ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Не возражаю, Джон. Но кто эти высокопоставленные офицеры, которые будут сопровождать группы на операции?

— Для начала ты и я.

— Хорошо. Это разумно, — принимая во внимание все эти стрельбы и тренировки, которыми мы мучаем себя. Доминго и Питер, однако, могут счесть наше появление как подавляющее их инициативу.

— Они оба знают, как следовать приказам, и они обратятся к нам за советом, когда он понадобится. Все так поступают. Я-то уж точно поступал так, всякий раз, когда появлялась такая возможность. — Это не было так уж часто, хотя Джон вспомнил, что ему нередко хотелось этого.

— Я согласен с твоим предложением, Джон, — сказал Стэнли. — Когда мы оформим его для нашего устава?

Кларк кивнул:

— Сегодня.

Глава 9

Сталкеры

— Я сделаю это, Джон, — сказал Директор Центрального разведывательного управления. — Мне придется, однако, поговорить о твоей просьбе в Пентагоне.

— Сделай это сегодня, если сможешь. Нам они очень нужны. Это моя ошибка, что я не подумал об этом раньше. Серьезная ошибка, — смиренно добавил Кларк.

— Бывает, — заметил директор ЦРУ Фоули. — О'кей, я сейчас позвоню кое-кому и сообщу тебе о результатах. — Он положил трубку, подумал несколько секунд, затем перелистал свой справочник и нашел телефон главнокомандующего объединенных специальных операций, или, как с улыбкой называли этот пост, ГОСО. Главнокомандующий объединенных специальных операций находился на базе ВВС в Форте МакДилл недалеко от Тампы, штат Флорида, и распоряжался персоналом специальных операций, из числа которых «Радуга» выбрала своих американских специалистов и стрелков. Генерал Сэм Вильсон сидел за письменным столом — на месте, которое он не считал особенно комфортабельным. Генерал начал службу рядовым, вызвался вступить в ряды обучающихся специальностям парашютистов и рейнджеров, затем перешел в специальные войска, которые оставил, чтобы получить диплом магистра истории в университете Северной Каролины, вернулся в армию в звании младшего лейтенанта и начал быстро продвигаться вверх по служебной лестнице. Теперь он выглядел молодым в свои пятьдесят три года и носил на погонах по четыре сверкающие звезды генерал-полковника. В настоящее время Вильсон командовал объединенными силами, включающими специалистов из всех родов войск, каждый из которых знал, как «поджарить змею на открытом огне».

— Привет, Эд, — сказал генерал, услышав вызов по своему кодированному телефону. — Что нового в Лэнгли? — Командование специальными операциями поддерживало тесный контакт с агентством и часто снабжало ЦРУ разведданными или специалистами, когда требовалось провести особенно сложную операцию.

— Ко мне поступил запрос от «Радуги», — сказал ему директор ЦРУ.

— Опять? Ты знаешь, они практически увели у меня моих лучших людей.

— Они отлично использовали их. Вчера в Австрии была проведена удачная операция.

— Да, она выглядела хорошо на телевидении, — согласился Сэм Вильсон. — Я получу от тебя дополнительную информацию? — Под этой формулировкой он имел в виду данные о личностях террористов.

— Ты получишь весь пакет, когда он поступит ко мне, Сэм, — пообещал Фоули.

— О'кей, что теперь нужно твоему парню?

— Экипажи вертолетов.

— Ты знаешь, сколько времени требуется, чтобы подготовить таких специалистов, Эд? Боже мой, к тому же их содержание обходится очень дорого.

— Я знаю это, Сэм, — заверил генерала голос из Лэнгли. — Британцы тоже берут на себя часть расходов. Ты ведь знаешь Кларка. Он не стал бы обращаться с такой просьбой без особой необходимости.

Вильсон был вынужден согласиться. Джон Кларк один раз спас уже проваленную операцию, а заодно группу солдат и даже нескольких президентов. Бывший «морской котик» ВМС, большое количество медалей и масса достижений. Да и группа «Радуга» уже провела две успешные операции.

— О'кей, Эд, сколько?

— Пока одна, но очень хорошая.

Больше всего беспокоило Вильсона это слово — «пока». Но приходилось идти навстречу.

— О'кей, я позвоню тебе попозже сегодня.

— Спасибо, Сэм. — Одна хорошая вещь о генерале Вильсоне, знал Фоули, заключалась в том, что он не обманывал относительно временных рамок. Для него «прямо сейчас» означало «прямо сейчас», и пусть все горит в аду.

* * *

Честер не мог выдержать даже тот срок, предполагаемый Киллгором. Тесты его печени скатывались вниз быстрее, чем он когда-нибудь видел или читал в медицинской литературе. Кожа стала желтой, наподобие лимона, и висела на дряблых мышцах, как у столетнего старика. Дыхание уже немного беспокойное, отчасти из-за большой дозы морфия, которую он получал, чтобы держать его в бессознательном состоянии, или, говоря по-простому, в состоянии ступора. Оба — Барбара Арчер и Киллгор — хотели действовать как можно агрессивнее, чтобы выявить, можно ли противостоять Шиве, но состояние Честера являлось настолько серьезным, что никакой метод не сможет преодолеть одновременно последствия многолетнего самоубийственного образа жизни пациента, или подопытного, как угодно называйте, и Шивы. Смерть была неотвратима.

— Два дня, — сказал Киллгор. — Может быть, меньше.

— Видимо, ты прав, — согласилась доктор Арчер. У нее было множество идей для лечения этого, от стандартных — и почти гарантированно бесполезных — антибиотиков до Ин-терлейкина-2, которое, по мнению некоторых специалистов, могло иметь клиническое применение в подобных случаях. Разумеется, современная медицина еще не научилась побеждать любую вирусную болезнь, но кое-кто считал, что укрепление иммунной системы может дать эффект, и сейчас на рынке было огромное количество новых мощных синтетических антибиотиков. Рано или поздно кто-нибудь найдет магическую «серебряную» пулю для вирусных заболеваний. Но пока еще нет. — Цианистый калий? — спросила она после изучения перспектив пациента и незначительной эффективности лечения. Киллгор пожал плечами в знак согласия.

— Пожалуй. Можешь сделать это, если хочешь. — Киллгор махнул рукой в сторону шкафа с медицинскими препаратами, стоящего в углу.

Доктор Арчер подошла к нему, сняла обертку с одноразового шприца объемом в сорок кубических сантиметров, извлекла его из пластмассового чехла, затем погрузила иглу в стеклянную пробирку, содержащую раствор цианистого калия в воде, и наполнила иглу. После этого она вернулась к кровати и вставила иглу в капельницу, чтобы сразу дать пациенту большую дозу смертельного яда. Потребовалось на несколько секунд больше, чем если бы она сделала инъекцию непосредственно в главную вену, но Арчер не хотелось лишний раз касаться пациента, даже в перчатках. Вообще-то это не имело никакого значения. Дыхание Честера под прозрачной кислородной маской словно заколебалось, затем снова возобновилось, заколебалось опять, стало неровным и беспорядочным в течение шести или восьми вдохов. Наконец... оно прекратилось. Грудь опала и больше не поднялась. Его глаза были полуоткрытыми, как у человека в шоке или в легком сне. Через мгновение глаза закрылись в последний раз. Доктор Арчер взяла стетоскоп и приложила к груди старого алкоголика. Не было слышно ни единого звука. Арчер встала, вынула из ушей трубки стетоскопа и положила его в карман.

— Прощай, Честер, — произнес Киллгор.

— О'кей, — равнодушно сказала она. — Какие симптомы у остальных?

— Пока никаких. Правда, тесты на антитела положительные, — ответил Киллгор. — Думаю, пройдет еще около недели, прежде чем мы увидим заметные симптомы.

— Нам нужно несколько здоровых субъектов для проведения тестов, — сказала Барбара Арчер. — Эти люди уже были слишком больны для получения достоверных результатов по Шиве.

— Это влечет за собой определенный риск.

— Я понимаю это, — заверила его Арчер. — И ты знаешь, что нам нужны более здоровые субъекты для тестов.

— Да, но риск очень велик, — заметил Киллгор.

— Я знаю, — ответила Арчер.

— О'кей, Барб, передай это наверх. Я не буду возражать. Ты займешься Честером? Мне нужно повидаться со Стивом.

60
{"b":"14489","o":1}