ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Боб Хольцман, старший корреспондент одной из вашингтонских газет, аккредитованный при Белом доме, опустился в кресло напротив Каттера, ожидая глубоких откровений. Обе стороны отлично понимали установленные правила. Каттер может говорить все, что ему угодно, не опасаясь, что его имя, должность или положение станут известны читателям. Хольцман имеет право писать статью, как он считает нужным, в разумных пределах, не компрометируя источник полученных сведений и не сообщая, от кого получена информация, всем, кроме своего редактора. Ни один из собеседников не испытывал к другому тёплых чувств.

Отвращение Каттера к журналистам было единственным качеством, все ещё объединяющим его с остальными офицерами, хотя ему казалось, что он умело скрывал это чувство. Он считал журналистов, особенно того, что сидел перед ним в данный момент, ленивыми и глупыми людьми, не способными думать и не умеющими писать. По мнению Хольцмана, Каттер оказался не тем человеком, что нужен на этом посту. Журналисту не нравилось, что военный офицер является советником президента по столь важным вопросам; более того, он считал Каттера недалёким своекорыстным льстецом, страдающим манией величия, не говоря уже о том, что адмирал просто высокомерный сукин сын, видящий в журналистах не слишком полезную разновидность ручного стервятника. Поскольку каждый из них придерживался такой точки зрения, отношения между ними были хорошими.

— Вы собираетесь следить за съездом, который будет проводиться на будущей неделе? — спросил Хольцман.

— Я стараюсь не заниматься политикой, — ответил Каттер. — Хотите кофе?

Ага! — воскликнул про себя репортёр.

— Нет, спасибо. Как по-вашему, что за чертовщина происходит в стране листьев коки?

— Я знаю об этом не больше вашего. Впрочем, не совсем так. Мы следим за этими ублюдками уже длительное время. Думаю, что Эмиля убила одна из фракций картеля — в этом нет ничего удивительного, — но не получив официального одобрения всего руководства. Взрыв бомбы, происшедший вчера, может свидетельствовать о внутренней борьбе в картеле.

— В самом деле, кто-то внутри их организации рассердился всерьёз, — заметил Хольцман, делая заметки на странице, помеченной им «Каттер», которого он именовал ВОЛ — «высокопоставленное официальное лицо». — Ходят слухи, будто картель заплатил М-19 за непосредственную организацию покушения, и колумбийцы как следует занялись тем террористом, которого удалось схватить.

— Вполне возможно.

— Откуда им стало известно о приезде директора ФБР Джейкобса?

— Не знаю, — пожал плечами Каттер.

— Вот как? Известно, что его секретарша пыталась покончить с собой. Бюро отказывается говорить по этому поводу, но такое совпадение представляется мне не случайным.

— Кто у них руководит расследованием? Вы, наверно, не поверите мне, но я не знаю даже этого.

— Дэн Мюррей, помощник заместителя директора. Вообще-то, он не занимается следственной работой, но именно Мюррей докладывает Шоу о ходе расследования.

— Ничего не поделаешь, это не входит в сферу моих обязанностей. Меня интересует международная сторона этого дела, а расследование, ведущееся внутри страны, относится к другой организации, — напомнил Каттер, воздвигая каменную стену, которую Хольцман не мог преодолеть.

— Итак, картель разъярён операцией «Тарпон», и некоторые его главари предприняли радикальные шаги, чтобы ликвидировать Джейкобса, не получив одобрения всего комитета. Другие члены Медельинского картеля, по вашим словам, пришли к заключению, что это было опрометчивым поступком, и решили устранить тех, кто дал согласие на убийство, я так вас понял?

— Да, именно так мне представляется. Надеюсь, вы понимаете, что наша информация по этому поводу недостаточно проверена.

— Ваша информация всегда недостаточно проверена, — напомнил Хольцман.

— Об этом вы можете поговорить с Бобом Риттером. — Каттер поставил на стол чашку.

— Конечно. — На лице Хольцмана появилась улыбка. В Вашингтоне были два человека, никогда не соглашавшиеся на утечку информации, — Боб Риттер и Артур Мур.

— А как относительно Джека Райана?

— Он только начал осваиваться с делами. К тому же всю неделю провёл в Бельгии, на конференции разведывательных органов НАТО.

— В Капитолии поговаривают, что было бы неплохо, если бы кто-нибудь предпринял ответные меры против картеля, ибо убийство Джейкобса явилось неприкрытым нападением на...

— Мало ли что там болтают, Боб.

— А сегодня губернатор Фаулер заявил на утренней пресс-конференции...

— Пусть политикой занимаются политические деятели.

— А вам известно о том, что уличная цена кокаина подпрыгнула?

— Да? Вообще-то, этот рынок меня не интересует. Действительно подпрыгнула?

Этой новости Каттер ещё не знал. Значит, уже...

— Ненамного, но заметно. Ходят слухи, что с поставками кокаина непредвиденная задержка.

— Приятно слышать.

— Но как-то прокомментировать не хотите? — спросил Хольцман. — Ведь это вы заявляли, что с торговцами наркотиками идёт настоящая война и к ней следует именно так и относиться.

Улыбка на мгновение застыла на лице Каттера.

— Такие проблемы, как война, решает президент.

— А конгресс?

— Да, конечно, и конгресс тоже, но с тех пор, как я занял должность в правительстве, конгресс не делал никаких заявлений по этому поводу.

— Если бы мы оказались замешаны в этом взрыве, какой была бы ваша личная реакция?

— Не знаю. Мы не имеем к взрыву никакого отношения. — Интервью шло не так, как хотелось Каттеру. Может быть, Хольцману что-то известно?

— Впрочем, этот вопрос был сугубо гипотетическим, — заметил репортёр.

— Ну хорошо. Я отвечу неофициально, — не для печати — в данный момент. Говоря гипотетически, следует убить всех этих мерзавцев, и я не пророню ни единой слезы. А вы?

— Если не для печати, я придерживаюсь такого же мнения, — фыркнул Хольцман. — Я помню время, когда можно было ходить по улицам, ничем не рискуя. А теперь я читаю о погибших за ночь и не могу понять, находимся мы в Вашингтоне или в Бейруте. Значит, мы не имеем отношения к взрыву?

— Нет. Судя по всему, в картеле наводят порядок. Это, разумеется, лишь предположение, но более надёжных сведений у нас нет.

— Хорошо. Наверно, для статьи мне этого хватит.

Глава 20

Развитие событий

Это было поистине поразительно, но тем не менее правда. Кортес провёл здесь больше часа. С ним приехали шесть вооружённых охранников и собака-ищейка, обыскавшая окрестности в поисках тех, кто напал на базу по переработке наркотиков. Пустые стреляные гильзы были главным образом калибра 5,56 мм — ими пользуются сейчас почти все страны НАТО, да и многие другие во всём мире, однако начало боевому оружию этого калибра было положено патроном, применявшимся в спортивных целях, — 0,223 «Ремингтон» в Америке. На поляне было также немало гильз калибра 9 мм и одна от сорокамиллиметровогр гранатомёта.

Судя по всему, один из нападавших получил ранение, по-видимому, серьёзное. Само нападение было организовано по классической схеме — огневая группа на возвышенности и штурмовая на том же уровне, с северной стороны. Они покинули поляну поспешно, не закладывая мин-ловушек, как это произошло в двух других случаях. Наверно, из-за раненого, решил Кортес. А также потому, что они знали или подозревали? Нет, скорее всего знали, что двое сумели скрыться и побежали за помощью.

Итак, нет сомнений в том, что в горах скрывалась не одна вооружённая группа. Скорее всего, три или четы-ре, судя по числу и расположению баз, подвергшихся нападению. Значит, это не М-19. У М-19 слишком мало подготовленных бойцов, чтобы предпринимать такое, — и к тому же, чтобы он не узнал об этом, напомнил себе Кортес, Картель не только подчинил себе местные партизанские группы. У него были и платные осведомители в каждой из них — именно этого не сумело добиться колумбийское правительство.

133
{"b":"14490","o":1}