, хромавшим на левую ногу. Теперь же этот либерал скрежетал зубами:

– Почему верховный суд отменил смертную казнь? Этих судей нужно поставить раком – и расстрелять. Больное общество?! Им сюда нужно Карла Маркса и Троцкого – сразу вылечат!

Шикса Дока, бывший московский агент Си-ай-эй, плакала и кричала:

– Я в Москве была в большей безопасности, чем здесь, в Вашингтоне. Ведь это ж страна сумасшедших! Ведь в Америке преступность в семь раз больше, чем в Европе! Здесь уже на улицу выйти нельзя! Ужас! Смертоубийство!

Бедную маленькую Симу отпевали в церкви святого Фомы, где ведьма Дока когда-то венчалась. И церковь была битком набита ведьмами, которые все знали друг дружку. Тут была и ведьма Нина фон Миллер, бывшая дочь красного папы Максима Руднева, а теперь безродная космополнтка Нина Кларк, со своим мужем-оборотнем. Тут была и ведьма Лиза Чернова-Шварц, бывшая безродная космополитка, а теперь княгиня Горемыкина-Оболенская, тоже с мужем-оборотнем. И еще целая куча всяких ведьм и ведьмаков, чертей и чертовок, оборотней и леших, мемзеров и шикс, шабес-гоев и просто гоев.

Отпевал сам владыка Феофан, автофекальный архиепископ Сан-Французский, бывший князь Жох-Жоховский и тайный марсианин, который тоже был ведьмаком и только маскировался под архиепископа. Ведьмак-архиепископ дымил кадилом, а ведьмы горько плакали и усердно крестились.

У всех этих ведьм подрастали дети. И все они знали, что из этих деточек еще может получиться такое чудовище, как массовый убийца Бобби. Или может случиться такая нехорошая история, как с бедной маленькой Симой.

Хотя все эти ведьмы и крестились, но кому они молились: Господу Богу – или дьяволу, который только обезьянничает Господа Бога?

Бывший инструктор агитпропа Борис Руднев, который думал, что он инженер человеческих душ, так и не написал свою книгу об идеальных советских людях нового типа – гомо совьетикус. Жизнь или, если хотите, Господь Бог дали советскому Фоме Неверному суровый урок.

Побывав в ослиной шкуре президента дома чудес, Борис Руднев, как обещал колдун Апулей, приобрел настоящую мудрость. Потом с помощью ведьмы Нины, взлетев на крыльях, как любимец богов, он заглянул по ту сторону добра и зла и увидел там то древо познания добра и зла, которое знают только ведьмы да ведьмаки, которые платят за это высшим божеским даром – даром любви.

А любимец богов заплатил за это своей богиней, которая превратилась в ведьму. Так, горьким и тяжелым путем, он получил ключи познания добра и зла, счастья и несчастья, ума и безумия, жизни и смерти. Но ключи эти – ключи отравленные, – и они отравляют душу человека.

Вместо идеальных гомо совьетикус Фома Неверный узрел библейский легион гомосексуалистов всех сортов и оттенков: открытых и скрытых, честных и нечестных, полных и частичных, латентных и подавленных, активных, как чародей Сося, и пассивных, как его миньон князь Горемыкин. Всех тех, кого мучат бесы инкуб и суккуб, которые превращают мужчин в женщин и женщин в мужчин. В общем, 37 процентов доктора Кинси.

Вместо железобетонных советских людей нового типа инженер человеческих душ увидел потаенный легион доктора Фрейда: легион невротиков и психотиков, псишков и психопатов, в душе которых копошатся всякие фрейдовские бесы и бесенята. Обманчивые бесы шизофрении и паранойи, как у байстрюка Остапа Оглоедова и его семейства. Напористые бесы садизма, как у неистового шабес-гоя Артамона, или хилые бесы мазохизма, как у флегматичного гоя Филимона. Каверзные бесы мужской импотенции, как у злосчастного цыганского барона-мемзера, или женской холодности, как у ведьмы-мемзерши Нины. Веселенькие бесенята сатириазиса, как у Жоржика Бутырского, или нимфомании, как у поэтессы Ирины Забубенной. А за всем этим прячутся комплексные бесы разрушения и саморазрушения, убийства и самоубийства, которые портят жизнь человеку, начиная от самой простой ссоры между мужем и женой и кончая всемирными воинами и революциями.

Вместо веселых чудиков из дома чудес и недоделков из Недоделкино Фома Неверный узрел помимо спецпроекта настоящий профсоюз грешных святых и святых грешников. А за этим профсоюзом притаился еще один профсоюз – тайный союз сатаны и антихриста, которые, таки да, не только существуют, но даже и женятся. И даже плодятся. Только плоды эти всегда плохие.

Так, с помощью чар ведьмы Нины, член Союза советских писателей Борис Руднев на практике познал то, что в литературе испокон веков называется дьяволом, имя которому легион: это князь мира сего и князь тьмы, который делает все в темноте, сзади и наоборот; это ангел смерти и враг рода человеческого, который не может любить и не любит тех, кто любит; который есть начало всех споров и раздоров, экстремист, анархист и нигилист, корень всех пороков и преступлений – и уголовных, и политических; который есть лжец и отец лжи и который теперь поселился в печатной краске; который любит принимать вид ангела света, и который теперь маскируется под гуманиста и либерала, под демократа и диссидента, под несогласника или инакомыслящего; и который есть пятая колонна всех веков и народов. В общем, тот самый дьявол, который частенько обещает карьеру, славу и богатство, но обычно приносит горе и несчастье.

93
{"b":"14470","o":1}