ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Стрелял лучше, так же как половина группы, но Коннолли и американец Хэнк Паттерсон были далеко впереди, — казалось, что оба родились с пистолетами в люльках или что-то вроде этого, решил Динг, после того как выстреливал триста патронов ежедневно в попытке сравняться с ними. Может быть, стоит попросить оружейника поиграть с его пистолетом. В SAS, размещенном здесь же, был полковой оружейный мастер, про которого говорили, что он тренировался вместе с самим Сэмом Кольтом.

Сделать спуск легче и плавнее, может быть. Но это говорила в нем ущемленная гордость. Пистолет — это все-таки второстепенное оружие. Из своих автоматов «МР-10» каждый стрелок его группы мог выстрелить очередь из трех патронов и попасть в голову мишени на расстоянии пятидесяти метров с такой быстротой, что не успеваешь подумать. Эти парни были поразительными, лучшие солдаты, которые ему попадались или о которых он слышал, признался Динг, сидя за письменным столом и занимаясь ненавистной канцелярской работой. Он что-то пробормотал про себя. Разве есть в мире человек, который любит канцелярскую работу?

Группа проводила поразительно много времени, сидя за столами и читая — главным образом разведывательную информацию, — какой террорист находится там-то, в соответствии с информацией, полученной от того или иного разведывательного агентства или полицейского ведомства или осведомителя, стремящегося заработать. По сути дела, почти вся информация, попадающая к ним, была в любом случае бесполезной, но, поскольку это было все, что у них имелось, они читали ее — все-таки это способ борьбы со скукой. Вместе с ней к ним попадали фотографии уцелевших в мире террористов. «Шакал» Карлос, теперь ему далеко за пятьдесят, и он сидит во французской максимально строгой тюрьме, был человеком, поймать которого хотели все. Его фотографии обрабатывались на компьютере, чтобы показывать возраст в настоящее время, и они сравнивали их с настоящими фотографиями, поступающими от французов. Солдаты группы проводили немало времени, запоминая снимки всех террористов, потому что когда-нибудь темной ночью в неизвестном месте отблеск света может осветить одно из этих лиц. Тогда вам понадобится несколько мгновений, чтобы решить, послать или нет пару пуль в это лицо. Если же удастся поймать еще одного Карлоса Ильича Рамиреса, нужно хватать его, поскольку тогда, пронеслось в голове у Динга, вы больше никогда не сможете купить себе кружку пива в полицейском баре или баре, где бывают агенты специальных операций, во всем мире — настолько знаменитым вы станете. Настоящим испытанием является эта гора макулатуры на его столе — однако, по сути дела, она не является макулатурой. Если им удастся захватить следующего Карлоса, это произойдет, потому что какой-нибудь местный полицейский — в Сан-Пауло, Бразилия, или в Бамфаке, Босния, или где-нибудь еще — услышит что-то от своего осведомителя или кого-нибудь другого, затем пойдет к соответствующему дому, чтобы посмотреть на него. Тогда в его мозгу сработает лампочка из-за всех постеров, которые наполняют полицейские участки во всем мире, и он вдруг захочет сам арестовать сукина сына прямо на месте. Если же ситуация кажется слишком напряженной, он доложит своему лейтенанту. Тогда специальная команда вроде Группы-2 Динга незаметно развернется и захватит мерзавца, спокойно или после отчаянного сопротивления, перед его женой и детьми, которые могут оказаться на месте, не зная о бывшей карьере своего папы и мужа, и сообщение об этом станет сенсацией на CNN.

В этом заключалась одна из проблем: когда сидишь за столом — начинаешь строить воздушные замки. Чавез, получивший звание майора, посмотрел на часы, встал, направился в общую комнату и передал свою кипу макулатуры мисс Муни. Он собирался спросить, все ли уже закончили, но, по-видимому, все закончили, потому что последний солдат, которого он хотел спросить, уже был на полпути к выходу. Динг тоже пошел к выходу и по дороге прихватил свой пистолет и пояс. Следующей остановкой будет комната мантий, как ее называют британцы, хотя там нет никаких мантий, а только черные, как уголь, солдатские комбинезоны вместе с защитными бронежилетами.

Группа-2 уже собралась, солдаты оделись несколько минут назад для дневной тренировки. Все они были спокойными и расслабленными, улыбались и негромко шутили. Когда каждый надел свое снаряжение, они отправились в оружейную комнату за своими SMG. Солдаты надели двойную петлю патронов через голову, затем проверили, полон ли магазин, вставив каждый в соответствующее «окно» в нижней части своего автомата и отведя затвор назад, поставили его на предохранитель. Далее они пристроили оружие в положение, больше всего устраивающее каждого стрелка.

Упражнения казались бесконечными, такими их сделали две недели на стрельбище.

Всего было шесть основных сценариев, каждый из которых разыгрывался в различной ситуации. Больше всего солдаты ненавидели упражнение внутри корпуса коммерческого авиалайнера. Единственное достоинство этого упражнения заключалось в том, что террористам было некуда бежать, — они ограничены корпусом самолета. Все остальное — хуже некуда. Масса пассажиров среди потоков огня, отличное укрытие для террористов, — а один из них действительно имел бомбу, прикрепленную к его телу, — по крайней мере, они почти всегда заявляли об этом. Им требовалось только проявить храбрость и дернуть за шнурок или закрыть электрический контакт, и тогда, если мерзавец был профессионалом хотя бы наполовину, все на борту самолета превращались в поджаренные тосты. К счастью, мало кто выбирал такую смерть. Однако Динг и его люди не могли думать об этом. Большинство террористов, по-видимому, боялись захвата больше, чем смерти, так что твоя стрельба должна быть быстрой и точной. Группа врывается на авиалайнер, подобно торнадо в полуночный Канзас, сразу пуская в ход ослепляющие гранаты, чтобы потрясти негодяев и сделать их неспособными вести бой, так что короткие очереди направляются в неподвижные головы, и приходилось надеяться, что пассажиры, которых вы пытаетесь спасти, не встанут на пути огня, и стрельбище, в которое внезапно превратился фюзеляж «Боинга» или аэробуса, не станет кровавой бойней.

— Группа-2, мы готовы? — спросил Чавез.

— Так точно, сэр! — прозвучал ответный хор.

Услышав это, Динг вывел их наружу и побежал во главе своей группы половину мили к дому, который им предстояло штурмовать, — это был быстрый бег, а не пробежка во время утренней тренировки. Джонстон и Вебер были уже на месте, на противоположных углах квадратного здания.

— Командир винтовки Два-Два, — произнес Динг в микрофон, закрепленный в своем шлеме, — что-нибудь видите?

— Нет, Два-Шесть. Ничего не вижу, — доложил Вебер.

— Винтовка Два-Один?

— Старший, — отозвался Джонстон, — я заметил движение занавески, больше ничего. Инструменты показывают от четырех до шести голосов, говорящих по-английски. Это все.

— Понял, — ответил Динг. Остальные стрелки его группы скрывались за грузовиком.

Он посмотрел последний раз на расположение помещений внутри здания. Штурм был полностью подготовлен. Стрелки знали внутреннее расположение комнат в здании достаточно хорошо, чтобы видеть их с закрытыми глазами. Понимая это, Динг махнул рукой, давая команду к началу штурма.

Пэдди Коннолли первым подбежал к двери, у которой он выпустил очередь из своего автомата и отпустил его. Автомат повис на ремне, а Коннолли вытащил заряд из сумки, висящей на его защитном жилете. Он прикрепил заряд к дверной раме клейкой стороной и воткнул взрыватель в верхний правый угол. Через секунду он отбежал на десять футов, держа в левой руке контроль детонатора, а правой схватил пистолетную ручку автомата и направил дуло вверх.

«О'кей, — подумал Динг. — Пора двигаться».

— Пошли! — закричал он стрелкам.

Когда первый из них выбежал из-за грузовика, Коннолли нажал на кнопку, и дверная рама исчезла в дыму и пламени, а дверь влетела внутрь. Первый стрелок, сержант Майк Пирс, был меньше чем в секунде позади нее и исчез в дымящейся дыре сразу за Чавезом.

13
{"b":"14489","o":1}