ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Проклятие, — выругался мужчина. Затем у него возникла мысль, и он взял пульт управления своим телевизором. CBS — нет, NBC — нет...

— Но убить больного ребенка, — послышался голос ведущего программы ABC «Доброе утро, Америка».

— Чарли, когда-то давно человек по имени Ленин сказал, что цель терроризма заключается в том, чтобы терроризировать. Вот кем они являются, и вот что они делают. Там все еще опасный мир, может быть, еще более опасный потому, что больше не существует государств, которые, хотя и поддерживали терроризм, фактически держали его в определенных ограничительных рамках. Теперь эти ограничения больше не существуют, — сказал Билл Хенриксен. — Судя по сообщениям, эта группа террористов хотела освободить из тюрьмы своего старого друга Карлоса Шакала. Ну что ж, их попытка оказалась неудачной, но стоит заметить, что они настолько упорно стремились добиться своей цели, что прибегли к классической террористической миссии, чтобы обеспечить освобождение одного из своих соратников. К счастью, операция провалилась, благодаря действиям испанской полиции.

— Как вы оцениваете действия полиции?

— Очень высоко. Все они готовятся по одному образцу, разумеется, а лучшие проходят дополнительную подготовку в Форт Брэгг или в Герефорде в Англии, а то и в других странах, в Израиле, например.

— Но один заложник погиб.

— Чарли, нельзя остановить всех, — печально заметил эксперт. — Вы можете находиться в десяти футах с заряженным оружием в руках, но иногда не можете предпринять каких-либо действий, потому что это приведет к гибели большего количества заложников. У меня вызывает отвращение это убийство, как и у тебя, но, по крайней мере, эти люди больше не будут совершать подобных действий.

— Ну что ж, спасибо за то, что вы согласились приехать к нам. Перед вами выступал Билл Хенриксен, президент компании «Глобал Секьюрити» и консультант ABC по вопросам терроризма. Сейчас сорок шесть минут после часа.

Началась рекламная пауза. У себя на столе он держал номер бипера Билла. Он воспользовался им, введя также номер своего личного телефона. Звонок раздался через четыре минуты.

— Да, Джон, зачем я потребовался тебе? — по сотовому телефону слышался шум улицы. Хенриксен находился, должно быть, снаружи студии ABC, рядом с западной частью Центрального парка, и говорил, наверное, по пути к своему автомобилю.

— Билл, ты нужен мне в моем офисе, и как можно быстрее. Ты можешь подъехать прямо сейчас?

— Конечно. Дай мне двадцать минут.

У Хенриксена был пульт, отворяющий ворота гаража в здании, и допуск к одному из резервированных мест для парковки автомобиля. Он вошел в офис через восемнадцать минут после звонка.

— Что случилось?

— Видел тебя по телевидению сегодня утром.

— Они всегда вызывают меня по таким вопросам, — сказал Хенриксен. — Отличная работа тех, кто покончил с этими мерзавцами, но там должно быть гораздо больше, чем показано по телевидению. Я посмотрю остальное.

— Вот как?

— Да, у меня контакты повсюду. Видео, показанное ими, было очень сильно отредактировано. Мои люди доставят все записи из Испании — они никак не засекречены — для тщательного анализа.

— Посмотри вот это, — сказал Джон, включая свой телевизор, подключенный к видеомагнитофону. На экране появилась видеозапись событий в Worldpark, выпущенная для публичного просмотра. Затем ему пришлось встать и вставить кассету из Вены. Тридцать секунд просмотра, и потом Берн. — Итак, как твое мнение?

— Одна и та же команда на всех трех? — заметил вслух Хенриксен. — Несомненно, похоже на это — но кто они, черт побери?

— Ты ведь знаешь, кто такой Попов, верно? Билл кивнул.

— Да, парень из КГБ, которого ты нашел. Это он догадался?

— Да. — Утвердительный кивок. — Меньше часа назад он был здесь и показал эти записи. Это беспокоит меня. А тебя?

Бывший агент ФБР поморщился.

— Я не уверен. Мне хотелось бы узнать о них несколько больше.

— Ты можешь сделать это?

На этот раз он пожал плечами.

— Я могу поговорить с некоторыми контактами, пошарить в кустах. Дело в том, что, если это действительно «черная» группа специальных операций в Европе, я бы уже знал об этом. Я хочу сказать, что у меня контакты во всем этом бизнесе. А как у тебя?

— Я могу, наверное, попробовать кое-что незаметно. Скажем, под прикрытием простого любопытства.

— О'кей, я проверю. Что еще сказал тебе Попов?

— Он хочет знать, почему я заставляю его заниматься такими вещами.

— Это проблема с разведчиками. Им хочется знать все. Я хочу сказать, он думает, что случится, если он даст ход миссии, а один из объектов будет захвачен живым.

Очень часто, попав в жесткие руки, они начинают петь, как канарейки, Джон. Если один из них покажет на него, Попову конец. Я согласен, что это маловероятно, но возможно, а разведчиков учат быть осторожными.

— Что, если мы избавимся от него?

Новая гримаса.

— Ты должен относиться к этому с предельной осторожностью. Не исключено, что он где-то у друга оставил пакет. Неизвестно, сделал ли он это, но я должен предположить, что он поступил именно так. Как я уже сказал, их учат быть осторожными. Наша операция не лишена опасностей, Джон. Мы знали об этом, когда начали ее. Насколько близко мы к завершению технической стороны дела?

— Очень близко. Программа тестов продвигается весьма успешно. Еще месяц, и мы будем знать все, что нам нужно.

— Ну что ж, мне остается только получить контракт для Сиднея. Я вылетаю туда завтра. Эти инциденты не причинят вреда.

— С кем ты будешь работать?

— У австралийцев есть свой собственный SAS. Полагают, что он небольшой — отлично подготовлен, но ему не хватает новейшего снаряжения. Это тот крючок, который я собираюсь забросить. У меня есть все, что им нужно, — за плату, — подчеркнул Хенриксен. — Ну-ка поставь снова эту кассету, испанскую операцию.

Джон встал из-за стола, вложил кассету и перемотал ее до начала выпущенной для открытого показа телевизионной записи. Это было изображение штурмовой группы, соскальзывающей по тросам из вертолета.

— Проклятие, как я мог упустить это? — воскликнул эксперт.

— Что?

— Нам понадобится улучшить изображение на пленке, но это не похоже на полицейскую вертушку. Это «Сикорски МН-60».

— Ну и что?

— А то, что «шестидесятые» никогда не разрешали использовать в полицейских операциях. Ты видишь, что у него на борту написано «ПОЛИЦИЯ»? Это означает, что вертолет используется как полицейская машина. Это не полицейская вертушка, Джон. Военный вертолет, а вот это приспособление для заправки, — сказал он, показывая на выступающий зонд. — Следовательно, перед нами птичка, которую используют для специальных операций. Значит, это воздушные силы США, приятель. Из этого следует, что мы знаем, где расположена база этих людей.

— Где?

— В Англии. Военно-воздушные силы США имеют специальное авиакрыло, базирующееся в Европе. Часть его в Англии, часть в Германии... «МН-60К», вот, по-моему, обозначение этого вертолета, созданного для поиска и спасения летчиков в военных условиях и доставки специальных групп для осуществления специальных операций. Эй, твой друг Попов прав! Существует специальная группа людей, занимающихся решением подобных проблем, и у них, самое меньшее, американская поддержка, а может быть, и намного больше этого. Вопрос вот в чем: кто они такие, черт бы их побрал?

— Это важно?

— Потенциально, да. Что, если австралийцы обратятся к ним за помощью в работе, которую я пытаюсь получить? Это может испортить все дело.

— Ты поищи у себя в кустах, а я поищу у себя.

— Точно.

Глава 17

Кусты

Сейчас у Пита было шесть друзей в клиническом центре. Только два субъекта чувствовали себя достаточно хорошо, чтобы остаться в открытом помещении с телевизионными мультфильмами и виски, и, по мнению Киллгора, к концу недели их тоже переведут в клинический центр, настолько переполнена была их кровь антителами Шивы. Ему казалось странным, как это болезнь нападает на различных людей такими различными способами, но ведь у каждого имеется своя иммунная система, отличающаяся от всех остальных. Именно поэтому некоторые люди заболевают раком, а другие нет, несмотря на то, что курят и разрушают свои организмы другими способами.

106
{"b":"14489","o":1}