ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Теперь, когда «Морской волк» оказался на безопасном расстоянии от берега, Череподробитель нашел в себе мужество высказаться.

– Приходите, добро пожаловать, – крикнул он насмешливо в ответ. – Если до этого наши воины не перебьют вас здесь. Давно уже король не развлекался, сдирая заживо кожу с рыжебородого язычника!

Эрик схватил Лейва за руку.

– Следуй за ними на «Кусающем ветер» и пригляди, чтобы эти мерзавцы не поднялись к Западному поселению или не высадили своих хитрых монахов до того, как обогнут южный мыс.

Лейв с Ульвом бросились собирать команду. Каждый из них подумал, что это даст ему возможность еще два дня взирать на прекрасную Норну, хотя бы издали.

Однако были и такие, кто решил, что Эрик слишком сурово обошелся с христианами.

Торстейн стоял рядом с Торхильд и слышал ее восклицание:

– Ты так позорно обошелся с шетлендцами, что я подумываю, не обратиться ли мне самой в христианскую веру!

– Ха-ха-ха! – Освободившись от напряжения, в котором он находился, чтобы не убить никого из непрошеных гостей, Эрик с облегчением засмеялся. Ему и в голову не пришло, что его жена могла говорить всерьез.

Эрик собрался покинуть причал и очень удивился, когда его остановил незнакомый старик с изуродованным шрамами лицом. Он догадался, что это один из прибывших сюда с шетлендцами. Сед – годы наложили свой отпечаток, но все еще прям и могуч.

Решив, что и он тоже христианин, Эрик снова стал злиться, но глубоко посаженные черные глаза незнакомца, хмуро смотревшие из-под густых бровей, усеянный красными прожилками нос, мрачное достоинство его манер и туго набитый золотом кошелек у пояса заставили вождя подождать, пока незнакомец заговорит:

– Обрати внимание, благородный вождь, – хриплым голосом сказал старый воин, взвешивая на ладони золото. – Вот тут целое богатство для человека, который окажет мне дружескую услугу, отрубив мне голову.

Решив, что перед ним сумасшедший, Эрик готов был со смехом отвернуться, но тот пояснил:

– Вот уже более шестидесяти лет я пытаюсь отдать жизнь в битве, чтобы занять место в Палатах Павших Воинов, в Валхалле. Я получил больше ран, чем целая дружина, но Сиятельная Смерть упорно избегает меня.

Протянув Эрику оба своих меча, он взмолился:

– Все мои высокородные друзья уже умерли, так прошу тебя, великий вождь, возьми любой из этих добрых клинков и устрой Хеллбору Шведу такую сечу, чтобы не вышел он из нее живым.

Теперь Эрику все стало понятно. Перед ним стоял такой же, как он, почитатель Тора, готовый умереть за свою веру[9]. Только как же удалось ему приплыть сюда вместе с христианами?

Поскольку вождь не принял ни одного меча, Хеллбор разразился пылкой речью:

– О, Эрик Рыжий, даже в отдаленной Дании слава о тебе, воине разящем наповал, достигла моих ушей и вселила надежду. Я плыл на торговом судне до Нидароса, а там присоединился к трусливым христианам, чтобы добраться сюда. Откажешь мне в смерти от твоей руки и будешь недостоин собственной славы! – Швед снова протянул свой меч рукояткой вперед.

Эрик сердечно хлопнул его по плечу.

– Негоже человеку погонять свою судьбу. А ты к тому же слишком достойный сын Тора, чтобы погибать в расцвете сил. Пойдем со мной и наслаждайся жизнью, пока будешь моим гостем!

Упавший духом и одновременно счастливый тем, что нашел друга в этом огромном бесплодном крае, Хеллбор Жаждущий Смерти стал медленно подниматься вслед за своим хозяином по склону.

Августовская луна округлилась и пошла на убыль, когда вернулся Лейв с известием, что корабль «Морской Волк» отправился прямиком к Шетлендским островам, даже не пополнив запасы свежей воды. Только корабль, которым управлял сын Эрика, был не «Кусающий ветер», тот шел следом под командой Ульва, а устойчивый драккар Бьярни Торговца.

– Приветствуйте «Оседлавшего Бурю», – гордо представил он свой корабль Эрику и Торхильд, которые, несмотря на ссору, вместе спустились к причалу встретить сына. – Провозглашайте здравницу в честь драккара, чей киль первым коснется берегов Нового Света на западе!

Он спрыгнул на причал.

– Мы с Ульвом поместим его в сарай до весны, а зимой приведем в порядок. Будет как новенький! Потом сделаем все необходимое для моего больше-не-откладываемого-путешествия-на-поиски-земли.

– Пусть боги не покинут тебя, мой сын! – одновременно воскликнули оба его родителя.

Сага о Лейве Счастливом, первооткрывателе Америки - any2fbimgloader6.jpeg

6. ТОРХИЛЬД СХОДИТ С УМА

Для большинства гренландцев зимние месяцы с их снежными заносами, темнотой, метелями и сильными морозами тянутся бесконечно долго. А для побратимов они пролетели незаметно. Вместе с дружинниками в ярко освещенном факелами сарае они занимались кораблем – тщательно проверяли и смолили «Оседлавшего Бурю», меняли оснастку, заготавливали щиты, чтобы прикрывать борта, вырезали носовое украшение, фигуру Скульды, самой юной из Норн, рисовали ее фигуру на парусе в образе валькирии верхом на быстром черном жеребце, который молнией перелетает через мост из радуги над морем облаков.

В марте день стал прибывать, и в один прекрасный апрельский полдень южный край высокого ледяного покрова на фьорде Эрика начал быстро таять под по-северному неверным солнцем.

В мае наступили погожие дни, и Лейв с Ульвом спустили корабль на воду, освободив его из зимнего плена, и поставили у причала Эрика. Пора было готовить драккар к давно задуманному путешествию. Они дружно взялись за дело: установили мачту и парус, забили трюм мясом, пивом и водой, подобрали последних из тридцати трех членов своей команды, выбирая из сыновей местных вождей, и подготовили все, что нужно для плавания, рассчитанного на целый год.

Золото и серебро, накопленные Лейвом, ушли на покупку корабля, поэтому Ульв отдал свое богатство на оплату съестных припасов и питья.

Тем временем по другую сторону причала Эрик Рыжий снаряжал свой корабль «Кусающий ветер» для плавания в Исландию, которое он тоже давно задумал. Поскольку нужно было убедить старинного соседа и партнера по шахматам Торбьерна, отца Ульва, переехать в Гренландию, Эрик решил сам отправиться за ним, привезти и устроить на том участке, который он присмотрел для его усадьбы как раз напротив Братталида, на другой стороне фьорда. Теперь оба корабля были готовы выйти в море. Завтрашний день увидит начало великого путешествия Лейва. Отец и сын собирались плыть вместе до южного мыса. Там они разойдутся – Эрик пойдет навстречу восходу, Лейв проложит путь в страну заходящего солнца.

В этот вечер Торхильд устроила для своих любимых мужчин и их дружинников прощальный пир, но при этом выглядела удивительно довольной отъездом мужа.

На следующее утро Лейв с Ульвом в последний раз проверили запасы еды, оружия, снаряжение корабля – все, казалось, было готово, чтобы отплыть с ближайшим отливом. При одной мысли сердце Лейва начинало биться так, что болели ребра, ведь час, о котором он мечтал с детства, наконец настал. Но когда он пересек причал, чтобы взглянуть, готов ли корабль отца к отплытию, то был потрясен, узнав, что Эрик в тот день еще даже не спускался. Предчувствуя неладное, Лейв побежал наверх к дому, но едва добрался туда, как навстречу ему из двери, ведущей в женскую половину, выскочил Эрик.

– Твоя мать приняла христианство, – выпалил он, обезумев от гнева. – Эти подлые шетлендские священники успели окрестить ее до того, как я вернулся и прогнал их.

Лейв потерял дар речи. В это невозможно было поверить.

– Да так ли это? – допытывался он.

– Все так и есть! С того времени она отказывалась лечь со мной в постель… даже в последнюю ночь, когда я ухожу на месяцы!

– Но почему? – Лейву по-прежнему не верилось, что его мать могла оказаться такой бессердечной.

– До этого часа она не объясняла мне, а теперь говорит, это потому, что она – христианка… а я – «язычник»! – Эрика душил гнев. – Ты только подумай, сын! И… она грозит мне, что больше никогда не ляжет со мной, если я не обращусь в христианство!

вернуться

9

По верованиям древних сканд., попасть в Валхаллу мог только павший в битве воин.

11
{"b":"14482","o":1}