ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Мы опознали трех из шести арестованных террористов. Один еще не может говорить из-за полученных травм. Да, они пользовались для связи сотовыми телефонами, вроде уоки-токи. Ваш парень Нунэн поступил очень разумно, отключив соты в районе Герефорда. Один бог знает, сколько жизней спасено благодаря этому, — сказал Холт.

Чавез, сидящий на дальнем конце стола, кивнул, и по его спине пробежали холодные струйки пота при этой новости. Если бы террористы имели возможность координировать свои действия... господи. Это не был бы хороший день для хороших парней. Было бы немало похорон. Пришлось бы надевать парадные мундиры, выстраиваться у могил и давать залпы в память погибших, а затем пытаться заменить их. Недалеко отсюда Майк Чин лежит на кровати, с гипсом на одной ноге, потому что в ней сломана кость. Группа-1 потеряла боеспособность по крайней мере на месяц, несмотря на то что они оборонялись.

Нунэн проявил себя с лучшей стороны, убил трех террористов из пистолета, хорош был и Франклин, который выстрелом из своей большой винтовки МакМиллана снес голову одному из террористов, а затем использовал эту чудовищную винтовку, чтобы разбить двигатель маленького коричневого грузовика, и не дал удрать пятерым подонкам, сидевшим в нем. Чавез смотрел на широкий стол, за которым сидели участники совещания, и качал головой. В этот момент запищал его бипер. Он посмотрел на него и увидел номер своего домашнего телефона. Чавез встал и подошел к телефону на стене.

— Да, милая?

— Динг, приезжай. Началось, — раздался спокойный голос Пэтси. Сердце Динга вздрогнуло.

— Иду, милая. — Динг повесил трубку. — Джон, мне нужно ехать домой. Пэтси говорит, что у нее началось.

— О'кей, Доминго, — наконец заставил себя улыбнуться Кларк. — Поцелуй ее за меня.

— Понял, мистер К. — Чавез направился к выходу.

— Это всегда случается в самое неподходящее время, — заметил Тауни.

— Ну что ж, по крайней мере сегодня случится что-то хорошее. — Джон потер усталые глаза. Он даже примирился с мыслью, что становится дедушкой. Все-таки это намного лучше, чем терять людей, обстоятельство, которое еще не полностью проникло в его сознание. Его люди. Двое убиты. Несколько ранено. Его люди.

— О'кей, — продолжал Кларк. — Как относительно утечки информации? Нас подставили и нанесли нам удар. Что мы собираемся предпринять?

* * *

— Привет, Эд, это Кэрол, — раздался голос советника президента по науке.

— Привет, это доктор Брайтлинг. Чем могу помочь?

— Что там за чертовщина произошла в Англии? Это были наши люди — наша команда «Радуга», я хочу сказать?

— Да, Кэрол, это были наши люди.

— Как они справились с нападением? По телевидению ничего определенного не передали.

— Двое убиты, четверо ранены, — ответил директор Центрального Разведывательного Управления. — Убиты девять террористов, шестеро захвачены, включая главаря.

— А те радио, которые мы им прислали, как они работали?

— Я не уверен. Ко мне еще не поступил отчет о всех результатах боя, зато мне известно самое главное, что они хотели узнать.

— Что это, Эд?

— Мы знаем, кто разболтал о них. Террористам было известно имя Джона, имена его жены и дочери, их данные и место работы. У террористов были хорошие разведывательные сведения, и Джону это очень не нравится.

— А с членами его семьи ничего плохого не произошло?

— Нет, никто из гражданских лиц не пострадал, слава богу. Черт побери, Кэрол, я знаком с Сэнди и Патрицией. Предстоит серьезная разборка случившегося.

— Я ничем не могу помочь?

— Пока не уверен, но не забуду про твой звонок.

— Видишь ли, мне только хотелось узнать, как работали эти радио. Я сказала парням в «Е-системз», чтобы они переслали им эти радио пронто, потому что наши парни вроде как на переднем крае. Надеюсь, им это помогло.

— Я узнаю, — пообещал директор ЦРУ.

— О'кей, ты знаешь, как позвонить мне.

— О'кей, спасибо за звонок.

Глава 30

Перспективы

Все, что он ожидал, свершилось. Доминго Чавез держал в руках своего сына.

— Ну вот, — сказал новоиспеченный отец, глядя на малыша, которого он будет охранять, воспитывать, обучать и в надлежащее время представит миру. После секунды, которая показалась ему неделями, Динг передал только что рожденного малыша обратно жене.

Лицо Пэтси было потным и усталым после пятичасовых родов, но уже, как это и бывает обычно, боль отодвинулась куда-то далеко. Цель была достигнута, и она держала в руках своего ребенка. Он был розовым, безволосым и шумным, правда, тут же утих, после того как прильнул к левой груди Пэтси. Джон Конор Чавез вкусил свою первую еду. Но Пэтси была измучена, и вскоре медсестра унесла ребенка в детскую.

Затем Динг поцеловал жену и пошел рядом с ее кроватью, пока ее выкатывали в комнату. Когда они вошли туда, Пэтси уже спала. Он поцеловал ее в последний раз и вышел наружу. Автомобиль доставил Динга назад в Герефордскую базу и затем к служебному дому «Радуги Шесть».

— Ну? — спросил Джон, открывая дверь.

Чавез вручил ему сигару с голубым кольцом.

— Джон Конор Чавез, семь фунтов одиннадцать унций. Пэтси чувствует себя хорошо, дедушка, — сказал Динг с едва заметной улыбкой. В конце концов, самая трудная часть была выполнена Пэтси.

Бывают моменты, когда плачут самые сильные мужчины, и этот был одним из них.

Мужчины обнялись.

— Ну ладно, — сказал Джон через минуту, доставая из кармана своего халата носовой платок, которым он вытер глаза. — Как он выглядит?

— Как Уинстон Черчилль, — ответил Доминго и улыбнулся. — Черт побери, Джон, я так и не разобрался, но Джон Конор Чавез — достаточно запутанное имя, правда? У этого маленького сукина сына длинная родословная. Я начну обучать его карате и стрельбе с пяти лет, может быть, с шести, — задумчиво произнес Динг.

— Лучше начать с гольфа и бейсбола, но это твой парень Доминго. Пошли в дом.

— Ну рассказывай! — потребовала Сэнди, и Чавез повторил новость во второй раз, пока его босс раскуривал кубинскую сигару. Он ненавидел курение, и Сэнди, как медсестра, вряд ли одобряла этот порок, но по случаю такого дня оба смягчились. Миссис Кларк обняла Динга. — Джон Конор?

— Ты знала? — спросил Джон Теренс Кларк.

Сэнди кивнула.

— Пэтси сказала мне на прошлой неделе.

— Но мы хранили это в секрете! — возразил молодой отец.

— Я ее мать, Доминго! — напомнила Сэнди. — Завтрак?

Мужчины посмотрели на часы. Было чуть больше четырех утра, наступал день, и они согласились.

— Знаешь, Джон, все это имеет глубокое значение, — сказал Чавез. Его тесть обратил внимание, что Доминго мог переключаться с одного акцента на другой в зависимости от обстановки и темы разговора. Накануне, допрашивая арестованных террористов ИРА, он говорил как типичный член уличной банды из Лос-Анджелеса, пересыпая свою речь бандитскими эвфемизмами и испанским акцентом, но во время серьезного разговора он превращался в мужчину с университетской степенью магистра, и акцент полностью отсутствовал. — Я — папа. У меня есть сын. — За этим последовала удовлетворенная улыбка, полная благоговения. — Да!

— Великое приключение, Доминго, — согласился Джон, пока его жена готовила бекон.

Он налил кофе.

— Что?

— Создать настоящего человека. В этом и заключается великое приключение, сынок, и, если ты не справишься с этой задачей, на что тогда годишься?

— Похоже, что вы, ребята, успешно с ней справились.

— Спасибо, Доминго, — сказала Сэнди, стоящая у плиты. — Нам пришлось немало потрудиться.

— Больше пришлось трудиться ей, чем мне, — заметил Джон. — Я часто отсутствовал, играя в оперативника. Черт побери, даже пропустил три Рождества. За это не может быть прощения, — объяснил он. — Такое магическое утро, а ты проводишь его где-то там.

— И чем ты занимался?

— Два раза был в России, один раз в Иране, — каждый раз вывозя людей. Два прошли успешно, но один оказался неудачным. Я потерял его, и с ним обошлись очень круто.

178
{"b":"14489","o":1}