ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Ну хорошо, прошу меня простить. Все дело в том, что мне просто до сих пор никогда не приходилось заниматься оперативной работой. Для меня это нечто незнакомое. — Надо надеяться, ему удалось изящно прикрыть свое отступление. — Что именно мне предстоит сделать и как я этим займусь?

— Мы отправим вас в Будапешт самолетом из «Хитроу». Наши люди встретят вас в аэропорту и отвезут в посольство. Вы проведете там пару дней — не больше, полагаю, — и проследите за тем, как Энди вывезет вашего «кролика» из Страны большевиков. Рэнди, как ты думаешь, сколько на это потребуется времени?

— Для того, чтобы провернуть такую операцию? Думаю, все будет готово к концу этой недели, в крайнем случае — к началу следующей, — высказал свои мысли вслух Сильвестри. — «Кролик» прибудет в Будапешт самолетом или поездом, а ваш человек на месте решит, как переправить его через «забор».

— Положим на это еще два-три дня, — прикинул сэр Бейзил. — Излишняя спешка никому не нужна.

— Хорошо. То есть, я буду отсутствовать четыре дня. Какая у меня будет «легенда»?

— Для вашей жены? — спросил Чарльстон. — Скажете ей, что вам надо отправиться… ну, скажем, в Бонн, по делам НАТО. Относительно сроков выскажитесь неопределенно, — посоветовал он.

Его развеселило, что такие вещи надо объяснять «простакам за границей».

— Хорошо, я согласен, — уступил Райан.

Мысленно добавив: «Как будто у меня есть выбор, черт побери!»

Вернувшись в американское посольство, Эд Фоули поднялся в кабинет Майка Барнса. Барнс, атташе под вопросам культуры, слыл в посольстве главным специалистом по всяким там искусствам. В Москве эта должность считалась очень ответственной. Культурная жизнь в Советском Союзе была достаточно богатая. Правда, значительная часть культурного наследия восходила еще к царским временам, однако это, похоже, нисколько не смущало нынешний коммунистический режим — вероятно, решил Фоули, потому, что великороссы стремились показать себя людьми «интеллигентными», сознающими свое превосходство над жителями Западного мира и в особенности американцами, чья так называемая «культура» была значительно моложе и примитивнее, чем великое прошлое родины Бородина и Римского-Корсакова. Барнс, выпускник Джульярдской музыкальной школы и Корнеллского университета, с особым восхищением относился к русской классической музыке.

— Привет, Майк, — поздоровался Фоули.

— Ну как, вам удается справляться с нашими писаками? — спросил Барнс.

— Как обычно. А у меня к вам один вопрос.

— Валяйте.

— Мы с Мери Пат подумываем о том, чтобы съездить куда-нибудь прогуляться, скорее всего, в Восточную Европу. Прага и все такое. Там можно будет послушать где-нибудь приличную музыку?

— Пражский симфонический оркестр еще не открыл новый сезон. Однако Йозеф Роса в настоящее время находится в Берлине и собирается оттуда отправиться в Будапешт.

— Это еще кто такой? Фамилия мне совершенно не знакома, — сказал Фоули, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет у него из груди.

— По происхождению венгр, двоюродный брат Миклоша Росы. Это американский композитор, пишет для Голливуда — лауреат «Оскара» за музыку к фильму «Бен Гур». Можно сказать, музыкальное семейство. Йозеф Роса считается великолепным дирижером. Хотите верьте, хотите нет, Венгерские государственные железные дороги имеют четыре симфонических оркестра, и Йозеф Роса будет дирижировать главным. В Будапешт можно добраться поездом или самолетом — все зависит от того, сколько времени у вас есть в распоряжении.

— Очень любопытно, — задумчиво произнес вслух Фоули. «Просто очаровательно,» — добавил он про себя.

— Знаете, в начале следующего месяца Московский государственный симфонический оркестр открывает новый сезон. У него новый дирижер, некий Анатолий Шеймов. Я его еще не слышал, но, как говорят, он очень неплохо знает свое дело. Если хотите, я без труда смогу достать вам билеты. Русский Иван очень любит пускать пыль в глаза нам, иностранцам, а музыка у них действительно мирового класса.

— Спасибо, Майк, я обязательно подумаю над вашим предложением. До встречи.

Фоули вышел. Всю дорогу до своего кабинета он не переставал улыбаться.

— Боже всемилостивейший! — заметил сэр Бейзил, читая самую последнюю телеграмму из Москвы. — И какому же гению, черт возьми, пришла в голову эта мысль? — спросил он, обращаясь к пустоте.

Ах да, вот тут все написано. Сотруднику американской разведки Эдварду Фоули. «И каким же образом, черт бы его побрал, этот Фоули собирается провернуть такое?» — подумал директор Службы внешней разведки.

Он уже приготовился отправиться на противоположный берег реки, на обед в Вестминстерский дворец. Это мероприятие отменить нельзя. Что ж, зато будет над чем поломать голову за ростбифом и йоркширским пудингом.

— Вот уж действительно свалилось мне на голову счастье, — заметил Райан, вернувшись в кабинет.

— Джек, это будет не опаснее, как перейти через улицу.

Что, подумал Райан, вспоминая прошлый год, может стать весьма животрепещущим событием в самом центре Лондона.

— Саймон, я смогу позаботиться о себе сам, — напомнил коллеге он. — Однако если я допущу прокол, отдуваться придется кому-то другому.

— Джек, ты ни за что не отвечаешь. Тебе предстоит лишь наблюдать со стороны. С Энди Хадсоном я лично не знаком, однако у него безупречная профессиональная репутация.

— Замечательно, — сказал Райан. — Пора прерваться на обед, Саймон, и у меня очень сильное желание выпить кружечку пива.

— Как ты смотришь на то, чтобы заглянуть к «Герцогу Кларенскому»?

— Это тот тип, который утонул в бочонке мальвазии?

— Существуют и менее приятные способы отправиться в мир иной, сэр Джон, — заметил Хардинг.

— Да, кстати, а что такое мальвазия?

— Крепкое и сладкое вино, чем-то похожее на мадеру. Если честно, ее сейчас поставляют с тех же островов.

«Вот и еще один любопытный факт,» — подумал Райан, надевая пиджак.

Майор Зайцев просмотрел свое личное дело. У него остались две неиспользованные недели от предыдущего отпуска. В прошлом году Зайцевым не удалось съездить летом в Сочи — квота по центральному управлению КГБ на летние отпуска была полностью выбрана руководством. Планировать отпуск с ребенком дошкольного возраста в Советском Союзе, как и в любой другой стране, было значительно проще, — уехать из города можно было в любое время. Светлана ходила в государственный детский сад, однако пропуск нескольких дней познавательных игр с кубиками и цветными мелками был значительно более безболезненным, чем прогул недели — двух занятий в начальной школе, к чему учителя относились очень неодобрительно.

А в это время полковник Рождественский в своем кабинете на последнем этаже в который раз перечитывал последнее сообщение от полковника Бубового из Софии, только что доставленное курьером. Итак, болгарский лидер согласился выполнить просьбу Москвы, тактично воздержавшись от щекотливых вопросов. Болгары знают свое место. Глава государства, называющего себя суверенным, безоговорочно выполняет приказы офицера советского Комитета государственной безопасности. «Впрочем, именно так все и должно быть,» — мысленно отметил полковник Рождественский. И вот теперь полковник «Държавны сигурности» Строков может приступить к поискам исполнителя, определенно, турка. Операция «три шестерки» двинется полным ходом вперед. Надо будет сегодня же вечером доложить об этом Андропову.

— Три человеческих тела? — изумленно переспросил Алан Кингшот.

Заместитель сэра Бейзила, глава оперативного отдела, он сам имел огромнейший опыт оперативной работы в большинстве крупных европейских городов, сначала как «легальный» сотрудник, затем как особый агент, которого присылали из центра распутывать сложные проблемы. За спиной Кингшота были тридцать семь лет безупречного служения родине и королеве.

110
{"b":"14485","o":1}