ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Глава двадцать девятая

Откровения

Охраняемый дом оказался роскошным загородным особняком, который выстроил в прошлом веке человек, обладающий как средствами, так и вкусом. Обилие лепнины, массивная дубовая отделка, подобная той, какой в свое время обладали парусные линейные корабли Королевского военно-морского флота. Однако этот особняк был со всех сторон окружен сушей; до моря от него было далеко так, насколько это только возможно в этом островном королевстве.

Судя по всему, Алану Кингшоту это место было знакомо достаточно хорошо. Он лично отвез сюда беглецов на машине и проследил за тем, как они устроятся на новом месте. Прислуга из двух человек, следившая за домом, показалась Райану отставными полицейскими. Скорее всего, супружеская пара, работавшая в полиции Большого Лондона и после ухода на пенсию не порвавшая контакты со своим ведомством. Хозяева любезно проводили новых гостей в две очень уютные смежные комнаты. Ирина Зайцева, широко раскрыв глаза, озиралась вокруг на дорогое убранство дома, которое выглядело впечатляющим даже по меркам Райана. Олег Иванович лишь отнес в ванную бритвенный прибор и туалетные принадлежности, сбросил одежду и рухнул на кровать, где меньше чем через пять минут забылся сном, чему в немалой степени посодействовал алкоголь.

Судье Муру перед самой полуночью поступило сообщение, что «упаковка» благополучно доставлена в безопасное место, и, получив эту информацию, директор ЦРУ спокойно лег спать. Теперь остается только попросить ВВС выделить КС-135 или другой подобный самолет для того, чтобы переправить «упаковку» домой, а для этого достаточно будет позвонить дежурному офицеру в Пентагон. Конечно, Муру очень хотелось узнать, что скажет «кролик», однако с этим придется подождать. После того, как все самое трудное и опасное осталось позади, директор Центрального разведывательного управления готов был проявить терпение. Все равно что наступил рождественский вечер, и хотя Мур не знал, что именно найдет утром под елкой, он мог не сомневаться, что плохого там ничего не окажется.

Сэру Бейзилу Чарльстону, находившемуся в своем особняке в Бельгравии, известие поступило перед завтраком, доставленное курьером из Сенчури-Хауза. «В целом, очень неплохое начало рабочего дня,» — подумал он. Определенно, гораздо лучше многих, выпадавших на его долю. Ровно в семь часов утра сэр Бейзил выехал из дома на работу, готовясь к утреннему докладу об успешном завершении операции «Беатрикс».

Райана разбудил шум машин. Тот, кто строил этот замечательный сельский особняк, не предполагал, что через сто лет мимо него всего в трехстах ярдах пройдет оживленное шоссе. К счастью, Райану удалось каким-то образом избежать похмелья после обилия выпитого на борту самолета вина, и всего через каких-нибудь шесть с половиной часов сна он полностью проснулся, охваченный восторженной радостью. Умывшись, Джек спустился в мило обставленный обеденный зал. Там уже был Алан Кингшот, наслаждающийся утренним чаем.

— Вероятно, тебе лучше предложить кофе, да?

— Если здесь найдется.

— Только растворимый, — предупредил Кингшот.

Джек с трудом скрыл разочарование.

— Растворимый лучше, чем вообще без кофе.

— Как насчет глазуньи по-бенедиктински? — спросила бывшая полицейская.

— Мэм, за это я прощу вам даже отсутствие «Старбакса», — улыбнувшись, ответил Райан.

Увидев утренние газеты, он мысленно отметил, что его жизнь наконец вернулась в обычное русло. Ну, почти вернулась.

— Мистер и миссис Томпсоны заботятся о доме, — объяснил Кингшот. — Ник в прошлом трудился в Скотленд-Ярде, в отделе расследования убийств, а Эмма работала в центральном управлении.

— Тем же самым занимался мой отец, — заметил Райан. — А как получилось, что теперь вы работаете на внешнюю разведку?

— Ник расследовал убийство Маркова, — ответила миссис Томпсон.

— И он тогда чертовски неплохо потрудился, — добавил Кингшот. — Из него получился бы отличный оперативный работник.

— «Бонд, Джеймс Бонд», так? — спросил Ник Томпсон, заходя на кухню. — А я думаю, вряд ли. Наши гости зашевелились. Кажется, их разбудила девочка.

— Да, — согласился Райан, — у детей есть такая привычка. Итак, первая беседа будет происходить здесь или где-то в другом месте?

— Мы собирались провести допрос в Сомерсете, но вчера вечером я решил без особой необходимости не таскать русских с места на место. К чему увеличивать психологическую нагрузку на них? — задал риторический вопрос Кингшот. — Мы лишь в прошлом году приобрели этот домик, и в нем очень уютно. Конечно, тот, что в графстве Сомерсет, неподалеку от Таунтона, более уединенный, но наши гости ведь не собираются от нас удрать, ты как думаешь?

— Если глава семейства вернется домой, его можно считать трупом, — принялся размышлять вслух Райан. — Он не может это не понимать. На борту самолета он до самой последней минуты боялся, что мы из КГБ, и все это — грандиозный маскарад. Его жена в Будапеште обошла все магазины. Быть может, кто-нибудь устроит ей экскурсию по здешним магазинам? — спросил американец. — А мы тем временем сможем спокойно поговорить с Кроликом. Он, кажется, неплохо владеет английским. У нас есть человек, хорошо говорящий по-русски?

— Это уже моя задача, — сказал Кингшот.

— Первым делом нам надо выяснить, почему этот Зайцев, черт побери, решил сделать ноги из России, так?

— Естественно, но затем, думаю, мы должны будем разобраться с его утверждениями о скомпрометированных линиях связи.

— Да. — Райан вздохнул. — Полагаю, в Форт-Миде себе волосы рвут от беспокойства.

— Это ты точно подметил, — подтвердил Кингшот.

— Значит, Алан, ты работал в Москве?

Английский разведчик кивнул.

— И два срока. Интересно, но все время приходилось быть в напряжении.

— А где еще ты побывал?

— В Варшаве и Бухаресте. Владею всеми тремя языками. Скажи, что ты думаешь об Энди Хадсоне?

— Он просто гений, Алан. Очень спокойный, уверенный, разбирается в обстановке на месте, у него прекрасные контакты. Он очень хорошо позаботился обо мне.

— Вот ваш кофе, сэр Джон, — сказала миссис Томпсон, предлагая Райану чашку «Тейстерс чойс».

Джек в очередной раз подумал, что англичане — отличные ребята, и злопыхатели напрасно обвиняют их кухню, но вот в кофе они все же ни черта не смыслят, и с этим приходится мириться. И все же это было лучше, чем чай.

Вскоре ему принесли глазунью по-бенедиктински, и Райан с восхищением отметил, что миссис Томпсон в части приготовления этого блюда даст сто очков вперед любому шеф-повару. Развернув газету, — это была «Таймс» — он расслабился, заново устанавливая контакт с окружающей действительностью. Надо будет где-нибудь через час позвонить Кэти, когда она придет на работу. Если повезет, еще через пару дней он сможет с ней увидеться. В совершенном мире перед ним сейчас лежал бы свежий номер какой-нибудь американской газеты или хотя бы «Интернешнл геральд трибюн», но миру было еще далеко до совершенства. Бесполезно спрашивать, какие прогнозы насчет матчей Мировой серии. Они ведь начинаются завтра, кажется, так? В какой форме сейчас находится «Филлис»? Ну, как обычно, для того, чтобы это узнать, надо выйти на поле.

— Итак, как прошла поездка, Джек? — спросил Кингшот.

— Алан, ваши оперативные работники отрабатывают свое жалование до последнего гроша. Я просто не представляю себе, как можно жить в постоянном напряжении.

— Как и ко всему остальному, Джек, к этому постепенно привыкаешь. Твоя жена — врач-хирург. Меня вовсе не радует мысль зарабатывать на жизнь, вспарывая живых людей ножом.

Джек отрывисто рассмеялся.

— Знаешь, и меня тоже, дружище. А она оперирует глазные яблоки. Как тебе это нравится, а?

Кингшот представил себе это, и его заметно передернуло. А Райан напомнил себе, что работать в Москве, руководить агентурной сетью, и, возможно, устраивать операции, подобные той, в которой он сам только что принимал участие, наверное, ненамного веселее, чем оперировать глаза.

158
{"b":"14485","o":1}